В одиночестве со смертью

— Всю очень просто, Артем. Мне очень много лет я стала немертвой негаданно. Это случилось быстро — зло наградило меня: летать и убивать, чтобы выживать самому. Я знаю, тебя интересует наш мир. Меня сразу и привлекло в тебе то что ты хотел бы окунуться в него, чтобы понять все трудности, что нам приходиться испытывать. Для меня ты необычный смертный. Вот так! Я убивала, выкрадывала детей, брошенных проститутками; я всегда пряталась и наблюдала, как та или другая, родив ребенка, решали избавиться от ненужного им груза. Тогда я нападала и отнимала детей — их кровь давала мне жизнь, и я думала, что таким образом избавляю бедных детишек от нищенского и голодного существования. Ведь выжить в средневековые времена было очень трудно. Это и послужило мне правом решать их судьбы. Я убывала мужчин, чтобы насытиться, как говорил твой отец. Но это были богатенькие дураки, которые то и дело транжирили свои деньги на выпивку и проституток, а последние рожали ненужных обществу детей. Я видела много раз как, возвращаясь в ночи после пьянки с такой вот девкой, они шагали в темный переулок. Там я и поджидала их. Как всегда, я была обольстительна и прекрасна, мы шли к нему домой или в дорогой отель. Там я осматривалась, что можно взять для жизни, или же я оставалась жить подолгу у съеденного мною комевоежера в доме. Обычно, он был большим и прекрасным, и там меня не тревожил. Это продолжалось до тех пор, пока однажды кто-то из спасшихся моих жертв рассказал обо мне и о всех смертях, считавшихся такими загадочными. Люди взбунтовались против нас! А нас в это время было в городе порядка двести или пятьсот разноклановых вампиров. А вот в моем роде я была совершенно одна. Предки твоего названого отца изловили меня, они знали, что жила в домах своих богатых жертв. Они заточили меня здесь на столетия, наложив заклятие.

— Твою историю можно считать грустной, Лилит. Ты ведь поступала так, чтобы выжить. Если бы они были благоразумны и осторожны, то я, думаю, никто бы не пострадал. Вампиры ведь могут питаться животными?

— Могут, мой мальчик, а как я по-твоему до сих пор еще живая. Все это время ко мне заглядывали сотни крыс и разных змей, что давно выводятся в этих камнях. Я все это время питалась ими. Это, конечно, невкусно, но это необходимо.

— Любимая моя, хорошо, что ты осталась жива. Не знаю, что бы я делал, не встретив тебя. Кстати, как ты все-таки появилась у меня в зеркале? — спросил Артем с большим интересом, стараясь открыть клетку.

— Милый, мой самый лучший мальчик! Я здесь существовала многие годы в одиночестве и кромешной темноте. Но потом я стала сильнее, питаясь сразу пятьдисятью крысами на день, и могла снова выходить в астрал. Так я и увидела тебя тогда. Ты остался сиротой, мало общительным мальчиком, твой чистый взгляд показался мне не от мира сего. Я прочитала твою душу, еще тогда, в твоем далеком детстве был скрыт интерес к вампирам. Твоя душа не хотела обыдености, в обычной жизни ты чувствовал презрение и только томительный взгляд в мир мертвых насыщал тебя жизнью. Я решила прийти к тебе в астрале и посмотреть на понравившегося мне мальчика; твоя горячая кровь запульсировала тогда от нашей встречи. Я почувствовала такое сильное влечение к тебе, к твоему вздоху! Каждое твое дыхание, каждое слово наполняет меня силой и жизнью. И я поняла, что впервые интересуюсь человеком, а не едой, — Лилит говорила с волнением, и было видно, что она говорит правду.

— Значит, ты тоже любишь меня? Знаешь, мне все-равно, что говорят о тебе и о вампирах люди. Я следую своему сердцу, а оно направляет меня к тебе. Я верю тебе, Лилит! Я освобожу тебя, и тогда мы будем вместе. Я пойду за тобой, куда скажешь, — Артем продолжал мучаться с замком клетки, но в итоге ему удалось открыть проклятую дверь и войти во внутрь.

— Мальчик мой, я очень сильно тебя люблю! Я уже и не думала, что это возможно. Но так случилось, — мы встретились — и обратной реакции быть не может. Но я очень боюсь за тебя, я все еще не доверяю себе, — Лилит с опаской обняла парня.

Они еще несколько минут стояли в объятиях друг друга. Лилит обвела Артема за шею своими измученными руками, олаго, длинные цепи позволяли это делать. Артем, закрыв глаза, от свалившегося счастья, нежно потерся о волосы немертвой.

— Лилит, как мне снять эти цепи?! Они ведь так просто не поддадутся. Может ты знаешь…?

— Надо просто произнести заклятие, которое ты произнес у двери комнаты, и еще одно. А потом нужно пролить капли крови на эти замки. Считается, что только кровь невинного освободит меня, — произнесла вампирша, отступая от парня.

— Ну тогда чего мы медлим? Быстрее прокуси мне руку, я пролью на замки свою кровь пусть она падет пеплом вниз, — Артем протянул руку Лилит.

— Нет! Я не могу! Ты что?! Стоит мне попробовать твою кровь и я уже не смогу остановиться, — Лилит отшатнулась от парня и с силой прильнула к клетке.