Белый универсал «Шевроле Каприс Классик» прокладывал себе путь по не слишком оживлённому шоссе в дебрях штата Орегон. Марк Сандерс чувствовал, что безнадёжно засыпает, и ничего не мог с этим поделать — сказался напряжённый день, большая часть которого прошла за рулём. Вот во что вылилось желание поскорее добраться до дома из Монтаны, куда он ездил в отпуск. Кто бы мог подумать, что по прошествии недели его вдруг потянет обратно? Да ещё как потянет!
— Ты уверен?
Молчание.
— Марк? Расслабься, идёт? Я тебя очень прошу. Всё ведь нормально и так будет! Я не знаю, что и сказать!
— Ладно, — он вздохнул. — Возможно, ты и права. Наверное, мне стоит просто выпить чашку-другую крепкого чайку и завалиться спать.
— Да, так тебе и следует поступить.
— Я завтра заеду, хорошо?
— Хорошо.
— Спокойной ночи.
— Да, спокойной.
Он положил трубку и покачал головой.
Джессика не включала фар, но это ничуть не мешало ехать со скоростью пятьдесят миль в час. Огни задних фонарей японского автомобиля двигались впереди, примерно ярдах в пятидесяти от «Шевроле». Теперь девушка была не просто заинтересована — она начала беспокоиться.
«За каким чёртом Элизабет потащила (а дело, несомненно, обстоит именно так) эту девчонку за город? И почему та послушно выполняет все приказы?» — лихорадочно размышляла она.
Подсознание упорно настаивало, что владелица «Хонды» вообще до сегодняшнего вечера не была знакома с мисс Райдер.
«Что же тогда происходит? Может, Элизабет, угрожая ей ножом или пистолетом, приказала ехать в некое укромное местечко? Для чего? Неужто ей доставляет удовольствие изнасилование другой женщины? В сущности, не это ли произошло со мной вчера? Просто я сама согласилась… до сих пор не понимаю, почему?! С другой стороны, наверное, всё-таки правильно сделала, а то ещё разозлила бы эту сумасшедшую»…
Джессику в который раз передёрнуло. Она поморщилась, вспомнив о том, как легко была сломлена её воля. Сейчас воспоминания не содержали в себе ничего, кроме дикого отвращения к самой себе. Сжав руль и напряжённо вглядываясь в темноту перед «Шеви», девушка старалась не думать об этом.
Внезапно «Хонда» свернула в сторону. Так резко, что Джессика на миг растерялась, только через пару секунд утопив педаль тормоза в пол.«Каприс» послушно клюнул носом и замедлил ход.
Автомобиль «парочки» ехал теперь прямо по полю к какому-то дому. Добравшись почти до самого здания,«Хонда» остановилась. Джессика тоже плавно затормозила на обочине и внимательно смотрела на красные стоп-сигналы. Пока никто из машины не выходил — плафоны в салоне не загорались — но долго ли это продлится?
Чувствуя странный азарт, приправленный риском, девушка покинула «Шевроле» и осторожно двинулась по полю к дому. Туфли на высоких каблуках явно не были рады столь неподходящей поверхности, поэтому сократить расстояние до минимально безопасного между собой и целью Джессика смогла только за три минуты. Странно, но двери«Хонды» до сих пор не открылись.
«Может, прямо в салоне?» — предположила девушка и почувствовала тошноту.
Рядом с домом стоял старый огромный катафалк. Она решила укрыться за ним, поскольку ближе подойти уже не могла, не рассекретив себя. В принципе, и здесь неплохо — японский автомобильчик стоял всего-то в десяти ярдах от безмолвной громады «Кадиллака».
И тут пассажирская дверь «Хонды» вальяжно распахнулась, и наружу выбралась Элизабет. Она, не глядя по сторонам, прошла к водительскому месту и рванула ручку на себя. Затем без особых усилий вытащила сопротивляющуюся девушку и бросила на пыльную землю.
— Ну, сука, приступим? — рассмеялась она в лицо жертве.
— Что вам ещё от меня надо?! — заливаясь слезами, крикнула та.
— Всё и немного сверх того! — возвестила женщина и села на грудь жертве.
«Помнится, со мной тоже так начинали», — подумала она с усмешкой.
— Отпустите!
Она не собиралась тратить время на разговоры.
Джессика, сидящая за «Кадиллаком», обмерла, видя, как у Элизабет стремительно удлинялись острые, вроде змеиных, клыки. Холодный металл, к которому девушка прикоснулась щекой и ладонью, казалось, стал просто ледяным, но она даже не попыталась сдвинуться с места. Страх полностью парализовал её.
Элизабет наклонилась к шее владелицы «Хонды» и очень резко и грубо вонзила клыки. Жертва закричала от сильной боли и ужаса. Вампирша сделала всего два-три глотка, после чего отстранилась, глядя, как ярко-красная жидкость синхронно с ударами сердца выплёскивается из рваной раны. Полюбовавшись на содеянное, она продолжила истязание. Ещё один укус — тоже в шею, но теперь с другой стороны. И снова непродолжительное насыщение живительной влагой, а потом отстранение. Затем она схватила податливую безвольную руку девушки, уже не пытающейся сопротивляться, а лишь жалобно стонущей, и впилась в запястье, разрывая кожу своими зубами, как тупой бритвой.
«Господи, она играет с ней! — задыхаясь от парализующего страха, осознала Джессика. — Как кошка с добычей!»