Данный сборник статей был составлен из материалов книги Дж. Гордона Мэлтона «Энциклопедия вампиров».
179 мин, 23 сек 1939
Другие вампиры, возникавшие как следствие неправильно исполненного обряда погребения человека или насильственной смерти, подлежали традиционному протыканию колом. Есть также сообщения об уникальном методе обращения с вампирами, практиковавшимся в Болгарии, — закупоривание в бутылку. Для этой процедуры нужен специалист — дядяджий, который владеет этим искусством. Главным средством дядяджия была икона, святое изображение Иисуса, Марии или же одного из христианских святых. Охотник за вампиром брал икону и ждал в том месте, где подозреваемый вампир должен был появиться. Увидев его, он гнался за ним с иконой в руках. Вампира подгоняли к бутылке, где кормили до отвала его любимой пищей. Когда вампир входил в бутылку, ее затыкали пробкой, а затем швыряли в огонь. За несколько последних десятилетий народные верования в вампиров отошли в область преданий. Правительство продекларироиало нелояльпое отношение ко всем предрассудкам, включая и вампиров, и церковь. Поскольку церковная вера была подавлена, то только деревенский уклад давал простор существованию историй о вампирах.
Семеро их! Семеро их!
Духи, что уничижают небеса и твердь,
Что уничижают землю.
Духи, что уничижают землю,
Силы необычайной,
Великой силы и гигантской поступи,
Демоны (как разъяренные быки, великие призраки!),
Призраки, что врываются во все дома,
Демоны, что не ведают стыда!
Семеро их!
Нe зная заботы, точат землю они как кукурузный початок,
Нe зная жалости, обращают гнев свой против всего человечества.
И кровь проливают людскую дождем,
Вгрызаясь в плоть и иссушая вены.
То демоны, полные злобы, пожирающие кровь беспрестанно.
Монтегю Саммерс предположил, что вампиры занимали значительное место в мифологии Месопотамии, даже более значительное, чем предполагает вера в семь духов. В особенности он выделял экимму — духа непогребенного человека. К такому выводу он пришел на основании изучения литературы о «нижнем мире» — жилище мертвых.«Нижний мир» изображался как мрачное место. Однако жизнь отдельного индивидуума гам могла быть значительно улучшена, если человек в конце своего земного существования получал надлежащее, даже простое, захоронение, которое включало нежную заботу о его теле. В конце таблички 12 знаменитой эпической поэмы«Гильгамеш»(или«Гилгамитп»!) был перечень различных степеней успокоенности мертвого. И завершалась она несколькими куплетами о состоянии лица, которое умерло в одиночестве и было захоронено, которые в интерпретации Саммерса звучат так:
Человек, чье тело лежит в пустыне —
Ты и я часто видели подобное.
Дух его не покоится в земле.
У духа нет никого, кто бы побеспокоился об этом.
Ты и я часто видели подобное.
Остатки из сосуда — объедки празднества, все что выбрасывается на улицу, служит ему пищей.
Ключевой строкой в этом отрывке было: «Дух его не покоится в земле» — которую Саммерс понимал так, что духи тех, кто умер в одиночестве (т. с. экимму!) не могли даже войти в«нижний мир» и таким образом, были приговорены скитаться по земле. Потом он увязал этот отрывок со строками об изгнании призраков и цитировал полностью различные тексты, в которых перечислялись разнообразные призраки. Однако их было чрезвычайно много, как говорил об этом один текст:
Злобный дух, злобный демон, злобный призрак, злобный дьявол,
Из земли вышли они,
Из подземного мира в страну живущих пришли они.
На небе о них не знают,
А на земле не понимают.
Ведь не стоят они и не сидят,
Не пьют и не едят.
Оказалось, что Саммерс перепутал приходящих духов, которые могли просто появляться на земле, и умерших. Призраки не имели тел — они не ели и не пили, в то время, как мертвые в подземном мире имели форму телесного существования и наслаждались теми же удовольствиями, что и люди. Источником этого неправильного понимания был неадекватный перевод последних частей эпической поэмы «Гильгамеш» Строка«дух покоится не в земле» была сначала переведена таким образом, что представлялось, будто мертвым остается доступной возможность приходить и блуждать в мире людей. Однако более поздние переводы и обзор контекста последних куплетов эпической поэмы«Гильгамеш» прояснили, что покойники, умершие в забытьи, не получившие похоронных почестей (экимму!) блуждали неприкаянно не по земле, а в«нижнем мире» Например, перевод Дэвида Ферри передает этот отрывок таким образом:
А он, чье тело брошено непогребенным?
Скитается он без отдыха в мире, который под нами.
Он тот, кто входит в подземный мир, не оставив там, позади,
ВАВИЛОН И АССИРИЯ. ВАМПИРЫ В ДРЕВНОСТИ
В XIX столетии были обнаружены и переведены письмена древней Месопотамии (земли, расположенной между долинами рек Тигра и Евфрата; в настоящее время — Ирак!). Они продемонстрировали развитие утонченной мифологии. Для народа Месопотамии вселенная была населена полчищем божеств высших и низших рангов. Из всего этого огромного пантеона самым близким эквивалентом вампиру были семь духов, описанных в поэме, переданной Р. Кампбеллом Томпсоном. Она начинается со строк:Семеро их! Семеро их!
Духи, что уничижают небеса и твердь,
Что уничижают землю.
Духи, что уничижают землю,
Силы необычайной,
Великой силы и гигантской поступи,
Демоны (как разъяренные быки, великие призраки!),
Призраки, что врываются во все дома,
Демоны, что не ведают стыда!
Семеро их!
Нe зная заботы, точат землю они как кукурузный початок,
Нe зная жалости, обращают гнев свой против всего человечества.
И кровь проливают людскую дождем,
Вгрызаясь в плоть и иссушая вены.
То демоны, полные злобы, пожирающие кровь беспрестанно.
Монтегю Саммерс предположил, что вампиры занимали значительное место в мифологии Месопотамии, даже более значительное, чем предполагает вера в семь духов. В особенности он выделял экимму — духа непогребенного человека. К такому выводу он пришел на основании изучения литературы о «нижнем мире» — жилище мертвых.«Нижний мир» изображался как мрачное место. Однако жизнь отдельного индивидуума гам могла быть значительно улучшена, если человек в конце своего земного существования получал надлежащее, даже простое, захоронение, которое включало нежную заботу о его теле. В конце таблички 12 знаменитой эпической поэмы«Гильгамеш»(или«Гилгамитп»!) был перечень различных степеней успокоенности мертвого. И завершалась она несколькими куплетами о состоянии лица, которое умерло в одиночестве и было захоронено, которые в интерпретации Саммерса звучат так:
Человек, чье тело лежит в пустыне —
Ты и я часто видели подобное.
Дух его не покоится в земле.
У духа нет никого, кто бы побеспокоился об этом.
Ты и я часто видели подобное.
Остатки из сосуда — объедки празднества, все что выбрасывается на улицу, служит ему пищей.
Ключевой строкой в этом отрывке было: «Дух его не покоится в земле» — которую Саммерс понимал так, что духи тех, кто умер в одиночестве (т. с. экимму!) не могли даже войти в«нижний мир» и таким образом, были приговорены скитаться по земле. Потом он увязал этот отрывок со строками об изгнании призраков и цитировал полностью различные тексты, в которых перечислялись разнообразные призраки. Однако их было чрезвычайно много, как говорил об этом один текст:
Злобный дух, злобный демон, злобный призрак, злобный дьявол,
Из земли вышли они,
Из подземного мира в страну живущих пришли они.
На небе о них не знают,
А на земле не понимают.
Ведь не стоят они и не сидят,
Не пьют и не едят.
Оказалось, что Саммерс перепутал приходящих духов, которые могли просто появляться на земле, и умерших. Призраки не имели тел — они не ели и не пили, в то время, как мертвые в подземном мире имели форму телесного существования и наслаждались теми же удовольствиями, что и люди. Источником этого неправильного понимания был неадекватный перевод последних частей эпической поэмы «Гильгамеш» Строка«дух покоится не в земле» была сначала переведена таким образом, что представлялось, будто мертвым остается доступной возможность приходить и блуждать в мире людей. Однако более поздние переводы и обзор контекста последних куплетов эпической поэмы«Гильгамеш» прояснили, что покойники, умершие в забытьи, не получившие похоронных почестей (экимму!) блуждали неприкаянно не по земле, а в«нижнем мире» Например, перевод Дэвида Ферри передает этот отрывок таким образом:
А он, чье тело брошено непогребенным?
Скитается он без отдыха в мире, который под нами.
Он тот, кто входит в подземный мир, не оставив там, позади,
Страница 6 из 56
