Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
323 мин, 40 сек 2933
— Что тут у вас случилось? — Много таинственных смертей за без году месяц, — произнес я с подавленным выражением в голосе и на лице.
— Чем же они вызваны? — продолжал допытываться гражданин.
— Я могу сказать только, что трагические и странные события начались с моим появлением в здании, — ответил я и переглянулся с Васей, — в качестве пациента…
— А поподробнее? — Вы обещаете хранить молчание? — спросил Иван.
— Да, — ответил новый пациент.
— В больнице появился призрак, — пугающе спокойно произнес мой сосед, — и очевидно, что это вампир…
— Вы с ума сошли, молодой человек! — не удержался Александр Борисович, — призраков не существует!
— Боюсь вы ошибаетесь, — все тем же спокойным голосом отвечал молодой человек, — мы все сошли с ума. Вся больница.
— Тогда я пошел отсюда.
— Вас сейчас никто не отпустит, — продолжал Иван, — в больницу поступило распоряжение властей, не выписывать никого, пока не разберетесь с вампиром.
— То есть, пока не убьем его? — продолжал пожилой пациент.
— Только, не ЕГО, — поправил Александра Вася, — … а ЕЕ.
— ЕЕ. — изумился новичок; на его лице появилось искреннее удивление, смешанное с зарождающимся, где — то в глубине души, страхом, его глаза, под тяжелыми светло — русыми бровями, расширились до размера 50 — ти копеечной монеты.
— Сейчас сотрудники клиники разыскивают гроб, — произнес я, — параллельно, здесь, в здании, и на улице, в границах Университетской рощи.
— Однако, Слава, — Василий обратился ко мне, — успехов пока не добились… верно? — Да, к сожалению, — ответил я, — я в последние дни вообще начинаю сомневаться…
— В чем? — спросили оба соседа.
— В том, что гроб находится на территории медуниверситета, и даже на территории рощи.
— Тогда где же? — Я бы тоже хотел это знать, — отвечал я, — тогда…
— Тогда… — произнес, повторяя, Василий и замолк.
Повисло давящее молчание. Даже медсестра, Аня, заглянула к нам в палату, удивленная тишиной, лившейся из дверей нашей палаты. Каждый из нас погрузился в собственные мысли, дабы как — то зафиксировать свои мысли и события прошедших дней я обратился к дневнику, который, пока я жив, должен хранить втайне ото всех, однако, я не стесняясь кого — либо веду там записи, днем или вечером. Пока работали павильоны, решил я, надо купить сока, за сим я вышел в еще освещенный, закатным солнцем коридор, время было около полпятого, или пять… не помню сейчас. Я благополучно купил пакет любимого, томатного сока и вернулся в палату, где никого не обнаружил. «Может быть, курят…» — пронеслось в голове, — этим сейчас никого не удивишь. Однако, никого из соседей не появилось через полчаса… и через час. В такой ситуации любое исчезновение может поставить на ноги все отделение, — пронеслась единственная разборчивая мысль, которую я смог выловить из урагана и хаоса безумных мыслей. Я вышел на пост дежурной медсестры и спросил, видел ли кто моих соседей по девятой палате.
— А почему вас это так беспокоит? — спросила Нина.
— Я выходил за соком час — полтора назад, но вы видели, как я вернулся, через пять — десять минут, когда я уходил они были на месте.
— Они покурили, вдвоем, — отвечала сестра, и пошли, кажется, на вечернюю процедуру, у них там кое — что было назначено.
— Но ведь процедуры не могут длиться так долго. правда ведь? — Почему, молодой человек? — протянула медсестра, — хотяяя… мне тоже показалось странным, вы правы, Слава, мне тоже так показалось. А свидания с родней, вы об этом не забываете? — Но это тоже, — возразил я, — маловероятно… все вместе могло занять не больше часа. К тому же свидания в такое позднее время? — Д — д — а… но что вы хотите этим сказать? — Мне кажется… мне кажется… они оба пропали, — произнес я, — в свете ситуации с вампиром, вам не кажется, что…
— Не надо об этом пожалуйста. Только не здесь. Тут же люди. Многие — преклонного возраста… и потому, более впечатлительны… вы хотите еще жертв? — Простите, вы правы здесь, — я вынужден был извиниться, — нет, пожалуй, мне не нужны жертвы, — но я не думаю, чтобы кто — то нас специально подслушивал, а кроме того, ну и что, что пациент обсуждает с дежурным врачом проблему вампира… вампирши, точнее… что с того?
Однако, этой ночью, когда я спал, довольно крепко, я все же проснулся от пронзительного визга, перешедшего в булькающий хрип. Я ночевал один, так как мои соседи так и не вернулись. Этот факт сам по себе вверг меня в замешательство, а тут еще новая атака вампирши. Я выскочил в коридор и увидел, что в десятой палате на полу лежит истекающая кровью женщина, лет пятидесяти пяти — шестидесяти пяти. Ее горло было аккуратно раскроено, а сонную артерию отмечали две аккуратные дырки… от клыков. Кто — то небрежно бросил: «придется снова приглашать святого отца…» Однако тут же последовал ответ: — Скоро придется, выделять место для святого отца в одной из палат.
— Чем же они вызваны? — продолжал допытываться гражданин.
— Я могу сказать только, что трагические и странные события начались с моим появлением в здании, — ответил я и переглянулся с Васей, — в качестве пациента…
— А поподробнее? — Вы обещаете хранить молчание? — спросил Иван.
— Да, — ответил новый пациент.
— В больнице появился призрак, — пугающе спокойно произнес мой сосед, — и очевидно, что это вампир…
— Вы с ума сошли, молодой человек! — не удержался Александр Борисович, — призраков не существует!
— Боюсь вы ошибаетесь, — все тем же спокойным голосом отвечал молодой человек, — мы все сошли с ума. Вся больница.
— Тогда я пошел отсюда.
— Вас сейчас никто не отпустит, — продолжал Иван, — в больницу поступило распоряжение властей, не выписывать никого, пока не разберетесь с вампиром.
— То есть, пока не убьем его? — продолжал пожилой пациент.
— Только, не ЕГО, — поправил Александра Вася, — … а ЕЕ.
— ЕЕ. — изумился новичок; на его лице появилось искреннее удивление, смешанное с зарождающимся, где — то в глубине души, страхом, его глаза, под тяжелыми светло — русыми бровями, расширились до размера 50 — ти копеечной монеты.
— Сейчас сотрудники клиники разыскивают гроб, — произнес я, — параллельно, здесь, в здании, и на улице, в границах Университетской рощи.
— Однако, Слава, — Василий обратился ко мне, — успехов пока не добились… верно? — Да, к сожалению, — ответил я, — я в последние дни вообще начинаю сомневаться…
— В чем? — спросили оба соседа.
— В том, что гроб находится на территории медуниверситета, и даже на территории рощи.
— Тогда где же? — Я бы тоже хотел это знать, — отвечал я, — тогда…
— Тогда… — произнес, повторяя, Василий и замолк.
Повисло давящее молчание. Даже медсестра, Аня, заглянула к нам в палату, удивленная тишиной, лившейся из дверей нашей палаты. Каждый из нас погрузился в собственные мысли, дабы как — то зафиксировать свои мысли и события прошедших дней я обратился к дневнику, который, пока я жив, должен хранить втайне ото всех, однако, я не стесняясь кого — либо веду там записи, днем или вечером. Пока работали павильоны, решил я, надо купить сока, за сим я вышел в еще освещенный, закатным солнцем коридор, время было около полпятого, или пять… не помню сейчас. Я благополучно купил пакет любимого, томатного сока и вернулся в палату, где никого не обнаружил. «Может быть, курят…» — пронеслось в голове, — этим сейчас никого не удивишь. Однако, никого из соседей не появилось через полчаса… и через час. В такой ситуации любое исчезновение может поставить на ноги все отделение, — пронеслась единственная разборчивая мысль, которую я смог выловить из урагана и хаоса безумных мыслей. Я вышел на пост дежурной медсестры и спросил, видел ли кто моих соседей по девятой палате.
— А почему вас это так беспокоит? — спросила Нина.
— Я выходил за соком час — полтора назад, но вы видели, как я вернулся, через пять — десять минут, когда я уходил они были на месте.
— Они покурили, вдвоем, — отвечала сестра, и пошли, кажется, на вечернюю процедуру, у них там кое — что было назначено.
— Но ведь процедуры не могут длиться так долго. правда ведь? — Почему, молодой человек? — протянула медсестра, — хотяяя… мне тоже показалось странным, вы правы, Слава, мне тоже так показалось. А свидания с родней, вы об этом не забываете? — Но это тоже, — возразил я, — маловероятно… все вместе могло занять не больше часа. К тому же свидания в такое позднее время? — Д — д — а… но что вы хотите этим сказать? — Мне кажется… мне кажется… они оба пропали, — произнес я, — в свете ситуации с вампиром, вам не кажется, что…
— Не надо об этом пожалуйста. Только не здесь. Тут же люди. Многие — преклонного возраста… и потому, более впечатлительны… вы хотите еще жертв? — Простите, вы правы здесь, — я вынужден был извиниться, — нет, пожалуй, мне не нужны жертвы, — но я не думаю, чтобы кто — то нас специально подслушивал, а кроме того, ну и что, что пациент обсуждает с дежурным врачом проблему вампира… вампирши, точнее… что с того?
Однако, этой ночью, когда я спал, довольно крепко, я все же проснулся от пронзительного визга, перешедшего в булькающий хрип. Я ночевал один, так как мои соседи так и не вернулись. Этот факт сам по себе вверг меня в замешательство, а тут еще новая атака вампирши. Я выскочил в коридор и увидел, что в десятой палате на полу лежит истекающая кровью женщина, лет пятидесяти пяти — шестидесяти пяти. Ее горло было аккуратно раскроено, а сонную артерию отмечали две аккуратные дырки… от клыков. Кто — то небрежно бросил: «придется снова приглашать святого отца…» Однако тут же последовал ответ: — Скоро придется, выделять место для святого отца в одной из палат.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 32 из 94
