В одном из детских садиков, дети, поголовно, начали изъясняться матюками. Родители в шоке. Воспитатели и заведующая в штопоре от создавшейся ситуации. Негодующая общественность требует крови. Начали всем миром выяснять причину детского разговорного прорыва.
105 мин, 15 сек 15328
Мне двадцать два. Самая обычная девушка. Красивая только. Очень. Рыжая, с голубыми глазами. Ну, мужчины так говорят. Работаю в ФСИН около года. Родители, благополучно проработав в этой колонии и выйдя на пенсию, уговорили и меня. Семейная традиция называется. Работаю на КПП по пропуску людей. Работа очень тяжелая. А вы попробуйте запустить, человек триста за день, туда и обратно, при этом оформив кучу бумажек. Да и нервотрепная она (один шоколадку подарит, второй накричит), но мне все равно нравится!
Замужем. Детей нет, но очень хочется! Муженек категорически против. Да и вообще, разводиться нам давно пора. Как, за такого замуж вышла? Куда смотрела? Да, молодой! Да, красивый и богатый! Только, на поверку, оказался редкостным эгоистом и самолюбом, с кучей дурацких комплексов. Есть у меня один молодой человек, влюбленными глазами на меня глядящий, но благодаря, маминому и папиному «плохому» воспитанию, от мужа не бегаю. Вот, разведусь и может быть тогда…
Отвлек меня от этих грустных мыслей Василек, мой начальник караула, ну заодно и тот самый…
— Маш! Ты чего, опять нос повесила? — с сочувствующим видом, произнес Васек.
— Да муж, опять с утра, настроение испортил.-
— Разводись, давай, — заигрывающим тоном и заговорщицкой улыбкой — Меня в мужья возьми! Я согласный!
— Уйди кобеленок! Все вы одинаковые, получил, что хотел и в сторону, — подытожила я.
— Я не такой! — сказал Васек, глядя преданными глазами.
Но ему почему-то верилось. Надежностью от него пахнет, прямо таки несет. Был бы мужем моим, горя не знала бы.
Раздался звонок домофона. Блин! Как всегда кому-то нужно выйти. В самый неподходящий момент. Посмотрела на Васька извиняющее, мол, понимать должен, работа такая. Выходил дежурный по колонии и попросил передать начальнику, чтоб конвой выставили. Доложилась по просьбе, да и выпустила всю компанию. Спустя пару минут выстрелы раздались. Выхватила автомат из сейфа (он у меня на посту находится) и дрожу от страха. Через некоторое время, кинолог наш, Леха Маркин, моего Василька в караульный дворик заносит. Бегу к ним! Подбежала к Васильку, а у самой слезы из глаз, просто ручьями побежали. Упала на колени перед ним, пытаясь помочь. Какая страшная рана! Кровь бежит безостановочно. Пытаюсь рукой рану заткнуть и в буквальном смысле взлетаю. Дядя Леша, меня, как маленького щеночка, поднял и в сторону бросил.
— Не трогай его! — прорычал он.
— Да пошел ты! — срываясь на визг, крикнула я.
— Угомонись малолетка! Жива останешься, еще спасибо мне скажешь.-
Никогда не думала, что так можно с женщиной обращаться. Стою и слезы по лицу размазываю. А он, Ваську моего поднял и в вольер собачий закрыл. Потом ко мне подошел.
— Марш мыться!— приказал. А я, ему морду расцарапать пытаюсь.
Он мне руки заломил и к себе на плечо, как бревно бросил. Идет в караульное помещение, я кулачками по спине ему бью. Разве с ним справишься? Кабан, какой здоровый! Зашел в караулку и к раковине меня тащит. Набрав до половины, окунул меня с головой. Отпустил. Стою, от воды отплевываюсь и от всей души…
ХЛЕСЬ! Влепила я ему, хорошую такую пощечину, аж рука онемела.
— Машуль! Если, еще раз так сделаешь, пристрелю.
— Кто тебе право давал, так с людьми обращаться? — давясь слезами, сказала я.
— Тебе, дурочке, жизнь спасти пытаюсь! Давай домывайся и тоже в вольер шагай!-
— Что!?-
— Машуль! Делай, что сказано! -
— Разве так можно?-
— Знаешь, что? Я две войны прошел. И поверь, если хочешь выжить, всяко можно!
Домылась и затолкал он меня в соседний, с Васильком, вольер. Калитку решетчатую захлопнул и пошел.
Пнула я дверь и такая меня злость взяла.
— Скотина! Ублюдок! Чтоб ты сдох! — кричала я, сама от себя не ожидав такого. Дядя Леша обернулся и произнес.
— Маш! Хватит! Если ты не заразилась, через пол часа выпущу.-
Реву, а сама вольер осматриваю. Помещение размером, два на два метра примерно. Слева будка собачья, посередине куча, сами знаете чего. А воняет как жутко, как в вольере, хотя я и есть в вольере. Вдруг, шум какой-то послышался за стенкой. Прислушиваюсь. И точно! Живой мой Василек!
— Дядя Лешааа!— пытаюсь до него докричаться — Дядя Лешааа! Василек живой! Вызывай скорую! Скотина!— уже срывающимся голосом — Живой он!
Он вышел и, неторопясь поведя стволом автомата в нашу сторону, сказал.
— Подождем минут десять, сама все увидишь.-
И ушел, неторопясь так. Какая бессердечная сволочь, подумалось мне тогда. Минут через двадцать вышел и меня выпустил.
— Успокоилась дуреха? А теперь смотри!-
Я обернулась и аж, ноги подкосились. Упала и на попе, половину караульного дворика пробежала.
— Не сцать! — и тоном, говорящего с ребенком и улыбаясь во весь рот, добавил. — Я же здесь!-
Василек протягивал в мою сторону руки, через металлические прутья калитки и хищно щерился. Нет! Это точно не он! Лицо какое-то странное и взгляд безжизненный. Дядя Леша передернул затвор и направил ствол автомата на него.
— Дядя Леш! Не надо! — схватилась за ствол его автомата. — Не убивай! — пытаюсь отвести его в сторону. — Ну, пожалуйста! -
Замужем. Детей нет, но очень хочется! Муженек категорически против. Да и вообще, разводиться нам давно пора. Как, за такого замуж вышла? Куда смотрела? Да, молодой! Да, красивый и богатый! Только, на поверку, оказался редкостным эгоистом и самолюбом, с кучей дурацких комплексов. Есть у меня один молодой человек, влюбленными глазами на меня глядящий, но благодаря, маминому и папиному «плохому» воспитанию, от мужа не бегаю. Вот, разведусь и может быть тогда…
Отвлек меня от этих грустных мыслей Василек, мой начальник караула, ну заодно и тот самый…
— Маш! Ты чего, опять нос повесила? — с сочувствующим видом, произнес Васек.
— Да муж, опять с утра, настроение испортил.-
— Разводись, давай, — заигрывающим тоном и заговорщицкой улыбкой — Меня в мужья возьми! Я согласный!
— Уйди кобеленок! Все вы одинаковые, получил, что хотел и в сторону, — подытожила я.
— Я не такой! — сказал Васек, глядя преданными глазами.
Но ему почему-то верилось. Надежностью от него пахнет, прямо таки несет. Был бы мужем моим, горя не знала бы.
Раздался звонок домофона. Блин! Как всегда кому-то нужно выйти. В самый неподходящий момент. Посмотрела на Васька извиняющее, мол, понимать должен, работа такая. Выходил дежурный по колонии и попросил передать начальнику, чтоб конвой выставили. Доложилась по просьбе, да и выпустила всю компанию. Спустя пару минут выстрелы раздались. Выхватила автомат из сейфа (он у меня на посту находится) и дрожу от страха. Через некоторое время, кинолог наш, Леха Маркин, моего Василька в караульный дворик заносит. Бегу к ним! Подбежала к Васильку, а у самой слезы из глаз, просто ручьями побежали. Упала на колени перед ним, пытаясь помочь. Какая страшная рана! Кровь бежит безостановочно. Пытаюсь рукой рану заткнуть и в буквальном смысле взлетаю. Дядя Леша, меня, как маленького щеночка, поднял и в сторону бросил.
— Не трогай его! — прорычал он.
— Да пошел ты! — срываясь на визг, крикнула я.
— Угомонись малолетка! Жива останешься, еще спасибо мне скажешь.-
Никогда не думала, что так можно с женщиной обращаться. Стою и слезы по лицу размазываю. А он, Ваську моего поднял и в вольер собачий закрыл. Потом ко мне подошел.
— Марш мыться!— приказал. А я, ему морду расцарапать пытаюсь.
Он мне руки заломил и к себе на плечо, как бревно бросил. Идет в караульное помещение, я кулачками по спине ему бью. Разве с ним справишься? Кабан, какой здоровый! Зашел в караулку и к раковине меня тащит. Набрав до половины, окунул меня с головой. Отпустил. Стою, от воды отплевываюсь и от всей души…
ХЛЕСЬ! Влепила я ему, хорошую такую пощечину, аж рука онемела.
— Машуль! Если, еще раз так сделаешь, пристрелю.
— Кто тебе право давал, так с людьми обращаться? — давясь слезами, сказала я.
— Тебе, дурочке, жизнь спасти пытаюсь! Давай домывайся и тоже в вольер шагай!-
— Что!?-
— Машуль! Делай, что сказано! -
— Разве так можно?-
— Знаешь, что? Я две войны прошел. И поверь, если хочешь выжить, всяко можно!
Домылась и затолкал он меня в соседний, с Васильком, вольер. Калитку решетчатую захлопнул и пошел.
Пнула я дверь и такая меня злость взяла.
— Скотина! Ублюдок! Чтоб ты сдох! — кричала я, сама от себя не ожидав такого. Дядя Леша обернулся и произнес.
— Маш! Хватит! Если ты не заразилась, через пол часа выпущу.-
Реву, а сама вольер осматриваю. Помещение размером, два на два метра примерно. Слева будка собачья, посередине куча, сами знаете чего. А воняет как жутко, как в вольере, хотя я и есть в вольере. Вдруг, шум какой-то послышался за стенкой. Прислушиваюсь. И точно! Живой мой Василек!
— Дядя Лешааа!— пытаюсь до него докричаться — Дядя Лешааа! Василек живой! Вызывай скорую! Скотина!— уже срывающимся голосом — Живой он!
Он вышел и, неторопясь поведя стволом автомата в нашу сторону, сказал.
— Подождем минут десять, сама все увидишь.-
И ушел, неторопясь так. Какая бессердечная сволочь, подумалось мне тогда. Минут через двадцать вышел и меня выпустил.
— Успокоилась дуреха? А теперь смотри!-
Я обернулась и аж, ноги подкосились. Упала и на попе, половину караульного дворика пробежала.
— Не сцать! — и тоном, говорящего с ребенком и улыбаясь во весь рот, добавил. — Я же здесь!-
Василек протягивал в мою сторону руки, через металлические прутья калитки и хищно щерился. Нет! Это точно не он! Лицо какое-то странное и взгляд безжизненный. Дядя Леша передернул затвор и направил ствол автомата на него.
— Дядя Леш! Не надо! — схватилась за ствол его автомата. — Не убивай! — пытаюсь отвести его в сторону. — Ну, пожалуйста! -
Страница 12 из 30
