Фандом: My Little Pony. Какие неприятности могут подстерегать пони на пикнике? До недавнего времени в личном списке Эплджек не содержалось ничего хуже плохой погоды и невозможности собрать всех своих подруг, но все изменилось с появлением странного жеребца, слишком ревностно относящегося к инструкциям и называющего себя Смертью. Эплджек придется на собственном примере убедиться в том, что незнание закона не освобождает от ответственности за его неисполнение…
147 мин, 22 сек 15679
Раш и сам не понял, как он смог увернуться. Услышав окрик, он быстро сосредоточил свою энергию на реверсе ускорителей, резко отклонился влево, делая «бочку» и пропуская мимо себя яркий радужный росчерк. Не узнать Рэйнбоу Дэш было невозможно, и Жнец, выровняв свой полет, устремился за ней, рассчитывая помочь в случае, если шлейф Ауры задел кобылку слишком сильно. Впрочем, помощь не потребовалась: из-за облака появилась носительница немного растрепанная, но целая Рэйнбоу.
— Раш? — удивленно спросила она, зависнув рядом с оперативником. — Так вот как ты летаешь… По какому поводу такое лихачество?
— Был не в духе, — мрачно сообщил Жнец, не видя смысла что-то скрывать. — Хотел выпустить пар.
— О, тогда постараюсь держаться от тебя подальше, когда ты не в настроении, — усмехнулась Рэйнбоу. — Неплохо двигаешься, кстати. Не уверена, что смогла бы повторить такой маневр, будь я на твоем месте.
— Тебе стоит похвалить мое снаряжение, не меня, — отрезал Раш и, убавив тягу полетной системы, начал снижаться.
Приземлившись на опушке небольшой рощицы, он сбросил Образ и медленно пошел по дороге. Цокот копыт за его спиной показал, что Рэйнбоу Дэш отправилась следом.
— Хочешь ответить на вопросы об Эплджек? — словно не обращаясь к ней напрямую, спросил Раш.
— Вообще-то я хотела задать парочку своих, — ответила она. — Как считаешь, ее оправдают?
— Слушай, я все понимаю, но почему вы продолжаете меня спрашивать об этом? — несколько раздраженно поинтересовался Жнец. — Пока комиссия не вынесет вердикт…
— Да потому что, Дискорд побери! — неожиданно повысила голос Рэйнбоу. — Извини… Просто… Понимаешь, с того самого момента, как все это началось, нас всех не оставляет чувство, что все это — мишура. Несмотря на то, как ты описывал Департамент, несмотря на слова принцессы Селестии, нам продолжало казаться, что… Эплджек у нас все равно отнимут.
Жнец вздрогнул, осознав, насколько мысли подруг контролируемого субъекта … Эплджек схожи с его собственными. А Рэйнбоу Дэш продолжала:
— С того вечера Твайлайт глаз не сомкнула, все пыталась найти в книгах ответ, понять, почему этот ваш мантикоров таймер показывает какую-то чушь… Ей сначала помогала Флаттершай, потом Пинки, но они так ничего и не нашли…
Продолжая медленно идти вдоль кромки леса, Раш сделал очередную мысленную пометку: стало понятно, что Пинки Пай делала в библиотеке в такую рань. Подруги помогали Твайлайт разобраться в причинах поломки устройства, о котором они слышали всего один раз. У них не было ни одного шанса, но они все равно старались.
— Понимаешь, нам и так досталось, когда Дискорд заправлял в Понивилле. — Рэйнбоу говорила, словно не обращая внимания на то, слушает собеседник ее или нет. — Теперь еще это…
— А что именно с вами приключилось, когда на город напал Дискорд? — спросил Раш просто для того, чтобы хоть что-то сказать. — В сводках не было конкретики.
Кобылка слегка запнулась, сбитая с толку сменой темы, а затем криво усмехнулась.
— Вообще, это было довольно жутко… — начала она…
Минуту спустя с ветвей ближайших деревьев вспорхнула стайка птиц, которую спугнул отчаянный возглас:
— Какой же я идиот! Это же очевидно!
Кабинет начальника Департамента, вопреки высокому положению своего хозяина, воображения не поражал, предпочитая минимализм шику и роскоши. Светло-бежевую, выполненную в тонах остальных офисов окраску стен оттеняли лишь элегантный книжный шкаф и небольших размеров полотно, на котором огромный, словно вылепленный из темноты крылатый силуэт с горящими глазами окружали фигуры множества Жнецов. У дальней стены располагался большой письменный стол из красного дерева, который, подобно самой комнате, был практически пуст. Округлая чернильница с причудливым узором, металлический цилиндр с набором длинных, черно-красных перьев с острыми зазубренными краями и небольшая, высотой сантиметров пятнадцать, фигурка стилизованного черепа пони на вытянутой треугольной подставке с механическим метрономом — вот все, что располагалось на идеально гладкой, сверкающей лаком столешнице.
Сидевший за столом Бэк Стэб читал очередную недельную сводку, удерживая ее магическим захватом и в очередной раз пробегая глазами по успевшим намертво въесться в память формулировкам. Он возглавлял Департамент долгих девятьсот лет, из которых последние шестьсот, когда работы в мире живых для Жнецов практически не осталось, этот документ оставался практически неизменным. Иногда лишь сравнение количественных показателей принятых душ помогало начальнику ДКГ понять, что ему не дали по ошибке старую версию.
Конечно, Бэк Стэб вполне мог вообще не просматривать сводки, благо у него в подчинении имелся целый аналитический отдел, сотрудники которого и так занимались подготовкой информативных выжимок из множества готовившихся в организации отчетных документов. Однако на протяжении нескольких столетий чтение тонкого листка превратилось в своеобразный ритуал, ни на что не влияющий, но воспринимающийся почти так же естественно, как встававшее каждый день искусно сымитированное солнце.
— Раш? — удивленно спросила она, зависнув рядом с оперативником. — Так вот как ты летаешь… По какому поводу такое лихачество?
— Был не в духе, — мрачно сообщил Жнец, не видя смысла что-то скрывать. — Хотел выпустить пар.
— О, тогда постараюсь держаться от тебя подальше, когда ты не в настроении, — усмехнулась Рэйнбоу. — Неплохо двигаешься, кстати. Не уверена, что смогла бы повторить такой маневр, будь я на твоем месте.
— Тебе стоит похвалить мое снаряжение, не меня, — отрезал Раш и, убавив тягу полетной системы, начал снижаться.
Приземлившись на опушке небольшой рощицы, он сбросил Образ и медленно пошел по дороге. Цокот копыт за его спиной показал, что Рэйнбоу Дэш отправилась следом.
— Хочешь ответить на вопросы об Эплджек? — словно не обращаясь к ней напрямую, спросил Раш.
— Вообще-то я хотела задать парочку своих, — ответила она. — Как считаешь, ее оправдают?
— Слушай, я все понимаю, но почему вы продолжаете меня спрашивать об этом? — несколько раздраженно поинтересовался Жнец. — Пока комиссия не вынесет вердикт…
— Да потому что, Дискорд побери! — неожиданно повысила голос Рэйнбоу. — Извини… Просто… Понимаешь, с того самого момента, как все это началось, нас всех не оставляет чувство, что все это — мишура. Несмотря на то, как ты описывал Департамент, несмотря на слова принцессы Селестии, нам продолжало казаться, что… Эплджек у нас все равно отнимут.
Жнец вздрогнул, осознав, насколько мысли подруг контролируемого субъекта … Эплджек схожи с его собственными. А Рэйнбоу Дэш продолжала:
— С того вечера Твайлайт глаз не сомкнула, все пыталась найти в книгах ответ, понять, почему этот ваш мантикоров таймер показывает какую-то чушь… Ей сначала помогала Флаттершай, потом Пинки, но они так ничего и не нашли…
Продолжая медленно идти вдоль кромки леса, Раш сделал очередную мысленную пометку: стало понятно, что Пинки Пай делала в библиотеке в такую рань. Подруги помогали Твайлайт разобраться в причинах поломки устройства, о котором они слышали всего один раз. У них не было ни одного шанса, но они все равно старались.
— Понимаешь, нам и так досталось, когда Дискорд заправлял в Понивилле. — Рэйнбоу говорила, словно не обращая внимания на то, слушает собеседник ее или нет. — Теперь еще это…
— А что именно с вами приключилось, когда на город напал Дискорд? — спросил Раш просто для того, чтобы хоть что-то сказать. — В сводках не было конкретики.
Кобылка слегка запнулась, сбитая с толку сменой темы, а затем криво усмехнулась.
— Вообще, это было довольно жутко… — начала она…
Минуту спустя с ветвей ближайших деревьев вспорхнула стайка птиц, которую спугнул отчаянный возглас:
— Какой же я идиот! Это же очевидно!
Кабинет начальника Департамента, вопреки высокому положению своего хозяина, воображения не поражал, предпочитая минимализм шику и роскоши. Светло-бежевую, выполненную в тонах остальных офисов окраску стен оттеняли лишь элегантный книжный шкаф и небольших размеров полотно, на котором огромный, словно вылепленный из темноты крылатый силуэт с горящими глазами окружали фигуры множества Жнецов. У дальней стены располагался большой письменный стол из красного дерева, который, подобно самой комнате, был практически пуст. Округлая чернильница с причудливым узором, металлический цилиндр с набором длинных, черно-красных перьев с острыми зазубренными краями и небольшая, высотой сантиметров пятнадцать, фигурка стилизованного черепа пони на вытянутой треугольной подставке с механическим метрономом — вот все, что располагалось на идеально гладкой, сверкающей лаком столешнице.
Сидевший за столом Бэк Стэб читал очередную недельную сводку, удерживая ее магическим захватом и в очередной раз пробегая глазами по успевшим намертво въесться в память формулировкам. Он возглавлял Департамент долгих девятьсот лет, из которых последние шестьсот, когда работы в мире живых для Жнецов практически не осталось, этот документ оставался практически неизменным. Иногда лишь сравнение количественных показателей принятых душ помогало начальнику ДКГ понять, что ему не дали по ошибке старую версию.
Конечно, Бэк Стэб вполне мог вообще не просматривать сводки, благо у него в подчинении имелся целый аналитический отдел, сотрудники которого и так занимались подготовкой информативных выжимок из множества готовившихся в организации отчетных документов. Однако на протяжении нескольких столетий чтение тонкого листка превратилось в своеобразный ритуал, ни на что не влияющий, но воспринимающийся почти так же естественно, как встававшее каждый день искусно сымитированное солнце.
Страница 23 из 44
