Маленький военный гарнизон под Владивостоком, середина 80-х. Все семьи офицеров живут замкнуто, дети гуляют одной компанией. Женька — вечный заводила и искатель приключений уезжает с родителями во Вьетнам на год. Но однажды он появляется на дорожке, чумазый, в трениках. История о призраке, который не знает, что мёртв.
1 мин, 12 сек 3
Эта история — стопроцентная правда. В восьмидесятые мы жили в маленьком гарнизоне под Владивостоком. Часть — человек двадцать матросиков да два четырёхквартирных дома для офицерских семей. Все друг друга знали как облупленных, жили этим составом годами. До города — час езды, до соседних частей — полчаса пешком. В округе — военторг, почта, школа на полсотни учеников. И дети — от трёх до четырнадцати — гуляли одной компанией. Выбирать было не из чего.
В этой компании был Женька. Шило в одном месте. То заброшенный дзот времён русско-японской войны найдёт — и мы всей оравой тащимся его исследовать. То котят в сарае обнаружит — и мы уже выкармливаем их из пипеток. Вечно чумазый, на трениках пузыри на коленях, но без него наша компания была не компания.
А в те годы советские военные часто уезжали во Вьетнам, на базу Камрань. Года на два, а то и больше. Вот и Женькина семья уехала. Не было их год.
И вот как-то моем мы с мамой окно, а по дорожке идёт Женька. Как всегда — чумазый, в растянутых трениках. Мы удивились: не слышали, чтоб они вернулись. А у них семья большая, трое детей — такой приезд не пропустишь.
Окликаем его:
— Женька! Вы когда вернулись?
Он остановился.
— Да вот только и вернулись, — говорит, — Мамка за хлебом в военторг послала.
Ну, вернулись — и хорошо.
А наутро в часть пришла телеграмма.
Семья Женьки не возвращалась.
Он погиб во Вьетнаме. Неугомонная натура и там не давала ему сидеть на месте — нарвался на снаряд.
Только кого же мы видели тогда на дорожке?
В этой компании был Женька. Шило в одном месте. То заброшенный дзот времён русско-японской войны найдёт — и мы всей оравой тащимся его исследовать. То котят в сарае обнаружит — и мы уже выкармливаем их из пипеток. Вечно чумазый, на трениках пузыри на коленях, но без него наша компания была не компания.
А в те годы советские военные часто уезжали во Вьетнам, на базу Камрань. Года на два, а то и больше. Вот и Женькина семья уехала. Не было их год.
И вот как-то моем мы с мамой окно, а по дорожке идёт Женька. Как всегда — чумазый, в растянутых трениках. Мы удивились: не слышали, чтоб они вернулись. А у них семья большая, трое детей — такой приезд не пропустишь.
Окликаем его:
— Женька! Вы когда вернулись?
Он остановился.
— Да вот только и вернулись, — говорит, — Мамка за хлебом в военторг послала.
Ну, вернулись — и хорошо.
А наутро в часть пришла телеграмма.
Семья Женьки не возвращалась.
Он погиб во Вьетнаме. Неугомонная натура и там не давала ему сидеть на месте — нарвался на снаряд.
Только кого же мы видели тогда на дорожке?
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
