Это началось давно, в те далекие времена, когда Атлантида уже погрузилась в морскую пучину, а древние царства Шумера, Египта и Греции только зарождались. Это произошло в том месте, где сейчас находится север Греции, а в те времена, шесть тысяч пятьсот тридцать два года назад, на этом месте находилось древнее королевство, королевство Варламия. Его история насчитывала несколько десятков тысяч лет. Находясь в стороне от остальных королевств, оно было самым древним на Земле, возникшим на самой заре человечества. И это королевство было, безусловно, самым необычным, так как большинство его жителей были вампирами. Они основали это королевство, и правила ими королева Ациела — самый старший и самый сильный вампир. Правила вместе со своим мужем — Черным Принцем Таробасом.
290 мин, 22 сек 20966
— Так может нам стоит узнать друг друга поближе? — улыбнулся Марис. — Например, пойдем прогуляемся сегодня вечером? — Слушай, отстань, а? — Нет, я серьезно, — Марис схватил Менестрес за руку.
— Не трогай меня!
Марис был высокий и крепкий детина, но Менестрес без труда отцепила от себя его руку, которая была раза в два больше ее собственной, и так сильно сжала, что тот чуть не вскрикнул. Затем, девушка вошла во двор и закрыла за собой дверь.
— Все равно ты будешь моей! — процедил он сквозь зубы, потирая руку.
* * *
Мужчина в черном ехал на лошади по опасной горной тропе, рискуя то и дело сорваться вниз. Но он упорно продолжал свой путь, будто от этого зависела его жизнь или жизнь кого-либо близкого ему. Он останавливался лишь тогда, когда конь его был на грани полного измождения, и стремился как можно скорее продолжить путь. Сам он, казалось, не знал усталости.
* * *
Прошло больше пяти лет с тех пор, как Кармина и Менестрес появились в деревне. Все это время ничто не нарушало их спокойной и размеренной жизни, ну, разве что Марис. В остальном все было нормально, но память так и не вернулась к Менестрес.
Их дом находился на самом краю деревни. Менестрес собирала яблоки в небольшом саду возле него, когда увидела всадника. Он наверняка спустился с гор, так как другого пути в их деревню не было.
Всадник тоже заметил девушку. Он спустился на землю и, взяв коня под уздцы, подошел к ней.
— Добры день, вы не знаете, где бы я мог напоить коня? — обратился он к ней.
Менестрес обернулась, и незнакомец охнул от неожиданности. Его рука выпустила поводья, он опустился перед ней на колено и сказал: — О, Боги! Наконец-то я нашел тебя! Наконец то я нашел тебя моя принцесса! Ваше Высочество!
— Кто вы? Почему вы называете меня принцессой? Я вас не знаю.
— Как? — удивился всадник. — Неужели ты не помнишь меня, принцесса? Я Бамбур.
Но Менестрес лишь отрицательно покачала головой.
Кармина вышла из дома и увидела, что ее воспитанница разговаривает с каким-то незнакомцем. Это очень взволновало ее и она поспешила к ним, чтобы узнать в чем дело. Увидев ее собеседника поближе, она закрыла рот ладонью и смогла лишь сказать: — Бамбур!
— Кармина? — сразу же узнал ее телохранитель.
— Как ты нашел нас? — спросила женщина.
— Это было не легко. Я искал вас пять лет, уже едва надеялся найти живыми.
— Мама, ты знаешь его? — спросила Менестрес.
Бамбур снова удивленно посмотрел на девушку и спросил у Кармины: — Не понимаю, что произошло? Почему она не узнает меня? — Пойдемте в дом, я все расскажу тебе.
Кармина рассказала Бамбуру все, что произошло, стараясь, правда, смягчить свой рассказ, чтобы не слишком травмировать Менестрес. Она и так сидела вся бледная, лишь иногда повторяя: — Я ничего этого не помню! Ничего!
Когда Кармина закончила, уже начало смеркаться. Бамбур внимательно выслушал ее с абсолютно непроницаемым лицом. Затем он встал и, снова опустившись перед Менестрес на колено, сказал: — Бедная моя юная леди! Может это подтолкнет твою память, и ты все вспомнишь.
С этими словами он достал из-за пазухи кольцо, которое велела взять ему королева и с которым он не расставался все эти пять лет, и передал его Менестрес. Она приняла его и немного нерешительно одела на палец. Прикоснувшись к ее коже бриллиант «Глаз Дракона» казалось, стал ярче.
Едва Менестрес надела кольцо, как память яркой вспышкой обожгла ее мозг. Она вспомнила, наконец, она вспомнила все. Это было так неожиданно. И то, что она вспомнила, повергло ее в шок. Она едва не упала, но Бамбур вовремя подхватил ее.
Картины прошлого сменяли одна другую. Она вспомнила кто она, вспомнила свою жизнь во дворце и вспомнила смерть своих родителей на ее глазах. И это разрывало ей сердце. Горе переполняло ее, найдя выход в слезах. Нет, Менестрес не плакала, просто слезы сами текли по ее щекам. Затем она встала и, не обращая внимания на взволнованные взгляды друзей, бросилась прочь из дома, в ночь. Она хотела остаться наедине со своим горем.
Кармина хотела последовать за ней, но Бамбур удержал ее со словами: — Не надо. Ей нужно побыть одной. Слишком многое свалилось на нее.
Менестрес бежала не разбирая дороги. Ей было все равно куда, горе и боль разрывали ей сердце. Она хотела не вспоминать, но не могла. Снова и снова она видела занесенный меч, а секунду спустя безжизненные тела своих родителей.
Пытаясь убежать от своего горя, Менестрес добралась почти до самых гор. Здесь, вдали ото всех, наедине с собой, она, наконец, дала выход переполнявшему ее горю. Она кричала, чуть ли не срывая голос, слезы текли у нее из глаз. Вконец обессилев, она села на землю и закрыла лицо руками. Она была опустошена, ей казалось, что все в ней умерло. Не осталось никаких чувств. Ей хотелось умереть.
— Не трогай меня!
Марис был высокий и крепкий детина, но Менестрес без труда отцепила от себя его руку, которая была раза в два больше ее собственной, и так сильно сжала, что тот чуть не вскрикнул. Затем, девушка вошла во двор и закрыла за собой дверь.
— Все равно ты будешь моей! — процедил он сквозь зубы, потирая руку.
* * *
Мужчина в черном ехал на лошади по опасной горной тропе, рискуя то и дело сорваться вниз. Но он упорно продолжал свой путь, будто от этого зависела его жизнь или жизнь кого-либо близкого ему. Он останавливался лишь тогда, когда конь его был на грани полного измождения, и стремился как можно скорее продолжить путь. Сам он, казалось, не знал усталости.
* * *
Прошло больше пяти лет с тех пор, как Кармина и Менестрес появились в деревне. Все это время ничто не нарушало их спокойной и размеренной жизни, ну, разве что Марис. В остальном все было нормально, но память так и не вернулась к Менестрес.
Их дом находился на самом краю деревни. Менестрес собирала яблоки в небольшом саду возле него, когда увидела всадника. Он наверняка спустился с гор, так как другого пути в их деревню не было.
Всадник тоже заметил девушку. Он спустился на землю и, взяв коня под уздцы, подошел к ней.
— Добры день, вы не знаете, где бы я мог напоить коня? — обратился он к ней.
Менестрес обернулась, и незнакомец охнул от неожиданности. Его рука выпустила поводья, он опустился перед ней на колено и сказал: — О, Боги! Наконец-то я нашел тебя! Наконец то я нашел тебя моя принцесса! Ваше Высочество!
— Кто вы? Почему вы называете меня принцессой? Я вас не знаю.
— Как? — удивился всадник. — Неужели ты не помнишь меня, принцесса? Я Бамбур.
Но Менестрес лишь отрицательно покачала головой.
Кармина вышла из дома и увидела, что ее воспитанница разговаривает с каким-то незнакомцем. Это очень взволновало ее и она поспешила к ним, чтобы узнать в чем дело. Увидев ее собеседника поближе, она закрыла рот ладонью и смогла лишь сказать: — Бамбур!
— Кармина? — сразу же узнал ее телохранитель.
— Как ты нашел нас? — спросила женщина.
— Это было не легко. Я искал вас пять лет, уже едва надеялся найти живыми.
— Мама, ты знаешь его? — спросила Менестрес.
Бамбур снова удивленно посмотрел на девушку и спросил у Кармины: — Не понимаю, что произошло? Почему она не узнает меня? — Пойдемте в дом, я все расскажу тебе.
Кармина рассказала Бамбуру все, что произошло, стараясь, правда, смягчить свой рассказ, чтобы не слишком травмировать Менестрес. Она и так сидела вся бледная, лишь иногда повторяя: — Я ничего этого не помню! Ничего!
Когда Кармина закончила, уже начало смеркаться. Бамбур внимательно выслушал ее с абсолютно непроницаемым лицом. Затем он встал и, снова опустившись перед Менестрес на колено, сказал: — Бедная моя юная леди! Может это подтолкнет твою память, и ты все вспомнишь.
С этими словами он достал из-за пазухи кольцо, которое велела взять ему королева и с которым он не расставался все эти пять лет, и передал его Менестрес. Она приняла его и немного нерешительно одела на палец. Прикоснувшись к ее коже бриллиант «Глаз Дракона» казалось, стал ярче.
Едва Менестрес надела кольцо, как память яркой вспышкой обожгла ее мозг. Она вспомнила, наконец, она вспомнила все. Это было так неожиданно. И то, что она вспомнила, повергло ее в шок. Она едва не упала, но Бамбур вовремя подхватил ее.
Картины прошлого сменяли одна другую. Она вспомнила кто она, вспомнила свою жизнь во дворце и вспомнила смерть своих родителей на ее глазах. И это разрывало ей сердце. Горе переполняло ее, найдя выход в слезах. Нет, Менестрес не плакала, просто слезы сами текли по ее щекам. Затем она встала и, не обращая внимания на взволнованные взгляды друзей, бросилась прочь из дома, в ночь. Она хотела остаться наедине со своим горем.
Кармина хотела последовать за ней, но Бамбур удержал ее со словами: — Не надо. Ей нужно побыть одной. Слишком многое свалилось на нее.
Менестрес бежала не разбирая дороги. Ей было все равно куда, горе и боль разрывали ей сердце. Она хотела не вспоминать, но не могла. Снова и снова она видела занесенный меч, а секунду спустя безжизненные тела своих родителей.
Пытаясь убежать от своего горя, Менестрес добралась почти до самых гор. Здесь, вдали ото всех, наедине с собой, она, наконец, дала выход переполнявшему ее горю. Она кричала, чуть ли не срывая голос, слезы текли у нее из глаз. Вконец обессилев, она села на землю и закрыла лицо руками. Она была опустошена, ей казалось, что все в ней умерло. Не осталось никаких чувств. Ей хотелось умереть.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 13 из 77
