Время лечит

Все последующее время девушка провела в своей обители. Музыка казалась невыносимо скучной и привычной, вникнуть в смысл прочитанных книг не получалось, а разобраться в собственной голове и подавно. Клэр чувствует свое тело, горячую кровь в венах, журчание которой, при загробной тишине комнаты, можно было услышать. Чувствует тепло, холод, мурашки, боль, однако все эти ощущения не вызывали каких-то определенных мыслей, словно чувствовать — чувствует, а осознать — не осознает. Она не знает природу тепла, были ли то солнечные лучи, или же дело в температуре помещения. Не знает откуда холод, причастно ли к нему распахнутое окно, или же прохлада простыней. Не знает откуда боль, сдавливающая все в районе груди, подкатывающая к горлу в виде вязкого кома, который никак не удавалось сглотнуть. Тело постоянно что-то ощущает, а вот сама девушка — ничего. Хотелось разобраться, понять, однако шепот, раздражающий слух, эхом проносился в голове, чем и не давал сконцентрироваться на ощущениях.

В дверь постучали, затем кто-то робко её приоткрыл, заглядывая в помещение. Точно, она же должна была спуститься вечером. Девушка чуть привстала, пристально вглядываясь в пустое лицо и ожидая.

— Идем, — как-то сдавленно бросил монстр, удаляясь.

Клэр встала, поправив сползшую простынь. Вышла из комнаты, со скрипом прикрыв дверь. Спустилась в гостиную, чувствуя некую неловкость от изучающих её взглядов. Да, именно неловкость, от которой захотелось ссутулиться, отвести взгляд, и опять же, Клэр совсем не понимает, почему. Парень в белой толстовке и со странным лицом подскочил, спешно направляясь к девушке. На этот раз хотелось протянуть руки к нему, ощутить сильное тело, непристойно близко рассматривать его лицо, которое, кстати, показалось девушке даже симпатичным, несмотря на кривые разрезы до середины щеки и темные круги вокруг не закрывающихся глаз. Однако что-то, какой-то импульс заставил Клэр выставить руку вперед, тем самым, сдержав дистанцию между ней и человеком, к которому её странно тянет.

— Отойди, — это прозвучало как-то грубо из её уст. Она видела, как остановился парень, опешив, затем недоумевающим взглядом проводив обходящую его черноволосую. Опять жутко неприятный тошнотный ком подкатил к глотке, а глаза почему-то стали влажными. — И зачем я здесь? — спросила без какого-либо интереса, причем обращаясь не к определенной персоне, а ко всем присутствующим сразу.

— Я хотел представить тебя всей аудитории, — снова выдавливает из себя безликий, взволновано поправив галстук. Зачем? Почему он хочет, чтобы она познакомилась с этими существами? Тело до сих пор дрожало, тянулось к стоящему позади парню, однако мозг вновь сработал сам по себе.

— Мне плевать на них, — безэмоционально. Ком в горле словно расширился, запульсировал, пальцы дрогнули, словно от смятения. Вот только откуда взялось это ощущение?

— Эй ты! — один из существ — высокий парнишка с конусообразным носом и в полосатом костюме — как-то резко поднялся с дивана, грозной тучей надвигаясь на неё. — Ты слишком высокого о себе мнения, сучка! Мы жертвовали собой ради тебя, а ты говоришь, что тебе плевать?! — он кричал, негодовал, и девушка это чувствовала и даже, возможно, понимала. — Мы, блядь, с другого конца планеты прибыли, чтобы задницу твою спасать! — чего он добивается своими словами? Что он хочет донести до неё? Добраться до совести? Прочистить мозги? Вызвать хоть толику понимания?

— Не стоило, — опять говорит, чего не хочет. — Валите обратно, — что же мешает делать именно то, что надо сделать в этой ситуации? — Мне не нужна помощь таких, как ты, — почему вместо того, чтобы поблагодарить, отталкивает этого юношу, да и всех в помещении?

— Ах, ты, — он возмущен, поднимает руку сжатую в кулак, видимо, для удара.

— Джек! — окликнул его парень в забавном зеленом костюмчике, в котором больше смахивал на маленького эльфа. — Успокойся, не стоит обострять ситуацию, — мудро, и Клэр это признает.

— Мы пришли на помощь не ей, а нашим товарищам, — монотонным голосом проговорила девушка с часами вместо глаза, что мозг черноволосой воспринял, как оригинальность или что-то вроде того. — И тебе, носатый, должно быть все равно на её мнение, — она одарила Клэр взглядом, от которого, почему-то, стало стыдно. Причем, стыдно до легкого румянца и дрожи в коленках. Эта девушка тоже злится, однако не так ярко демонстрирует это.

— Я не «носатый», — прошипел юноша, не забыв смерить Кэролайн поверхностным, с толикой брезгливости, взглядом, будто только что дерьмо увидел, а не девушку.

— Это все? — ей хотелось уйти, сейчас же, спрятаться от этих глаз, от грубых и упрекающих слов, просто убежать, закрывшись в комнате.

— Задрала! — ещё один юноша спрыгнул со спинки дивана, видимо, по привычке поправив оранжевую худи, направился к черноволосой, приставив кончик ножа к её горлу, от чего захотелось сглотнуть и зажмуриться. — Не пройдет и 10-ти секунд, как ты будешь валяться здесь выпотрошенная! — он был серьезен в сказанном, однако действовать не спешил, наверное, чего-то ожидая.