Фандом: Песнь Льда и Огня. Они сделали это ради Севера, но Север не верит им.
30 мин, 26 сек 11431
Или они на самом деле думают, забыл ли Джон Сноу, что Нед Старк воспитал его, как своего бастарда, осмелился ли он прикоснуться к женщине, которую когда-то считал сестрой. Думают, что можно простить и принять теперь, когда Мать Драконов ушла, забрав с собой огонь и страх. Думают, верить ли историям о Рамси Болтоне, которые шепотом пересказывают друг другу в деревне. Думают, что осталось от старшей дочери Старков, которую болтоновский ублюдок взял к себе в постель…
Джон выходит из зала вслед за ней. Санса останавливается за первым же углом, прислоняется к стене, чтобы перевести дыхание. В легких хрип. Джон поднимает руку, но рука замирает, не прикоснувшись к ее волосам. Санса смотрит на пальцы, которые хотели погладить ее по голове, пробежать по волосам, обвести лицо — но так и не решились, потом смотрит в глаза Джона. Джон хочет что-то сказать, но молчит, и когда он скрывается за поворотом, Санса наконец выдыхает.
Санса идет по крепости с высоко поднятой головой. Драконов больше нет, на их место пришла тишина. Света все меньше, Санса не знает, когда придет весна, но твердо намеревается увидеть ее.
— Они смотрят на нас, — говорит она поздно вечером, когда муж раздевается, стоя к ней спиной. — Наверное, они хотели бы, чтобы мы не сделали этого. Обманули ее… как-нибудь.
— Они ничего не знают, — отвечает Джон, медленно поворачиваясь к ней. Сначала Сансе кажется, что он просто пройдет мимо, но Джон останавливается прямо перед ней. — Это не имеет значения, Санса. Мы должны были сделать то, что сделали.
— Нет, — так тихо, что сама еле слышит, шепчет Санса, и Джон неверяще хмурится. — У нас был выбор…
— Дейнерис уничтожила бы нас.
— Она нашла бы тебе другую жену. Ей нужен твой ребенок… Она отбросила бы меня в сторону, отдала тебе Север и нашла другую жену.
Джон качает головой:
— Я бы ей не позволил.
— Я знаю, — Санса сглатывает, и видит, как взгляд Джона задерживается на ее губах. — Джон… Я знаю. Ты выбрал меня.
— Я…
— А я выбрала тебя. Дейнерис ушла, остались только мы с тобой.
— И что… — спрашивает Джон тихо. — И что теперь?
— Теперь мы будем жить.
Джон не уклоняется от ее поцелуя, но и не отвечает, и Санса успевает подумать, что они были правы, драконья королева, война и зима искорежили и погнули их, что они никогда не забудут. Она целует Джона в уголок губ и делает глубокий вдох, но прежде чем успевает отстраниться, Джон поднимает руку к ее волосам, останавливая.
Санса не знает, что им делать. Огонь догорает, гаснут свечи, в комнате холодно и они в самом сердце зимы. Но руки Джона тепло прикасаются к волосам, щекам, шее, а потом — плечам, и спине, и бедрам. Снег еще долго не растает, глаза Севера неотрывно следят за ними, и может быть, зима продлится еще годы и годы, еще годы и годы они будут целовать друг друга посреди снега и льда… и забывать. И когда наконец придет свет, может быть, они станут совсем другими. Посмотрят на весну другими глазами. Шрамы на коже побелеют. Воспоминания исчезнут в долгой тьме, становясь историей.
Может быть, они проснутся утром, посмотрят друг другу в глаза и представят себе, что мир стал таким, как должно.
Джон выходит из зала вслед за ней. Санса останавливается за первым же углом, прислоняется к стене, чтобы перевести дыхание. В легких хрип. Джон поднимает руку, но рука замирает, не прикоснувшись к ее волосам. Санса смотрит на пальцы, которые хотели погладить ее по голове, пробежать по волосам, обвести лицо — но так и не решились, потом смотрит в глаза Джона. Джон хочет что-то сказать, но молчит, и когда он скрывается за поворотом, Санса наконец выдыхает.
Санса идет по крепости с высоко поднятой головой. Драконов больше нет, на их место пришла тишина. Света все меньше, Санса не знает, когда придет весна, но твердо намеревается увидеть ее.
— Они смотрят на нас, — говорит она поздно вечером, когда муж раздевается, стоя к ней спиной. — Наверное, они хотели бы, чтобы мы не сделали этого. Обманули ее… как-нибудь.
— Они ничего не знают, — отвечает Джон, медленно поворачиваясь к ней. Сначала Сансе кажется, что он просто пройдет мимо, но Джон останавливается прямо перед ней. — Это не имеет значения, Санса. Мы должны были сделать то, что сделали.
— Нет, — так тихо, что сама еле слышит, шепчет Санса, и Джон неверяще хмурится. — У нас был выбор…
— Дейнерис уничтожила бы нас.
— Она нашла бы тебе другую жену. Ей нужен твой ребенок… Она отбросила бы меня в сторону, отдала тебе Север и нашла другую жену.
Джон качает головой:
— Я бы ей не позволил.
— Я знаю, — Санса сглатывает, и видит, как взгляд Джона задерживается на ее губах. — Джон… Я знаю. Ты выбрал меня.
— Я…
— А я выбрала тебя. Дейнерис ушла, остались только мы с тобой.
— И что… — спрашивает Джон тихо. — И что теперь?
— Теперь мы будем жить.
Джон не уклоняется от ее поцелуя, но и не отвечает, и Санса успевает подумать, что они были правы, драконья королева, война и зима искорежили и погнули их, что они никогда не забудут. Она целует Джона в уголок губ и делает глубокий вдох, но прежде чем успевает отстраниться, Джон поднимает руку к ее волосам, останавливая.
Санса не знает, что им делать. Огонь догорает, гаснут свечи, в комнате холодно и они в самом сердце зимы. Но руки Джона тепло прикасаются к волосам, щекам, шее, а потом — плечам, и спине, и бедрам. Снег еще долго не растает, глаза Севера неотрывно следят за ними, и может быть, зима продлится еще годы и годы, еще годы и годы они будут целовать друг друга посреди снега и льда… и забывать. И когда наконец придет свет, может быть, они станут совсем другими. Посмотрят на весну другими глазами. Шрамы на коже побелеют. Воспоминания исчезнут в долгой тьме, становясь историей.
Может быть, они проснутся утром, посмотрят друг другу в глаза и представят себе, что мир стал таким, как должно.
Страница 8 из 8
