Расскажу вам свою историю любви и смерти, которые тесно переплелись в моей жизни. А потом и… нежизни… Я ощущаю чувство вины, за то, что по моей вине погибла большая часть поехавшей компании, хотя друзья и утешают меня, что я не должен грызть себя за тот давний проступок, тем более, в том виде, в каком я пребываю сейчас, в виде бессмертного… вампира… Говорят, что вампирам чужды людские эмоции, но я не смог их изжить. Они были частью моей природы… Моей личности. Так же, как и семья… И друзья…
323 мин, 40 сек 2901
— Опять же, верно…
— Стало быть…
За этим диалогом я не заметил, как прошел день, и увидел за окнами несущегося автобуса только ночную темень, и луну, почти полную… она как будто неслась наперегонки с нами, обходя автобус то справа, то слева, виляя на поворотах… Круг то скрывался от взгляда за облаками, то — вновь появлялся… В салоне повисла тишина и слышно было только ровный рокот дизеля откуда –то сзади и шелест асфальта под колесами. А вдали виднелись густые и черные полосы лесопосадок, под сводами которых, дай бог знать, что творится… Лес то приближался к дороге, то снова отступал… и огромные открытые пространства, жутковато сияющие в неверном свете луны.
Где — то к полуночи мы въехали в город, где должен состояться наш последний привал, перед поместьем, и, возможно, еще один привал состоится в Михайловском, перед последним броском, как нам сказала Ольга Николаевна. Я даже не берусь вспоминать название города, коли у меня с географией проблемы… Только видно было, что город довольно большой и людный. Здесь также, как и в предыдущем городке кипела ночная жизнь… Молодежь сновала по улице туда — сюда… появляясь из переулков и исчезая там… Мы ехали по городу со скоростью где — то километров в тридцать — сорок в час, поэтому мы успевали разглядывать витрины, разительно отличающиеся от наших… родных… томских… Вскоре показалась неоновая вывеска, значащая, что мы приближаемся к какой — то гостинице; и видя стрелку — указатель налево, дождавшись зеленого света водитель повернул автобус налево, вслед за стрелкой. Мы проехали еще пару километров и выехали на площадку перед гостиницей. Она называлась «У волги» видимо недалеко от города протекала знаменитая река. Мы все также организованно вышли, захватив себе кое — какие мелочи пошли в здание, где нас распределили по этажу, по двухместным номерам. Со мной как и прежде, оказалась Яна, но теперь это не явилось для меня сюрпризом… Однако же, мне было по — прежнему не до любвеизлияний… Мне очень хотелось спать… тем более после такого стресса…
Я однако спросил Яну: — А разве нам сейчас что — то угрожает? — Давай завтра об этом поговорим, в автобусе, — пробурчала девушка сквозь сон и добавила лишь, — доброй ночи, любимый.
Она уснула, сладко сопя.
— Значит… любимый… — произнес я и тоже провалился в сон. Сон, к счастью, был спокойным, без каких — либо вообще сновидений. После легкого завтрака мы, как обычно, быстро собрались дальше в путь. Это должен был быть последний рывок на финишном отрезке. Мы ехали быстро, проезжая по маленьким городкам и поселкам… кое — где, проезжая по гравийной дороге было слышно, как камни стучали в днище автобуса, (мне вновь, как будто явился дух Провидения… он стуком камня предупреждал: Возвращайтесь все! Пока еще можно!) Потом Яна вновь подсела ко мне: — Как дела? — Ничего хорошего, — ответил я, — нууу, и плохого тоже…
— Сновидений пророческих не было… Уже это отрадно…
— Я тебя хотел спросить вчера в отеле, — напомнил я о нашей вчерашней беседе и… вспышке… — … а разве нам сейчас что — нибудь угрожает? Скажи мне честно.
— Я думаю, что нет, — однако у остальной группы настроения иные…
— Я думаю, Яна, тебе не следовало говорить об этом группе…
— О чем… не следовало.
— Я сам не знаю, что говорю…
— Видишь, дорогой, тебя что — то гнетет, и я это вижу, как и все остальные. Поделись со мной, и я обещаю, что это не будет известно никому, кроме нас с тобой.
— Ты сам не свой, Макс, — вмешался старый в наш разговор, — ты не похож на себя обычного, хладнокровного…
— Если бы я сам знал… — огрызнулся я, — я бы, может быть, сказал вам… Я не знаю, черт подери, что на меня нашло…
— Это плохо, друг мой, — попытался посочувствовать староста.
— Стало быть…
За этим диалогом я не заметил, как прошел день, и увидел за окнами несущегося автобуса только ночную темень, и луну, почти полную… она как будто неслась наперегонки с нами, обходя автобус то справа, то слева, виляя на поворотах… Круг то скрывался от взгляда за облаками, то — вновь появлялся… В салоне повисла тишина и слышно было только ровный рокот дизеля откуда –то сзади и шелест асфальта под колесами. А вдали виднелись густые и черные полосы лесопосадок, под сводами которых, дай бог знать, что творится… Лес то приближался к дороге, то снова отступал… и огромные открытые пространства, жутковато сияющие в неверном свете луны.
Где — то к полуночи мы въехали в город, где должен состояться наш последний привал, перед поместьем, и, возможно, еще один привал состоится в Михайловском, перед последним броском, как нам сказала Ольга Николаевна. Я даже не берусь вспоминать название города, коли у меня с географией проблемы… Только видно было, что город довольно большой и людный. Здесь также, как и в предыдущем городке кипела ночная жизнь… Молодежь сновала по улице туда — сюда… появляясь из переулков и исчезая там… Мы ехали по городу со скоростью где — то километров в тридцать — сорок в час, поэтому мы успевали разглядывать витрины, разительно отличающиеся от наших… родных… томских… Вскоре показалась неоновая вывеска, значащая, что мы приближаемся к какой — то гостинице; и видя стрелку — указатель налево, дождавшись зеленого света водитель повернул автобус налево, вслед за стрелкой. Мы проехали еще пару километров и выехали на площадку перед гостиницей. Она называлась «У волги» видимо недалеко от города протекала знаменитая река. Мы все также организованно вышли, захватив себе кое — какие мелочи пошли в здание, где нас распределили по этажу, по двухместным номерам. Со мной как и прежде, оказалась Яна, но теперь это не явилось для меня сюрпризом… Однако же, мне было по — прежнему не до любвеизлияний… Мне очень хотелось спать… тем более после такого стресса…
Я однако спросил Яну: — А разве нам сейчас что — то угрожает? — Давай завтра об этом поговорим, в автобусе, — пробурчала девушка сквозь сон и добавила лишь, — доброй ночи, любимый.
Она уснула, сладко сопя.
— Значит… любимый… — произнес я и тоже провалился в сон. Сон, к счастью, был спокойным, без каких — либо вообще сновидений. После легкого завтрака мы, как обычно, быстро собрались дальше в путь. Это должен был быть последний рывок на финишном отрезке. Мы ехали быстро, проезжая по маленьким городкам и поселкам… кое — где, проезжая по гравийной дороге было слышно, как камни стучали в днище автобуса, (мне вновь, как будто явился дух Провидения… он стуком камня предупреждал: Возвращайтесь все! Пока еще можно!) Потом Яна вновь подсела ко мне: — Как дела? — Ничего хорошего, — ответил я, — нууу, и плохого тоже…
— Сновидений пророческих не было… Уже это отрадно…
— Я тебя хотел спросить вчера в отеле, — напомнил я о нашей вчерашней беседе и… вспышке… — … а разве нам сейчас что — нибудь угрожает? Скажи мне честно.
— Я думаю, что нет, — однако у остальной группы настроения иные…
— Я думаю, Яна, тебе не следовало говорить об этом группе…
— О чем… не следовало.
— Я сам не знаю, что говорю…
— Видишь, дорогой, тебя что — то гнетет, и я это вижу, как и все остальные. Поделись со мной, и я обещаю, что это не будет известно никому, кроме нас с тобой.
— Ты сам не свой, Макс, — вмешался старый в наш разговор, — ты не похож на себя обычного, хладнокровного…
— Если бы я сам знал… — огрызнулся я, — я бы, может быть, сказал вам… Я не знаю, черт подери, что на меня нашло…
— Это плохо, друг мой, — попытался посочувствовать староста.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 6 из 94
