Решение переехать на время беременности в деревню было не то чтобы спонтанным, но довольно внезапным. Как-то все сложилось одно к одному: пустовал старенький дедовский дом, за которым некому было присматривать.
58 мин, 46 сек 7447
— От этого ворота перекосило по оттепели? — Какие ворота? Аааа, да ты что, мой хороший, — девушка опять засмеялась, запрокидывая голову. — Думаешь, я с этими яйцами и нитками кровавыми там копалась? Нет, ну века два назад я так и делала, но я на месте не стою. Сейчас мне на это пары слов хватает, хотя прийти ночью к воротам, конечно, пришлось. Продукты портились у вас? — Я ведь убью тебя, все равно, — апатично сказал я.
Не было больше сил на злость. Ни на что пока сил не было.
— Сука.
— Ррррр, — Марина вздернула верхнюю губу и смешно сморщила носик. — Не дразни, знаешь же — я с этого слова больше всего завожусь, а тут ещё и кровью пахнет.
— Как ты выглядишь? На самом деле? — А тебе не все равно? Захочу — ты и с бабой Тоней трахаться будешь, как бешеный, веришь? — Верю, — отрешенно кивнул я.
Я верил. Захочет — буду. Разбудит ярость, поднимет зверя внутри, хлопнут за спиной темные крылья, зальет взор багровая пелена. Канет все в зелёный омут мерцающих глаз, будет биться тугой смерч разрывающей похоти и разрываемой плоти. Со старухой, со зверем, с трупом участкового. Если она захочет — буду. Может, даже сам захочу.
— Не хотелось бы с бабой Тоней, — все же уточнил я.
— И мне не хотелось бы, — серьёзно сказала она. — Я женщина, Виктор, не важно, сколько мне лет. Я красивой быть хочу, желанной. Да и из деревни давно пора выбираться, город осваивать, технику. Поженимся — я к тебе туда перееду. Пей кофе.
— Кофе, — пробормотал я. — Коля вон тоже кофе твоего попил.
— Ты про воду-то? Это не сложно, — улыбнулась Марина, задумчиво глядя в окно. — Я ему могла из унитаза зачерпнуть, или вообще жижу из канавы, все равно пил бы и нахваливал.
— А мне ты настоящий сделала? Или как ему? — я мотнул головой в сторону передней.
— Растворимый — это разве настоящий? — пожала она плечиком, отбросила медную прядь с лица и посмотрела мне в глаза мерцающими изумрудными омутами. — Тебе сейчас не все равно уже? — Все равно, — безразлично согласился я.
И стал пить кофе.
Не было больше сил на злость. Ни на что пока сил не было.
— Сука.
— Ррррр, — Марина вздернула верхнюю губу и смешно сморщила носик. — Не дразни, знаешь же — я с этого слова больше всего завожусь, а тут ещё и кровью пахнет.
— Как ты выглядишь? На самом деле? — А тебе не все равно? Захочу — ты и с бабой Тоней трахаться будешь, как бешеный, веришь? — Верю, — отрешенно кивнул я.
Я верил. Захочет — буду. Разбудит ярость, поднимет зверя внутри, хлопнут за спиной темные крылья, зальет взор багровая пелена. Канет все в зелёный омут мерцающих глаз, будет биться тугой смерч разрывающей похоти и разрываемой плоти. Со старухой, со зверем, с трупом участкового. Если она захочет — буду. Может, даже сам захочу.
— Не хотелось бы с бабой Тоней, — все же уточнил я.
— И мне не хотелось бы, — серьёзно сказала она. — Я женщина, Виктор, не важно, сколько мне лет. Я красивой быть хочу, желанной. Да и из деревни давно пора выбираться, город осваивать, технику. Поженимся — я к тебе туда перееду. Пей кофе.
— Кофе, — пробормотал я. — Коля вон тоже кофе твоего попил.
— Ты про воду-то? Это не сложно, — улыбнулась Марина, задумчиво глядя в окно. — Я ему могла из унитаза зачерпнуть, или вообще жижу из канавы, все равно пил бы и нахваливал.
— А мне ты настоящий сделала? Или как ему? — я мотнул головой в сторону передней.
— Растворимый — это разве настоящий? — пожала она плечиком, отбросила медную прядь с лица и посмотрела мне в глаза мерцающими изумрудными омутами. — Тебе сейчас не все равно уже? — Все равно, — безразлично согласился я.
И стал пить кофе.
Страница 16 из 16
