Без аннотаций.
246 мин, 21 сек 1101
Изабель, напуганная увиденным, быстро перешагнула через порог храма и заскочила внутрь здания под высокий его арочный с колоннадою свод.
***
— Я ждал тебя — сказал он этот русоволосый молодой любовник красавец — Ты вновь ко мне пришла, моя Изабель! Ты пришла в мой лес и мой дом! Я рад видеть тебя здесь снова! — его голос гулко раздавался под сводами полуразрушенного древнего церковного храма.
Он, ступая по каменному полу босыми ногами, быстро приблизился к Изабель и обнял ее. Крепко прижал ее девичью голову к своей груди.
Он был совершенно голым. Всегда. С первого их знакомства. И не стыдился этого. Казалось, ее любимому была вообще чужда одежда. Это было странным тоже, но Изабель не задавалась вопросом почему? Он был голым и при их первой встрече, но тогда она не видела его полностью. Он пришел из того леса таким как есть. Весь освещенный светящийся ярким светом. Точнее прилетел беззвучно по воздуху и повис над Изабель кроватью в их первую ночь, ночь первой встречи. Она поначалу видела только верхнюю часть его обнаженного мужского красивого тела, а позднее уже он обнажился перед Изабель Маршал полностью. И таким был теперь всегда. С момента их первой близости. Он был всегда совершенно голым, и он всегда как-то светился изнутри каким-то непонятным призрачным голубоватым светом. Этот свет сливался с его золотыми, сверкающими на запястьях рук и лодыжках мужских ног старинными в изумительной символической некой религиозной чеканке браслетами. А само голое тело этого странного и загадочного ее любовника было все испещрено какими-то знаками и символами. Некими руническими письменами, значения Изабель которых знать просто не могла, как и прочесть это все. Но его красивое до женского любовного безумия, мускулистое и гибкое тело, казалось, излучало странный лучистый свет. Он светился весь изнутри этим лучистым светом. Но этот свет, был теплым и приятным. По крайней мере, Изабель так казалось.
— Она опять шла за мной! — сказала ему Изабель — Она преследует меня все время! Мне страшно, любимый!
— Я знаю — его голос стал мягким и тихим — Моя, Изабель. Я знаю.
Он прижал ее еще крепче к своей обнаженной мужской молодой груди. мешает нашей любви, но скоро все кончится моя Изабель, все кончится. И для тебя и для меня.
Он схватил Изабель своими сильными мужскими руками, и, оторвав от себя, удерживая без усилий навесу, поднялся вместе с ней над полом своего полуразрушенного древнего готического храма. В тот же момент казалось, остановилось все, и даже туман который затекал рекою через порог лесного каменного полуразрушенного монастыря. В тот самый момент любовник Изабель поднял ее еще выше. Вместе с собой выше под самый проломленный насквозь с обрушенной черепицей потолок призрачного сотканного инфернальной энергией и волшебной силой здания. И они вместе вылетели через его крышу и зависли в какой-то уже пустоте, где не было уже ничего совершенно кроме их двоих и белого вокруг тумана. Этот туман, подымался, вверх и окутывал их двоих. Он подчинялся ему как все в этом сказочном волшебном жутком лесу. Туман кружил вокруг ее и ее сказочного красавца любовника, закрывая все вокруг. И Изабель не видела ничего, кроме его красивого лица. Прямого носа и его потрясающе синих светящихся искристым ярким светом глаз. Кроме сверкающей золотом большой с острыми торчащими вверх длинными шипами венца короны.
Он и она очень медленно вращались по кругу вместе с белым, клубящимся, и становящимся все плотнее и гуще вокруг них холодным живым туманом.
— Как здорово, любимый! – она произнесла, восторгаясь происходящим — Что происходит! — Изабель теперь уже испуганно спросила его — Такого ты не делал раньше!
— И не сделал бы никогда, любимая моя. Прости меня, Изабель, но так хочет она — сказал он ей — Так хочет она. Прости меня, любимая.
И он оскалился острыми как иглы во рту любовника большими зубами. А, напуганная, до самых пяток ног и трясясь от дикого теперь кошмарного ужаса, Изабель было пыталась вырваться, но уже не смогла в его тех сильных схвативших ее руках.
Она истошно громко закричала, но крика ее никто уже не услышал. Она дергалась, что силы, но вырваться не могла. Его сильные руки лишь сжались еще сильнее на ее девичьих плечах. Из пальцев рук вылезли длинные черные как у дикой хищной птицы когти. Они вонзились как рыболовные крючки в женские Изабель плечи.
Запястья в золотых браслетах рук ее любовника покрылись змеиной сверкающей черной чешуей до самых локтей. Тоже — самое стало и с ногами этого светящегося ярким голубоватым светом парящего в воздухе демона красавца.
Черные звериные когти на его пальцах глубоко впились в ее девичьи нежные молодые плечи, и потекла по ним ее девичья молодая Изабель алая кровь.
***
— Я ждал тебя — сказал он этот русоволосый молодой любовник красавец — Ты вновь ко мне пришла, моя Изабель! Ты пришла в мой лес и мой дом! Я рад видеть тебя здесь снова! — его голос гулко раздавался под сводами полуразрушенного древнего церковного храма.
Он, ступая по каменному полу босыми ногами, быстро приблизился к Изабель и обнял ее. Крепко прижал ее девичью голову к своей груди.
Он был совершенно голым. Всегда. С первого их знакомства. И не стыдился этого. Казалось, ее любимому была вообще чужда одежда. Это было странным тоже, но Изабель не задавалась вопросом почему? Он был голым и при их первой встрече, но тогда она не видела его полностью. Он пришел из того леса таким как есть. Весь освещенный светящийся ярким светом. Точнее прилетел беззвучно по воздуху и повис над Изабель кроватью в их первую ночь, ночь первой встречи. Она поначалу видела только верхнюю часть его обнаженного мужского красивого тела, а позднее уже он обнажился перед Изабель Маршал полностью. И таким был теперь всегда. С момента их первой близости. Он был всегда совершенно голым, и он всегда как-то светился изнутри каким-то непонятным призрачным голубоватым светом. Этот свет сливался с его золотыми, сверкающими на запястьях рук и лодыжках мужских ног старинными в изумительной символической некой религиозной чеканке браслетами. А само голое тело этого странного и загадочного ее любовника было все испещрено какими-то знаками и символами. Некими руническими письменами, значения Изабель которых знать просто не могла, как и прочесть это все. Но его красивое до женского любовного безумия, мускулистое и гибкое тело, казалось, излучало странный лучистый свет. Он светился весь изнутри этим лучистым светом. Но этот свет, был теплым и приятным. По крайней мере, Изабель так казалось.
— Она опять шла за мной! — сказала ему Изабель — Она преследует меня все время! Мне страшно, любимый!
— Я знаю — его голос стал мягким и тихим — Моя, Изабель. Я знаю.
Он прижал ее еще крепче к своей обнаженной мужской молодой груди. мешает нашей любви, но скоро все кончится моя Изабель, все кончится. И для тебя и для меня.
Он схватил Изабель своими сильными мужскими руками, и, оторвав от себя, удерживая без усилий навесу, поднялся вместе с ней над полом своего полуразрушенного древнего готического храма. В тот же момент казалось, остановилось все, и даже туман который затекал рекою через порог лесного каменного полуразрушенного монастыря. В тот самый момент любовник Изабель поднял ее еще выше. Вместе с собой выше под самый проломленный насквозь с обрушенной черепицей потолок призрачного сотканного инфернальной энергией и волшебной силой здания. И они вместе вылетели через его крышу и зависли в какой-то уже пустоте, где не было уже ничего совершенно кроме их двоих и белого вокруг тумана. Этот туман, подымался, вверх и окутывал их двоих. Он подчинялся ему как все в этом сказочном волшебном жутком лесу. Туман кружил вокруг ее и ее сказочного красавца любовника, закрывая все вокруг. И Изабель не видела ничего, кроме его красивого лица. Прямого носа и его потрясающе синих светящихся искристым ярким светом глаз. Кроме сверкающей золотом большой с острыми торчащими вверх длинными шипами венца короны.
Он и она очень медленно вращались по кругу вместе с белым, клубящимся, и становящимся все плотнее и гуще вокруг них холодным живым туманом.
— Как здорово, любимый! – она произнесла, восторгаясь происходящим — Что происходит! — Изабель теперь уже испуганно спросила его — Такого ты не делал раньше!
— И не сделал бы никогда, любимая моя. Прости меня, Изабель, но так хочет она — сказал он ей — Так хочет она. Прости меня, любимая.
И он оскалился острыми как иглы во рту любовника большими зубами. А, напуганная, до самых пяток ног и трясясь от дикого теперь кошмарного ужаса, Изабель было пыталась вырваться, но уже не смогла в его тех сильных схвативших ее руках.
Она истошно громко закричала, но крика ее никто уже не услышал. Она дергалась, что силы, но вырваться не могла. Его сильные руки лишь сжались еще сильнее на ее девичьих плечах. Из пальцев рук вылезли длинные черные как у дикой хищной птицы когти. Они вонзились как рыболовные крючки в женские Изабель плечи.
Запястья в золотых браслетах рук ее любовника покрылись змеиной сверкающей черной чешуей до самых локтей. Тоже — самое стало и с ногами этого светящегося ярким голубоватым светом парящего в воздухе демона красавца.
Черные звериные когти на его пальцах глубоко впились в ее девичьи нежные молодые плечи, и потекла по ним ее девичья молодая Изабель алая кровь.
Страница 4 из 66
