Вопрос доверия

— Детектив Габсер тоже вёл, — подсказал капитан, — но уже после Адамса.

— Адамс — тот коп, из-за которого аварию целый год считали несчастным случаем? — удивлённо вскинулся Ник.

— Сокрытие и фальсификация улик. Когда проверка обнаружила подтасовку фактов, его уволили быстро и без шума. Я понимаю, ты не можешь знать, что произошло восемнадцать лет назад. Но сейчас что рядом с тобой происходит?

На душе сделалось тоскливо и гадко. А, сэр, всё просто на самом деле: я Гримм, поэтому в Портленд съезжаются в прямом смысле слова сказочные подонки, и вам ещё повезло, что за час пятнадцать общения с Кимурой он вам только немного разбил лицо.

— Я не знаю, — пробормотал Ник, отводя взгляд. — Если и знал, то это было вчера.

— Память не возвращается?

— Всплывают какие-то невнятные обрывки.

— Как сейчас?

— Сейчас? Я ничего… — Ник поднял голову и с удивлением обнаружил, что глаза капитана закрыты. Ресницы чуть подрагивали, и между бровей пролегла глубокая складка, — … не вспоминаю. Сейчас.

— Что-то такое было, — прошептал капитан, — что-то важное.

Нику стало бы гораздо легче, если б шеф вначале его отпустил, а потом уже вспоминал, но он знал по собственному опыту, как легко потерять случайный проблеск, и настороженно замер. Интересно, за что зацепился разум капитана — за слово, обстановку, их странное положение в пространстве или даже, может быть, запах? Пахло кофе и ванилью. Кофе — от шефа, ванилью — от просыпавшейся на воротник сахарной пудры.

Что-то такое было. Что-то важное.

— Ник, выпей это, — тётя Мари протянула ему большую горячую кружку, — всё пройдёт.

Рука, упёртая в стену над его плечом, закрывала Ника от окружающего мира.

— Стой спокойно.

— Да, сэр.

Виска коснулось тёплое, пахнущее кофе дыхание. Как же здесь холодно.

— Ник, стой спокойно.

— Да, сэр.

Слишком холодно. Он хотел передвинуться к теплу, но ему сказали стоять. А потом наконец крепкая рука стиснула Ника за плечи и оторвала от ледяной стены.

Хэнк встретил его возвращение молча, уткнувшись в монитор, и попытался тайком сдвинуть кофейный стаканчик за бумажные развалы. Ник завис в полуприседе над креслом, складывая вместе две очевидные детали: чёртов стаканчик из автомата и выражение лица, будто по отделу пробежал Монро в истинном обличии. Вряд ли Хэнк видел, как капитан шагает по коридору, сжимая виски, в отчаянной надежде вернуть ускользнувшее воспоминание, а Ник, привалившись к стене, проверяет, пережил ли корпус сотового эмоциональное начало их разговора. Он бы и рад был подсказать капитану, что же такого важного тогда происходило — наверняка что-то важное, не просто же так шеф его… ну, помял немного, — но его собственные воспоминания, кстати не окрашенные тревогой, обрывались на том же самом месте. Ничего, ещё всплывут — в этом Ник был почти уверен. И почему бы Хэнку не надумать взбодриться в тот момент? Услышал бы о потерянных пятнадцати минутах на парковке — тогда хватило бы фразы «Это не то, что ты подумал». Впрочем, и сейчас можно её произнести — добить напарника.

— Эм-м, Хэнк, — Ник раздумал садиться и отправил компьютер в спящий режим. — Я на обед съезжу. Если задержусь, прикроешь?

— Давай. Прикрою, — с явным облегчением кивнул Хэнк.

Вот и отлично, за этот час можно решить много важного: позвонить Джульетте, узнать, как ей скучно под охраной, поесть, обязательно заехать к Розали — хорошо бы ещё в трейлер, потому что сообщение Монро «Вроде порядок» не вселяло уверенности, но тогда обратно в управление он сегодня не попадёт. Но главное, у Хэнка теперь есть возможность самостоятельно дойти до мысли, что это не то, что он подумал.

Даже пережёвывая очередной обычно вредный гамбургер, Ник продолжал терзаться совестью. Вначале Хэнк решил, что глаза его подвели, когда столкнулся с Потрошителем. Ладно, лес и погоня — всякое могло показаться. Но посмертное превращение доктора Бринкерхофа он видел ясно, а Ник притворился, будто ничего не произошло. Неуставные отношения, конечно, из другой оперы, да их на самом деле и нет, но пора прекращать убеждать Хэнка в его же безумии, а то ведь поверит.

Джульетте Ник позвонил по дороге к магазину экзотических специй и чая и с трудом поборол желание бросить всё и развернуться к «Банфилду», чтобы просто увидеть её и обнять. Нет, пока остаётся хоть малейший шанс, что на хвосте у него висит пара Жнецов, ехать к Джульетте нельзя.

Припарковавшись, Ник ещё раз оглядел дорогу — приличных автомобилей, которые Жнецы, похоже, могли себе позволить и позволяли, за ним не следовало. Рядом, отчаянно фырча, парковался только древний, изрядно поношенный и безжалостно запущенный плимут. Трое грузчиков в нём ничем не походили на Жнецов, тем более лучших, а он ведь приглашал лучших. Если вчера не сторговались на грузчиков.