Влад Цепеш

Однако на самом деле это либо просто совпадение, либо даже попытка такое совпадение изобрести. Таких выдуманных, а иногда и реальных совпадений в биографии нашего героя полным-полно. Верить им следует с большой осторожностью. Именно благодаря вступлению в орден Дракона отец Цепеша получил фамильное имя «Дракул» перешедшее потом по наследству и к его сыну с прибавлением окончания«а» или«я» обозначающего принадлежность к роду. Вовсе неочевидно и даже наверняка неизвестно, связывалось ли такое имя с представлением о нечистой силе. Этот вопрос будет обсуждаться ниже. Известно только, что оно использовалось иностранными владыками при официальном титуловании Цепеша, когда он был господарем Мунтении. Цепеш обычно подписывался«Влад, сын Влада» с перечислением всех титулов и владений, но известно и два письма за подписью«Влад Дракула». Совершенно ясно, что он носил это имя с гордостью и не считал его оскорбительным.

Прозвище «Цепеш» имеющее такое жуткое значение, по-румынски при его жизни не было известно. Скорее всего, еще до его гибели это прозвище употреблялось турками. Разумеется, в турецком звучании:«Казыклы». Однако похоже, что и против такого имени наш герой нисколько не возражал. После смерти господаря оно было переведено с турецкого и стало использоваться всеми, под ним он и вошел в историю. Хотя о юности Цепеша известно довольно мало, но все-таки больше, чем о молодых годах Штефана Великого. Все историки начинают рассказ о Штефане с момента вступления на трон. Лишь потом вскользь упоминается гибель отца Штефана в 1451 году и другие события, относящиеся к более ранним временам. Даже год рождения Штефана (примерно между 1435 и 1440 годами) называют с еще большей неопределенностью, чем у Цепеша. Из юности молдавского господаря известны в основном эпизоды, когда он находился рядом со своим старшим товарищем и кузеном.

Цепеш был старше Штефана примерно на семь — восемь лет. Именно по тому, как обучали и воспитывали Цепеша, судят теперь и об образовании, полученном Штефаном. Известно, что Влад с детства владел латынью, а также немецким и венгерским языками, прошел неплохое военное обучение на европейский манер, а затем, в бытность заложником у турецкого султана, досконально изучил обычаи, язык и военные приемы своих будущих противников. Все перечисленные знания Цепеш умело и изобретательно применял на практике. Стиль его латинской официальной переписки превосходен. Многими военными победами над турками Влад обязан именно своему знанию тонкостей поведения врага. Перипетии драматической, и, даже позволю себе выразиться, фантастической судьбы Влада Цепеша становятся понятнее, если разобраться во взаимоотношениях двух семейств, а именно, Дрэкулешти — рода потомков отца Цепеша, Влада Дракула (к этому роду отнесли впоследствии и братьев отца, которые, вообще говоря, такого имени сами никогда не носили), и Корвинов, два главнейших представителя которого, Янош и Матиаш Хуньяди, сыграли определяющую роль в событиях жизни Влада.

Нельзя сказать, что между этими семьями существовала вражда, вроде как между Монтекки и Капулетти. Часто бывали моменты, когда их можно было не покривив душой назвать смертельными врагами. И все-таки шекспировская аналогия тут совсем не подходит. Даже зачин «две равно уважаемых семьи…» не годится — семейство Дракулы поднялось только до князей, в то время как Матиаш Хуньяди стал королем Венгрии. Это стало возможным благодаря несомненным заслугам Яноша как организатора и руководителя антитурецкой борьбы на Балканах. Соперничество же«на равных» у династии Дрэкулешти (Дракулешть) было с родственной им семьей Дэнешти — потомками одного из господарей Мунтении Дана. Вот эти две семьи в борьбе за валашский престол не стесняясь в средствах уничтожали друг друга при любой удобной возможности. Янош Хуньяди, сосредоточив в своих руках огромную власть, даже большую, чем его официальное положение (одно время он был правителем Венгерского королевства), распоряжался судьбами Трансильвании и Мунтении по своему усмотрению.