Фандом: My Little Pony. Какие неприятности могут подстерегать пони на пикнике? До недавнего времени в личном списке Эплджек не содержалось ничего хуже плохой погоды и невозможности собрать всех своих подруг, но все изменилось с появлением странного жеребца, слишком ревностно относящегося к инструкциям и называющего себя Смертью. Эплджек придется на собственном примере убедиться в том, что незнание закона не освобождает от ответственности за его неисполнение…
147 мин, 22 сек 15686
— Где откопал, там уже нет, — усмехнулся Раш и уже собрался прощаться, когда вспомнил одну важную деталь. — Еще кое-что. Пожалуйста, занеси мой запрос в протокол. Полностью, с причинами возможного отказа таймера и необходимыми мерами по их обнаружению.
Больше всего Раш боялся, что Лимит спросит, зачем ему это понадобилось, потому что тогда ему придется признаться — в первую очередь самому себе, — что его доверие к организации оказалось подорвано. Однако ученый не задал вопроса, просто ответил уверенно:
— Я все сделаю, не волнуйся. Удачи тебе, — и отключился.
Дарк Раш медленно повернулся к собравшимся перед ним кобылкам.
— Я связался с надежными пони, — сообщил он, отключая амулет ментальной связи. — Если наша теория верна, они перекопают весь интерфейс Вита-Таймера, но найдут ее подтверждение.
— Раш, я хотела сказать… Мы очень ценим то, что ты сделал для нас… Для Эплджек, — с чувством проговорила Твайлайт. — Спасибо тебе!
— Рано меня благодарить, — проворчал Жнец, стараясь скрыть смущение. — Еще ничего не закончилось.
— Мы прекрасно это понимаем, — согласно кивнула Твайлайт. — Но твоих заслуг это нисколько не умаляет.
— Что ж, это моя работа, — исключительно довольный собой и не намеревающийся это скрывать, сказал Раш. — Помнишь, как я говорил? Правосудие, а не пополнение темниц Тартара.
Дружный смех звоном десятка колокольчиков рассыпался по помещению, а затем вперед неожиданно выступила Флаттершай.
— Я думаю, что должна лично поблагодарить тебя, Раш, — тихо произнесла она. — За Эйнджела.
Раш, свято уверенный в том, что его манипуляции с восприятием кролика остались незамеченными, растерялся всего на секунду, но тут же сориентировался.
— Не совсем понимаю, о чем ты, — изобразил он искреннее удивление.
Подруги понимающе переглянулись между собой, и оперативник тут же понял, что его конспирация ничем не поможет.
— Конечно, ты поступил с ним довольно жестко, — продолжила Флаттершай, немного нахмурившись. — Но иногда с Эйнджелом действительно бывает очень трудно. В общем… Спасибо…
Раш вздохнул было с облегчением, но тут к нему подошла Рэрити, и Жнец предположил, что разоблачения на сегодня еще не закончились. К его собственному неудовольствию, он оказался прав.
— Раз уж все поют дифирамбы нашему гостю, то и мне стоит высказаться, — объявила Рэрити. — Поверьте, мне есть, что сказать.
Грандиозный разнос, грозящий ему за то, что он наговорил Свити Белль, не стал для оперативника сюрпризом, поэтому он смиренно склонил голову, отметив все же, что в грозном облике белоснежной кобылки что-то неуловимо не соответствует ситуации.
— Сегодня днем в бутик буквально ворвалась моя маленькая сестренка, — заговорила Рэрити, медленно прохаживаясь перед подругами, словно на сцене, хотя Раш был точно уверен, что они эту историю уже слышали. — Она была жутко расстроена и плакала, не переставая…
С этими словами Рэрити остановилась перед Жнецом, взглянула ему прямо в глаза и… улыбнулась. В то же мгновение жеребец осознал, что именно показалось ему странным чуть раньше: строгость в ее голосе и движениях была напускной, наигранной, будто она пыталась казаться разозленной, сдерживая смех.
— Свити обняла меня и сказала, что сама виновата в нашей размолвке, — произнесла Рэрити. — Пообещала, что больше никогда в жизни не будет со мной ссориться. Последнее, конечно, невыполнимо, но все равно, спасибо тебе за это, Раш.
Уже отходя от оперативника, кобылка развернулась и чувствительно ткнула его копытом в грудь.
— Но в следующий раз, мистер, постарайтесь придумать историю, менее травмирующую психику жеребенка, — строго взглянула она на собеседника. — Пожиратель Душ, надо же…
— Придумать? Но… — начал изумленный Жнец, но, спохватившись, затих согласно закивав. А перед его глазами пронеслись воспоминания о том дне, когда его поставили дежурить у зоны сдерживания объектов «Венец», и он впервые увидел Древнего хищного демона Тартара. Как посмотрел в глаза и десятки ощетинившихся иглоподобными зубами пастей самой Бездны.
— Да… Я постараюсь, — хрипло произнес он и слабо улыбнулся, стараясь отбросить страшные воспоминания. — Профессиональная деформация, что тут скажешь…
Когда прохладные объятия начинающей вступать в свои права ночи охватили медленно засыпающий Понивилль, восходящая луна осветила небольшую полянку на опушке Запретного Леса и расположившегося на ней Жнеца. Перед ним на траве лежали два практически полностью заполненных активных мема. За прошедшее с момента сеанса связи с техниками время оперативник пополнил свою коллекцию еще двумя записями: сверкающими, быстрыми вспышками мыслей Рэйнбоу Дэш и тягучими, как патока, красующимися, словно на подиуме, воспоминаниями Рэрити. Экстраполятор при их обработке выдал практически неотличимый от предыдущих эмоциональный тренд, но этому Раш уже нисколько не удивлялся.
Больше всего Раш боялся, что Лимит спросит, зачем ему это понадобилось, потому что тогда ему придется признаться — в первую очередь самому себе, — что его доверие к организации оказалось подорвано. Однако ученый не задал вопроса, просто ответил уверенно:
— Я все сделаю, не волнуйся. Удачи тебе, — и отключился.
Дарк Раш медленно повернулся к собравшимся перед ним кобылкам.
— Я связался с надежными пони, — сообщил он, отключая амулет ментальной связи. — Если наша теория верна, они перекопают весь интерфейс Вита-Таймера, но найдут ее подтверждение.
— Раш, я хотела сказать… Мы очень ценим то, что ты сделал для нас… Для Эплджек, — с чувством проговорила Твайлайт. — Спасибо тебе!
— Рано меня благодарить, — проворчал Жнец, стараясь скрыть смущение. — Еще ничего не закончилось.
— Мы прекрасно это понимаем, — согласно кивнула Твайлайт. — Но твоих заслуг это нисколько не умаляет.
— Что ж, это моя работа, — исключительно довольный собой и не намеревающийся это скрывать, сказал Раш. — Помнишь, как я говорил? Правосудие, а не пополнение темниц Тартара.
Дружный смех звоном десятка колокольчиков рассыпался по помещению, а затем вперед неожиданно выступила Флаттершай.
— Я думаю, что должна лично поблагодарить тебя, Раш, — тихо произнесла она. — За Эйнджела.
Раш, свято уверенный в том, что его манипуляции с восприятием кролика остались незамеченными, растерялся всего на секунду, но тут же сориентировался.
— Не совсем понимаю, о чем ты, — изобразил он искреннее удивление.
Подруги понимающе переглянулись между собой, и оперативник тут же понял, что его конспирация ничем не поможет.
— Конечно, ты поступил с ним довольно жестко, — продолжила Флаттершай, немного нахмурившись. — Но иногда с Эйнджелом действительно бывает очень трудно. В общем… Спасибо…
Раш вздохнул было с облегчением, но тут к нему подошла Рэрити, и Жнец предположил, что разоблачения на сегодня еще не закончились. К его собственному неудовольствию, он оказался прав.
— Раз уж все поют дифирамбы нашему гостю, то и мне стоит высказаться, — объявила Рэрити. — Поверьте, мне есть, что сказать.
Грандиозный разнос, грозящий ему за то, что он наговорил Свити Белль, не стал для оперативника сюрпризом, поэтому он смиренно склонил голову, отметив все же, что в грозном облике белоснежной кобылки что-то неуловимо не соответствует ситуации.
— Сегодня днем в бутик буквально ворвалась моя маленькая сестренка, — заговорила Рэрити, медленно прохаживаясь перед подругами, словно на сцене, хотя Раш был точно уверен, что они эту историю уже слышали. — Она была жутко расстроена и плакала, не переставая…
С этими словами Рэрити остановилась перед Жнецом, взглянула ему прямо в глаза и… улыбнулась. В то же мгновение жеребец осознал, что именно показалось ему странным чуть раньше: строгость в ее голосе и движениях была напускной, наигранной, будто она пыталась казаться разозленной, сдерживая смех.
— Свити обняла меня и сказала, что сама виновата в нашей размолвке, — произнесла Рэрити. — Пообещала, что больше никогда в жизни не будет со мной ссориться. Последнее, конечно, невыполнимо, но все равно, спасибо тебе за это, Раш.
Уже отходя от оперативника, кобылка развернулась и чувствительно ткнула его копытом в грудь.
— Но в следующий раз, мистер, постарайтесь придумать историю, менее травмирующую психику жеребенка, — строго взглянула она на собеседника. — Пожиратель Душ, надо же…
— Придумать? Но… — начал изумленный Жнец, но, спохватившись, затих согласно закивав. А перед его глазами пронеслись воспоминания о том дне, когда его поставили дежурить у зоны сдерживания объектов «Венец», и он впервые увидел Древнего хищного демона Тартара. Как посмотрел в глаза и десятки ощетинившихся иглоподобными зубами пастей самой Бездны.
— Да… Я постараюсь, — хрипло произнес он и слабо улыбнулся, стараясь отбросить страшные воспоминания. — Профессиональная деформация, что тут скажешь…
Когда прохладные объятия начинающей вступать в свои права ночи охватили медленно засыпающий Понивилль, восходящая луна осветила небольшую полянку на опушке Запретного Леса и расположившегося на ней Жнеца. Перед ним на траве лежали два практически полностью заполненных активных мема. За прошедшее с момента сеанса связи с техниками время оперативник пополнил свою коллекцию еще двумя записями: сверкающими, быстрыми вспышками мыслей Рэйнбоу Дэш и тягучими, как патока, красующимися, словно на подиуме, воспоминаниями Рэрити. Экстраполятор при их обработке выдал практически неотличимый от предыдущих эмоциональный тренд, но этому Раш уже нисколько не удивлялся.
Страница 27 из 44
