В соответствии с протоколом

— Где откопал, там уже нет, — усмехнулся Раш и уже собрался прощаться, когда вспомнил одну важную деталь. — Еще кое-что. Пожалуйста, занеси мой запрос в протокол. Полностью, с причинами возможного отказа таймера и необходимыми мерами по их обнаружению.

Больше всего Раш боялся, что Лимит спросит, зачем ему это понадобилось, потому что тогда ему придется признаться — в первую очередь самому себе, — что его доверие к организации оказалось подорвано. Однако ученый не задал вопроса, просто ответил уверенно:

— Я все сделаю, не волнуйся. Удачи тебе, — и отключился.

Дарк Раш медленно повернулся к собравшимся перед ним кобылкам.

— Я связался с надежными пони, — сообщил он, отключая амулет ментальной связи. — Если наша теория верна, они перекопают весь интерфейс Вита-Таймера, но найдут ее подтверждение.

— Раш, я хотела сказать… Мы очень ценим то, что ты сделал для нас… Для Эплджек, — с чувством проговорила Твайлайт. — Спасибо тебе!

— Рано меня благодарить, — проворчал Жнец, стараясь скрыть смущение. — Еще ничего не закончилось.

— Мы прекрасно это понимаем, — согласно кивнула Твайлайт. — Но твоих заслуг это нисколько не умаляет.

— Что ж, это моя работа, — исключительно довольный собой и не намеревающийся это скрывать, сказал Раш. — Помнишь, как я говорил? Правосудие, а не пополнение темниц Тартара.

Дружный смех звоном десятка колокольчиков рассыпался по помещению, а затем вперед неожиданно выступила Флаттершай.

— Я думаю, что должна лично поблагодарить тебя, Раш, — тихо произнесла она. — За Эйнджела.

Раш, свято уверенный в том, что его манипуляции с восприятием кролика остались незамеченными, растерялся всего на секунду, но тут же сориентировался.

— Не совсем понимаю, о чем ты, — изобразил он искреннее удивление.

Подруги понимающе переглянулись между собой, и оперативник тут же понял, что его конспирация ничем не поможет.

— Конечно, ты поступил с ним довольно жестко, — продолжила Флаттершай, немного нахмурившись. — Но иногда с Эйнджелом действительно бывает очень трудно. В общем… Спасибо…

Раш вздохнул было с облегчением, но тут к нему подошла Рэрити, и Жнец предположил, что разоблачения на сегодня еще не закончились. К его собственному неудовольствию, он оказался прав.

— Раз уж все поют дифирамбы нашему гостю, то и мне стоит высказаться, — объявила Рэрити. — Поверьте, мне есть, что сказать.

Грандиозный разнос, грозящий ему за то, что он наговорил Свити Белль, не стал для оперативника сюрпризом, поэтому он смиренно склонил голову, отметив все же, что в грозном облике белоснежной кобылки что-то неуловимо не соответствует ситуации.

— Сегодня днем в бутик буквально ворвалась моя маленькая сестренка, — заговорила Рэрити, медленно прохаживаясь перед подругами, словно на сцене, хотя Раш был точно уверен, что они эту историю уже слышали. — Она была жутко расстроена и плакала, не переставая…

С этими словами Рэрити остановилась перед Жнецом, взглянула ему прямо в глаза и… улыбнулась. В то же мгновение жеребец осознал, что именно показалось ему странным чуть раньше: строгость в ее голосе и движениях была напускной, наигранной, будто она пыталась казаться разозленной, сдерживая смех.

— Свити обняла меня и сказала, что сама виновата в нашей размолвке, — произнесла Рэрити. — Пообещала, что больше никогда в жизни не будет со мной ссориться. Последнее, конечно, невыполнимо, но все равно, спасибо тебе за это, Раш.

Уже отходя от оперативника, кобылка развернулась и чувствительно ткнула его копытом в грудь.

— Но в следующий раз, мистер, постарайтесь придумать историю, менее травмирующую психику жеребенка, — строго взглянула она на собеседника. — Пожиратель Душ, надо же…

— Придумать? Но… — начал изумленный Жнец, но, спохватившись, затих согласно закивав. А перед его глазами пронеслись воспоминания о том дне, когда его поставили дежурить у зоны сдерживания объектов «Венец», и он впервые увидел Древнего хищного демона Тартара. Как посмотрел в глаза и десятки ощетинившихся иглоподобными зубами пастей самой Бездны.

— Да… Я постараюсь, — хрипло произнес он и слабо улыбнулся, стараясь отбросить страшные воспоминания. — Профессиональная деформация, что тут скажешь…

Когда прохладные объятия начинающей вступать в свои права ночи охватили медленно засыпающий Понивилль, восходящая луна осветила небольшую полянку на опушке Запретного Леса и расположившегося на ней Жнеца. Перед ним на траве лежали два практически полностью заполненных активных мема. За прошедшее с момента сеанса связи с техниками время оперативник пополнил свою коллекцию еще двумя записями: сверкающими, быстрыми вспышками мыслей Рэйнбоу Дэш и тягучими, как патока, красующимися, словно на подиуме, воспоминаниями Рэрити. Экстраполятор при их обработке выдал практически неотличимый от предыдущих эмоциональный тренд, но этому Раш уже нисколько не удивлялся.