Фандом: Гарри Поттер. Шляпа полна решимости спасти Хогвартс от надвигающейся угрозы. Но получится ли у нее? Или уже слишком поздно?
38 мин, 6 сек 15242
— Мальчик мой, — Дамблдор вернул себе Шляпу. — Почему тебя так волнует перераспределение Гарри? Как по мне, это очень хорошая новость. Хаффлпаф дружный факультет, он очень подходит Гарри. Подумай только, сколько новых друзей у него появится.
Услышав эти слова, Северус застыл, побледнев. Еще сильнее, чем обычно.
«Друзья… Друзья… Друзья»… — раздавалось эхо у него в голове, пока перед глазами застыла картина дружелюбного оскала Поттера, навязывающего ему свою дружбу. И еще раз. И еще. И даже в конце года, крича из экспресса, он нес какой-то бред о дружбе.
— Альбус, — переборов себя, Снейп заговорил подрагивающим голосом. — Я увольняюсь. Сейчас же.
— Не получится, — моментально отмахнулся Дамблдор. — У тебя контракт на пятьдесят лет. И ты сам подписал его своей кровью.
— Хорошо, — Северус кивнул. — Тогда я не буду готовить омолаживающее зелье. Это в мой контракт не входит.
— Кхе, — Дамблдор закашлялся. — О чем ты, мой мальчик? Тебе все равно нужно отработать тридцать лет, контракт не может быть изменен.
— Альбус… — Северус выразительно кивнул на Поттера. Может быть, удастся добиться его исключения?
— А, ты хочешь, чтобы мальчик учился на твоем факультете? — невинно улыбнулся Дамблдор. — Похвально-похвально. Не думал, что вы уже настолько дружны.
— Двадцать лет так двадцать лет, — Северус воткнул нож в опасной близости от руки директора. — Контракт же невозможно изменить, ничего не поделаешь.
— Рад, что ты это понимаешь, мой мальчик, — хмуро пробурчал Дамблдор.
— Директор, — Минерва взяла слово. — Вы уверены, что не стоит ничего предпринимать по поводу Поттера?
Сейчас на кону находился один из лучших за всю историю ловцов Гриффиндора, и Минерва могла хотя бы попытаться поймать стремительно улетающий из ее рук Кубок Квиддича. Будем честны, Гермиона Грейнджер и близнецы Уизли идеально уравновешивают друг друга. Одна баллы зарабатывает, другие их теряют. Гарри был единственной надеждой Минервы получить хоть какой-то кубок.
— Минерва, нельзя же так, — Дамблдор сразу понял, что крылось за этим вопросом. — Гарри свободный человек, и только ему выбирать факультет, на котором он будет учиться.
— Он и выбрал, — не пожелала отступать Минерва. — Еще год назад.
— Я могу провести только одно перераспределение для ученика, — Шляпа решила вмешаться и немного подкорректировать Устав Хогвартса. Для всеобщего блага, конечно же.
— Видишь, Минерва? Мы ничего не можем сделать.
Сидя в своей комнате, Северус мрачно смотрел на незваного гостя. Верно, это был Поттер с собственной персоной. Не важно, как он здесь оказался. Северус не мог принять, что каким-то образом Поттер аппарировал внутри Хогвартса, наплевав на защиту самих Основателей и здравый смысл. Поэтому он просто вошел через дверь. Да, именно так.
— Поттер, что вы здесь делаете? — голос Северуса выражал однозначное недовольство.
— Пришел навестить друга, конечно же, — голос Гарри выражал однозначное непонимание однозначности недовольства Северуса.
— Не вижу здесь ваших друзей, мистер Поттер, — Северус откинулся на спинку кресла, недвусмысленным взглядом обводя свои хоромы.
— Конечно, — Гарри уверенно кивнул. — Вы же не смотрите в зеркало.
Северус замолчал, сделав еще один глоток мятного чая. Поттер внезапно вломился в его покои, принеся с собой чайник с этим замечательным напитком. Было бы хорошо, если бы он сразу же ушел, но жизнь не могла быть настолько прекрасной.
— Можно еще чаю, Поттер? — Северус отбросил свой обычный презрительный тон. Не можешь победить — возглавь. Кажется, так говорил Антонин Долохов, Азкабан ему курортом. И именно этой тактики решил придерживаться Северус. Просто потому что другого выхода ему не оставляли.
— Конечно. Будь добр, Добби, — Гарри щелкнул пальцами, и рядом появился домовик в маленьком костюме дворецкого. Поклонившись, он наполнил чашки и застыл, ожидая новых приказов.
— Можешь быть свободен, — привычным движением Гарри отвесил домовику подзатыльник. Опытным путем было выяснено, что домовик имеет явные мазохистские наклонности. А еще Гарри понял, что можно колотить не только Малфоя, удовольствие получаешь не меньшее.
— Добби слушается, Хозяин, — склонившись, доставая ушами до самого пола, домовик исчез. Северус успел заметить улыбку, полную счастья, на его лице.
— Это еще одна причина, по которой я зашел к вам, профессор, — Гарри невозмутимо отпил чая.
— Вы захотели обсудить свои садистские наклонности? — Северус приподнял бровь.
— Нет, — Гарри покачал головой. — С этим проблем нет…
— Оно и видно, — вставил Снейп.
— Как я и говорил, проблема моя кроется в другом. Домовик этот принадлежал Малфоям, но забирать они его категорически не хотят. И так уж совпало, что оставлять его я не хочу так же категорически.
— Можете даже не пытаться, Поттер, — Северус насладился еще одним глотком великолепного чая. — Этот домовик бракованный. Грубо говоря, он не может принадлежать кому бы то ни было. Он сам выбирает, кому служить. Пока не найдется еще более подходящий его требованиям владелец, чем вы, он от вас не отцепится.
Услышав эти слова, Северус застыл, побледнев. Еще сильнее, чем обычно.
«Друзья… Друзья… Друзья»… — раздавалось эхо у него в голове, пока перед глазами застыла картина дружелюбного оскала Поттера, навязывающего ему свою дружбу. И еще раз. И еще. И даже в конце года, крича из экспресса, он нес какой-то бред о дружбе.
— Альбус, — переборов себя, Снейп заговорил подрагивающим голосом. — Я увольняюсь. Сейчас же.
— Не получится, — моментально отмахнулся Дамблдор. — У тебя контракт на пятьдесят лет. И ты сам подписал его своей кровью.
— Хорошо, — Северус кивнул. — Тогда я не буду готовить омолаживающее зелье. Это в мой контракт не входит.
— Кхе, — Дамблдор закашлялся. — О чем ты, мой мальчик? Тебе все равно нужно отработать тридцать лет, контракт не может быть изменен.
— Альбус… — Северус выразительно кивнул на Поттера. Может быть, удастся добиться его исключения?
— А, ты хочешь, чтобы мальчик учился на твоем факультете? — невинно улыбнулся Дамблдор. — Похвально-похвально. Не думал, что вы уже настолько дружны.
— Двадцать лет так двадцать лет, — Северус воткнул нож в опасной близости от руки директора. — Контракт же невозможно изменить, ничего не поделаешь.
— Рад, что ты это понимаешь, мой мальчик, — хмуро пробурчал Дамблдор.
— Директор, — Минерва взяла слово. — Вы уверены, что не стоит ничего предпринимать по поводу Поттера?
Сейчас на кону находился один из лучших за всю историю ловцов Гриффиндора, и Минерва могла хотя бы попытаться поймать стремительно улетающий из ее рук Кубок Квиддича. Будем честны, Гермиона Грейнджер и близнецы Уизли идеально уравновешивают друг друга. Одна баллы зарабатывает, другие их теряют. Гарри был единственной надеждой Минервы получить хоть какой-то кубок.
— Минерва, нельзя же так, — Дамблдор сразу понял, что крылось за этим вопросом. — Гарри свободный человек, и только ему выбирать факультет, на котором он будет учиться.
— Он и выбрал, — не пожелала отступать Минерва. — Еще год назад.
— Я могу провести только одно перераспределение для ученика, — Шляпа решила вмешаться и немного подкорректировать Устав Хогвартса. Для всеобщего блага, конечно же.
— Видишь, Минерва? Мы ничего не можем сделать.
Сидя в своей комнате, Северус мрачно смотрел на незваного гостя. Верно, это был Поттер с собственной персоной. Не важно, как он здесь оказался. Северус не мог принять, что каким-то образом Поттер аппарировал внутри Хогвартса, наплевав на защиту самих Основателей и здравый смысл. Поэтому он просто вошел через дверь. Да, именно так.
— Поттер, что вы здесь делаете? — голос Северуса выражал однозначное недовольство.
— Пришел навестить друга, конечно же, — голос Гарри выражал однозначное непонимание однозначности недовольства Северуса.
— Не вижу здесь ваших друзей, мистер Поттер, — Северус откинулся на спинку кресла, недвусмысленным взглядом обводя свои хоромы.
— Конечно, — Гарри уверенно кивнул. — Вы же не смотрите в зеркало.
Северус замолчал, сделав еще один глоток мятного чая. Поттер внезапно вломился в его покои, принеся с собой чайник с этим замечательным напитком. Было бы хорошо, если бы он сразу же ушел, но жизнь не могла быть настолько прекрасной.
— Можно еще чаю, Поттер? — Северус отбросил свой обычный презрительный тон. Не можешь победить — возглавь. Кажется, так говорил Антонин Долохов, Азкабан ему курортом. И именно этой тактики решил придерживаться Северус. Просто потому что другого выхода ему не оставляли.
— Конечно. Будь добр, Добби, — Гарри щелкнул пальцами, и рядом появился домовик в маленьком костюме дворецкого. Поклонившись, он наполнил чашки и застыл, ожидая новых приказов.
— Можешь быть свободен, — привычным движением Гарри отвесил домовику подзатыльник. Опытным путем было выяснено, что домовик имеет явные мазохистские наклонности. А еще Гарри понял, что можно колотить не только Малфоя, удовольствие получаешь не меньшее.
— Добби слушается, Хозяин, — склонившись, доставая ушами до самого пола, домовик исчез. Северус успел заметить улыбку, полную счастья, на его лице.
— Это еще одна причина, по которой я зашел к вам, профессор, — Гарри невозмутимо отпил чая.
— Вы захотели обсудить свои садистские наклонности? — Северус приподнял бровь.
— Нет, — Гарри покачал головой. — С этим проблем нет…
— Оно и видно, — вставил Снейп.
— Как я и говорил, проблема моя кроется в другом. Домовик этот принадлежал Малфоям, но забирать они его категорически не хотят. И так уж совпало, что оставлять его я не хочу так же категорически.
— Можете даже не пытаться, Поттер, — Северус насладился еще одним глотком великолепного чая. — Этот домовик бракованный. Грубо говоря, он не может принадлежать кому бы то ни было. Он сам выбирает, кому служить. Пока не найдется еще более подходящий его требованиям владелец, чем вы, он от вас не отцепится.
Страница 4 из 11