Изабель знала, что она во сне, что она спит. Что-то что, видит действительно сон. Глубокий и невероятно реалистичный сон. Она, просто, спала. И во сне бежала по лесу, густому, заросшему ветвями корявых изуродованных и страшных толстокорых деревьев.
185 мин, 54 сек 11630
Александр поднял Алину с колен от пола ее вернувшейся назад из потустороннего мира сновидений спальни и прижал к себе.
А Миленхирим сказал — Я возвращаю тебе Алина твоего знакомого Вадика. Любите друг друга! Это залог вашего будущего счастья! — сказал он им — Любите своих родителей! И своих будущих детей Алина! — и он тут же вышел из тела Вадика светящимся ярким ментально-астральным сгустком энегии, отпустив его, пихнув в спину в сторону Алины, и она подхватила его вместе с Александром. Вадик же, быстро прейдя в себя, не мог долго понять, что здесь происходит, и где он сейчас находится,
но Александр прижал его своей сильной рукой атлета к своей груди за шею, не дав поднять с перепуга панику на весь дом.
Вадик смотрел ошарашено по сторонам, открыв от непонимания незнакомой обстановки свой двадцатилетнего парня рот. Он напугано смотрел по сторонам и на светящийся перед ним яркий горящий голубоватым светом шар. Весь трясся от страха.
— Спокойней, парень — сказал громко ему на ухо Александр — Ты в жизни вряд ли больше, чего-нибудь подобного увидишь! Наслаждайся!
Вадик смотрел ошарашено и перепугано на то, что было совсем недавно в его юношеском теле. И читало ему постоянно морали. Он смотрел на уходящего в Рай Ангела Миленхирима. Настоящего Ангела Миленхирима, которого не видел никто из земных людей. Кроме троих в комнате Алины.
Они видели светящийся поток яркого во все стороны голубого лучистого света. Такого же, как и свет Элоима. И из этого света
выделялась человеческая высокая фигура. Фигура, сильно напоминающая для Алины Элоима. Как две капли воды, похожая, на того лесного Эльфа, с длинными развевающимися по воздуху волосами. Только цвет волос был другой не русый, а более темный, скорее пепельный.
Перед Алиной стоял еще один ее возлюбленный Элоим. Он смотрел на нее горящим ярким светом голубыми, как и у Элоима красивыми под изогнутыми бровями, на остроносом и миловидном как у женщины лице глазами. Алина жалобно снова заплакала громко навзрыд, а Ангел сказал напоследок — Прощай, Алина!
— Ты спасла, и меня, Алина! Спасибо, тебе! — Миленхирим сказал Алине — Теперь и я, обрел свободу! Я желаю тебе, Алина, счастья и возвращаю все на свое место! Твоих родителей и твоего Вадика! — он замолчал вдруг, потом добавил — Алина! — сказал Алине Миленхирим — Заботься о нем! И люби его! И забудь все, что здесь с тобою произошло! И будь счастлива!
— Прощай и ты, Александр! — он обратился к своему помощнику — Хоть наша встреча была недолгой. Ты был хорошим подспорьем в нашем Ангельском деле! Я бы пошел с тобой в бой, Александр! Я желаю и тебе, счастья, и очень скорой любви!
Александр сделал удивленные глаза, молча слушая, чуть тоже не плача Миленхирима. Его сердце закаленного крутыми неприятными переменами и жизнью мужчины, растрогалось от такого чувственного расставания.
Миленхирим раскрыл свои, светящиеся ярким ослепительным светом. Похожие на птичьи в оперении, огромные за своей спиной крылья.
— Прощайте! — громко еще раз он повторил им всем Миленхирим, и, вспыхнув ярким весь светом, превратился в такой же, как и Элоим светящийся большой шар. Шар взмыл к потолку возле спаленной люстры и растворился тоже в воздухе, словно, пронзив этажи всего дома до самой крыши, вылетел вверх и вознесся к Небесам. Он исчез, как будто его и совсем не было, как и его брата Элоима и этого страшного черного леса и той кровожадной Изигири. А, Алина Александр и ошарашенный Вадик остались стоять в спаленной комнате, в которой и застали их родители Алины.
Ничего, тоже не понимая, что происходит, после долгого принудительного гипнотического сна, они, проснувшись внезапно, ворвались в спальню дочери и теперь требовали от дочери объяснения. Особенно ее мама. Кто эти все люди, которых они с ее отцом не знали? И как оказались у них дома?
А, Вадик и Александр, молча, терпя нападение, теперь смотрели друг на друга и на Алининых родителей, и смотрели на Алину и думали, как теперь выкручиваться.
В это время прозвонил звонок в дверях Алининой квартиры. Но, ни кто не шел открывать. Все так и стояли, и вопросительно, глядели друг на друга.
Алина, первой отошла от всего, что с ней случилось, и, вспомнила о Ленке, что только Ленка могла так долго и настойчиво звонить в дверь.
Возможно, она давно уже звонит, а никто и не слышит изо всего, того шума, который подняли родители.
Она быстро сказала — Вадик, Александр это мама, а это папа, знакомьтесь.
И бросилась открывать дверь.
Она подлетела к входной в квартиру двери и открыла ее.
На пороге стояла вертехвостка подружка Ленка.
А Миленхирим сказал — Я возвращаю тебе Алина твоего знакомого Вадика. Любите друг друга! Это залог вашего будущего счастья! — сказал он им — Любите своих родителей! И своих будущих детей Алина! — и он тут же вышел из тела Вадика светящимся ярким ментально-астральным сгустком энегии, отпустив его, пихнув в спину в сторону Алины, и она подхватила его вместе с Александром. Вадик же, быстро прейдя в себя, не мог долго понять, что здесь происходит, и где он сейчас находится,
но Александр прижал его своей сильной рукой атлета к своей груди за шею, не дав поднять с перепуга панику на весь дом.
Вадик смотрел ошарашено по сторонам, открыв от непонимания незнакомой обстановки свой двадцатилетнего парня рот. Он напугано смотрел по сторонам и на светящийся перед ним яркий горящий голубоватым светом шар. Весь трясся от страха.
— Спокойней, парень — сказал громко ему на ухо Александр — Ты в жизни вряд ли больше, чего-нибудь подобного увидишь! Наслаждайся!
Вадик смотрел ошарашено и перепугано на то, что было совсем недавно в его юношеском теле. И читало ему постоянно морали. Он смотрел на уходящего в Рай Ангела Миленхирима. Настоящего Ангела Миленхирима, которого не видел никто из земных людей. Кроме троих в комнате Алины.
Они видели светящийся поток яркого во все стороны голубого лучистого света. Такого же, как и свет Элоима. И из этого света
выделялась человеческая высокая фигура. Фигура, сильно напоминающая для Алины Элоима. Как две капли воды, похожая, на того лесного Эльфа, с длинными развевающимися по воздуху волосами. Только цвет волос был другой не русый, а более темный, скорее пепельный.
Перед Алиной стоял еще один ее возлюбленный Элоим. Он смотрел на нее горящим ярким светом голубыми, как и у Элоима красивыми под изогнутыми бровями, на остроносом и миловидном как у женщины лице глазами. Алина жалобно снова заплакала громко навзрыд, а Ангел сказал напоследок — Прощай, Алина!
— Ты спасла, и меня, Алина! Спасибо, тебе! — Миленхирим сказал Алине — Теперь и я, обрел свободу! Я желаю тебе, Алина, счастья и возвращаю все на свое место! Твоих родителей и твоего Вадика! — он замолчал вдруг, потом добавил — Алина! — сказал Алине Миленхирим — Заботься о нем! И люби его! И забудь все, что здесь с тобою произошло! И будь счастлива!
— Прощай и ты, Александр! — он обратился к своему помощнику — Хоть наша встреча была недолгой. Ты был хорошим подспорьем в нашем Ангельском деле! Я бы пошел с тобой в бой, Александр! Я желаю и тебе, счастья, и очень скорой любви!
Александр сделал удивленные глаза, молча слушая, чуть тоже не плача Миленхирима. Его сердце закаленного крутыми неприятными переменами и жизнью мужчины, растрогалось от такого чувственного расставания.
Миленхирим раскрыл свои, светящиеся ярким ослепительным светом. Похожие на птичьи в оперении, огромные за своей спиной крылья.
— Прощайте! — громко еще раз он повторил им всем Миленхирим, и, вспыхнув ярким весь светом, превратился в такой же, как и Элоим светящийся большой шар. Шар взмыл к потолку возле спаленной люстры и растворился тоже в воздухе, словно, пронзив этажи всего дома до самой крыши, вылетел вверх и вознесся к Небесам. Он исчез, как будто его и совсем не было, как и его брата Элоима и этого страшного черного леса и той кровожадной Изигири. А, Алина Александр и ошарашенный Вадик остались стоять в спаленной комнате, в которой и застали их родители Алины.
Ничего, тоже не понимая, что происходит, после долгого принудительного гипнотического сна, они, проснувшись внезапно, ворвались в спальню дочери и теперь требовали от дочери объяснения. Особенно ее мама. Кто эти все люди, которых они с ее отцом не знали? И как оказались у них дома?
А, Вадик и Александр, молча, терпя нападение, теперь смотрели друг на друга и на Алининых родителей, и смотрели на Алину и думали, как теперь выкручиваться.
В это время прозвонил звонок в дверях Алининой квартиры. Но, ни кто не шел открывать. Все так и стояли, и вопросительно, глядели друг на друга.
Алина, первой отошла от всего, что с ней случилось, и, вспомнила о Ленке, что только Ленка могла так долго и настойчиво звонить в дверь.
Возможно, она давно уже звонит, а никто и не слышит изо всего, того шума, который подняли родители.
Она быстро сказала — Вадик, Александр это мама, а это папа, знакомьтесь.
И бросилась открывать дверь.
Она подлетела к входной в квартиру двери и открыла ее.
На пороге стояла вертехвостка подружка Ленка.
Страница 49 из 50
