Фандом: Гарри Поттер. Любая беременность когда-нибудь заканчивается родами. И очень важно при этом главном событии иметь поддержку близких людей.
14 мин, 8 сек 4285
Сосредоточенная Джинни кивнула, устанавливая перегородку над Гермионой. Встала в ногах операционного стола и критически посмотрела в сторону окна, чтобы удостовериться, что Лаванде оттуда ничего не будет видно. Поправила чистую мантию и посмотрела на Джонсона. Он наложил чары обезболивания на Гермиону и одним точным движением палочки сделал надрез на натянутой коже живота. В воздухе тут же повис резкий запах крови, но Северус невербально наложил чары свежести и посмотрел на Лаванду. Та позеленела, но стойко держалась, судорожно сжимая в руках флакончик. Луна, верная своему слову, тихонько что-то напевала, и, похоже, это действительно помогало Гермионе. Панси с тревогой глянула на Гермиону, но увидев спокойное лицо подруги, наклонилась к своему блокноту. Падма стояла возле стола с зельями, готовая по первому требованию подать нужное.
Целитель Джонсон умело проводил операцию, на краю сознания удивляясь, что ожидал совсем не такого послушания и полной сосредоточенности от сумасшедших девиц, едва ли не штурмом взявших родильную палату. Повинуясь чуть заметному движению его руки, Джинни быстро приготовила теплую пеленку, куда целитель завернул малышку, после того как очистил носик и ротик от слизи и дождался первого вздоха. Джинни кивком позвала Снейпа и положила ему на руки его дочь. Сразу же взяла из рук Падмы заживляющее, кровеостанавливающее и, поддерживая голову Гермионы, помогла ей выпить зелья. Сам целитель в это время аккуратно обрезал пуповину и накладывал швы. Падма уже держала наготове флакон с бадьяном.
Снейп не замечал ничего. Он не отводил глаз от малышки в своих руках. Она не кричала, а слегка попискивала и смешно морщилась.
— Северус, — вдруг дошел до его сознания настойчивый голос Гермионы.
Только тогда Северус опомнился и наклонился так, чтобы Гермиона могла увидеть и погладить малышку.
— Какая она красивая! — с восторгом произнесла Гермиона, осторожно проводя пальцем по щечке дочери.
— Самая красивая, — отстраненно подтвердил Северус, все еще не в силах отвести взгляд от малышки. Потом словно очнулся и посмотрел на Гермиону, склонился, осторожно прижимая дочь к груди, поцеловал Гермиону в губы и с гордостью добавил: — Твоя дочь.
Луна тихо улыбнулась, все еще поглаживая Гермиону по голове. Панси, наблюдающая за ними, подозрительно быстро заморгала и снова уткнулась в свой блокнот, яростно чиркая пером. Лаванда восторженно вздыхала. А Джинни и Падма обменялись понимающими и довольными улыбками.
Целитель Джонсон закончил втирать бадьян в аккуратный шов, осторожно обтер живот влажной тканью, прикрыл Гермиону чистым покрывалом и убрал перегородку.
— Все просто отлично, миссис Снейп, — обратился он к Гермионе и одобряюще улыбнулся.
Джинни тем временем уже расстелила на пеленальном столике чистую пеленку и протянула руки:
— Разрешите, мистер Снейп?
Он неохотно отдал дочь. Джинни положила малышку на стол, быстро осмотрела, обтерла и вновь плотно замотала в чистую пеленку. Подруги сразу же окружили ее и восторженно заахали.
Снейп наклонился к Гермионе:
— Дорогая, ты понимаешь, что у нашей дочери будут пять крестных?
Гермиона хихикнула и с нетерпением взглянула на подруг, которые уже спорили, кто первым возьмет ребенка.
— Миссис Поттер! — настойчиво произнес Снейп.
Все обернулись.
— Прости, Гермиона, — виновато улыбнулась Джинни и аккуратно уложила малышку в объятия мамочки.
— Вы уже выбрали имя для мисс Снейп? — поинтересовался Джонсон, с улыбкой наблюдавший за всеми.
— Лиана, — ответила Гермиона, с нежностью разглядывая дочь.
Северус бережно гладил кроху по щечке.
Джонсон обратился к остальным:
— Миссис Снейп необходим отдых. Попрошу всех покинуть палату, вы можете прийти завтра.
Он ожидал, что неугомонные девицы начнут протестовать, но те по очереди попрощались с четой Снейпов и начали тихо выходить по одной.
— Спасибо, Уэйн, — сказала и Джинни и очаровательно улыбнулась.
— Спасибо и вам за отличную помощь, Джиневра, — отозвался тот. — Жду завтра ваших практикантов. И вашу сову со списком зелий, — сказал он уже Падме.
Та с улыбкой кивнула и вышла. Джинни последовала за ней и закрыла дверь. На секунду воцарилась тишина, а потом за дверью послышались восторженные вопли, которые переросли в оживленное обсуждение, постепенно затихающее вдали.
— Панси, а что ты так увлеченно писала? — еще расслышали Снейпы голос Лаванды.
— А вот этого, деточка, тебе знать никак нельзя. Твоя нежная психика не выдержит.
Северус, подняв бровь, посмотрел на Гермиону. Та вновь хихикнула и объяснила:
— У Панси увлечение — она пишет страшные истории для «Пророка».
Целитель Джонсон умело проводил операцию, на краю сознания удивляясь, что ожидал совсем не такого послушания и полной сосредоточенности от сумасшедших девиц, едва ли не штурмом взявших родильную палату. Повинуясь чуть заметному движению его руки, Джинни быстро приготовила теплую пеленку, куда целитель завернул малышку, после того как очистил носик и ротик от слизи и дождался первого вздоха. Джинни кивком позвала Снейпа и положила ему на руки его дочь. Сразу же взяла из рук Падмы заживляющее, кровеостанавливающее и, поддерживая голову Гермионы, помогла ей выпить зелья. Сам целитель в это время аккуратно обрезал пуповину и накладывал швы. Падма уже держала наготове флакон с бадьяном.
Снейп не замечал ничего. Он не отводил глаз от малышки в своих руках. Она не кричала, а слегка попискивала и смешно морщилась.
— Северус, — вдруг дошел до его сознания настойчивый голос Гермионы.
Только тогда Северус опомнился и наклонился так, чтобы Гермиона могла увидеть и погладить малышку.
— Какая она красивая! — с восторгом произнесла Гермиона, осторожно проводя пальцем по щечке дочери.
— Самая красивая, — отстраненно подтвердил Северус, все еще не в силах отвести взгляд от малышки. Потом словно очнулся и посмотрел на Гермиону, склонился, осторожно прижимая дочь к груди, поцеловал Гермиону в губы и с гордостью добавил: — Твоя дочь.
Луна тихо улыбнулась, все еще поглаживая Гермиону по голове. Панси, наблюдающая за ними, подозрительно быстро заморгала и снова уткнулась в свой блокнот, яростно чиркая пером. Лаванда восторженно вздыхала. А Джинни и Падма обменялись понимающими и довольными улыбками.
Целитель Джонсон закончил втирать бадьян в аккуратный шов, осторожно обтер живот влажной тканью, прикрыл Гермиону чистым покрывалом и убрал перегородку.
— Все просто отлично, миссис Снейп, — обратился он к Гермионе и одобряюще улыбнулся.
Джинни тем временем уже расстелила на пеленальном столике чистую пеленку и протянула руки:
— Разрешите, мистер Снейп?
Он неохотно отдал дочь. Джинни положила малышку на стол, быстро осмотрела, обтерла и вновь плотно замотала в чистую пеленку. Подруги сразу же окружили ее и восторженно заахали.
Снейп наклонился к Гермионе:
— Дорогая, ты понимаешь, что у нашей дочери будут пять крестных?
Гермиона хихикнула и с нетерпением взглянула на подруг, которые уже спорили, кто первым возьмет ребенка.
— Миссис Поттер! — настойчиво произнес Снейп.
Все обернулись.
— Прости, Гермиона, — виновато улыбнулась Джинни и аккуратно уложила малышку в объятия мамочки.
— Вы уже выбрали имя для мисс Снейп? — поинтересовался Джонсон, с улыбкой наблюдавший за всеми.
— Лиана, — ответила Гермиона, с нежностью разглядывая дочь.
Северус бережно гладил кроху по щечке.
Джонсон обратился к остальным:
— Миссис Снейп необходим отдых. Попрошу всех покинуть палату, вы можете прийти завтра.
Он ожидал, что неугомонные девицы начнут протестовать, но те по очереди попрощались с четой Снейпов и начали тихо выходить по одной.
— Спасибо, Уэйн, — сказала и Джинни и очаровательно улыбнулась.
— Спасибо и вам за отличную помощь, Джиневра, — отозвался тот. — Жду завтра ваших практикантов. И вашу сову со списком зелий, — сказал он уже Падме.
Та с улыбкой кивнула и вышла. Джинни последовала за ней и закрыла дверь. На секунду воцарилась тишина, а потом за дверью послышались восторженные вопли, которые переросли в оживленное обсуждение, постепенно затихающее вдали.
— Панси, а что ты так увлеченно писала? — еще расслышали Снейпы голос Лаванды.
— А вот этого, деточка, тебе знать никак нельзя. Твоя нежная психика не выдержит.
Северус, подняв бровь, посмотрел на Гермиону. Та вновь хихикнула и объяснила:
— У Панси увлечение — она пишет страшные истории для «Пророка».
Страница 4 из 5
