Весенние забавы в Ривенделле

Гроза стихла — так же внезапно, как и началась. Промокшие (и несколько потрепанные) эльфы и хоббиты, стесняясь друг друга, вылезли из кустов — судя по их смущенным лицам, они все пережили необъяснимую вспышку безудержной страсти. Может быть, во всем виновата весенняя гроза? Прихрамывая, поеживаясь от вечерней прохлады и отводя друг от друга глаза, они побрели домой, думая только о том, как бы принять горячую ванну, лечь в теплую постель и хорошенько выспаться — а наутро уже позабыть о том, какой «конфуз» случился с ними на пикнике.

Небо расчистилось, ветер улегся. У речки вновь запели лягушки. Вода мирно журчала, и мирно шептались камыши, а птицы снова засвистели в кронах деревьев — но уже сонно, лениво. Опьяняюще пахло дождем, влажной землей, мокрой зеленью; аромат цветов стал сильнее, будто бы пробудился от грозы. Бархатный темно-синий небосклон с искорками звезд обещал погожий день.

У дверей дома процессию мокрых смущенных эльфов и хоббитов, которую замыкал Больг, встречала чья-то высокая фигура в ореоле серебристых волос.

— Наконец-то вы вернулись, — произнес гость ласковым мелодичным голосом. — А то я приехал — а никого нет дома. Заждался я вас. Элронд, помнишь, осенью в Лориэне ты приглашал меня погостить? Вот я и приехал, — гость сделал шаг вперед, и свет бумажных фонариков залил его миловидное лицо.

— Келеборн! — ахнул Элронд.