События эти произошли не совсем со мной (слава Богу), а с моей подругой. Дело было 15 лет назад. Тогда мы были студенками-первокурсницами, учились в политехническом институте на строительном факультете.
9 мин, 29 сек 3105
Родители у нас были строгие, все девчонки давно встречались с парнями, гуляли допоздна, а нам это было строго-настрого запрещено. Поэтому, как только настала долгожданная свобода в виде учебы в институте и проживания в общежитии, мы ринулись наверстывать упущенное. Не сказать, чтобы прямо пустились во все тяжкие, но жизнь у нас была довольно легкомысленная. Гулянки с вином до утра, дискотеки… Печальный исход был очевиден — первую сессию мы завалили на пару с подружкой. Плюс ко всему за «приличное» поведение встал вопрос о выселении нас из общежития.
Под честное слово «сдать хвосты до летней сессии», в институте нас оставили. А вот с жильем вопрос встал остро. Нужно было снимать квартиру. Родители наши пока обо всем этом ничего не знали, и говорить им, мягко говоря, было страшно с одной стороны, а с другой, денег у нас своих не было. Ломали свои головы мы где-то с неделю, в конечном счете подруга решилась на отчаянный шаг — рассказала все своей тетке, жившей в городе. Тетка, конечно, была не в восторге от всего этого, но согласилась прикрыть нас от родителей до лета, а там мы авось придумаем, как преподнести все это родителям, плюс учебу наладим до этого времени. Приютить нас у себя тетка не могла — сама жила в однокомнатной с мужем и сыном. Но согласилась оплачивать нам съемное жилье — у нее муж неплохо зарабатывал по тем временам, правда много денег дать не могла, всего 500 рублей. К слову сказать, чтобы снять хоть какую-то квартиру (речь идет о ценах 90-ых), тогда нужно было не меньше тысячи. Мы приуныли, вырисовывалась перспектива снимать комнату с какой-нибудь хозяйкой-старушкой. Но, как говорится, и на том спасибо, и мы принялись листать объявления в газетах.
После недельного листания, нам стало ясно, больше, чем на комнату в крайних районах с бабкой рассчитывать нам не на что. К одной такой мы и направились — благо, цена была 400 рублей, могли еще и себе сотню оставить. Приехали, нашли дом, зашли в грязный вонючий подъезд «хрущевки» и, поднявшись по ступеням, позвонили в дверь. Потом еще позвонили, еще… Дверь никто не открывал, видимо, в квартире никого не было. Отчаявшись, мы спустились вниз и опустились на лавку у подъезда. На следующий день истекал срок нашего пребывания в общежитии, а жилья нет, и искать времени не осталось, 2 часа только сюда добирались.
Спасение пришло неожиданно. На лавочку рядом с нами опустилась бабуся, обычная такая, в платочке и пальтишке стареньком, глаза прищуренные.
— Ишь, молодые какие! Откель такие, ненашенские?
Слово за слово, разговорились. С тоски, подруга моя вывалила бабусе все, и про общагу, и про комнату, и про тетку, и про родителей. Бабка слушала, тряся иногда головой, покряхтывая, охая и ахая.
— Так Матвевны уж два дня как нет. Уехала она, паломниство у ей… Жить, говоришь, где-то надобно… А погоди-ка…
Через пятнадцать минут у подъезда стояла милая женщина средних лет. Представилась Марией Владимировной. Из разговора выходило так, что есть у нее квартира, которую она могла бы сдать. И цена недорогая, много ей не надо, лишь бы люди приличные жили, за квартирой присматривали, да квартплату цена перекрывала. Просила она 600 рублей, но в итоге сторговались на 500. Бабуська помогла опять же.
В общем, счастью нашему не было предела! Квартира однокомнатная, хоть и не совсем в центре, но всего пять трамвайных остановок от института. В ней была мебель, и даже телефон, правда межгород там был отключен. Короче, через три дня мы отмечали какое-никакое новоселье.
А надо сказать, что мы с подружкой по убеждениям, да и по молодости лет были заядлыми материалистками — ни в черта, ни в Бога не верили. Правда меня родители крестили в детстве, и крестик я почти всегда носила, скорее из привычки, и потому что других золотых украшений у меня не было, а подружка была некрещеная — родители партработники старой закалки.
Жилось нам в новой квартире хорошо, отлично даже. Это тебе не общежитие с общим туалетом на этаже; своя кухня, приходить можно, когда вздумается. До утра мы, конечно, теперь не гуляли — за учебу пришлось взяться, догонять-то всегда сложнее, но жили вполне вольготно.
Прошел где-то месяц, и вот как-то раз, возвращаюсь я в воскресенье от родителей. Подружка не уезжала в этот раз, у нее появился постоянный кавалер, и на субботу у него были билеты на концерт. Пришлось ей с пятницы по воскресенье ночевать одной. Но судя по синякам под глазами, поспать толком ей так и не удалось.
Под честное слово «сдать хвосты до летней сессии», в институте нас оставили. А вот с жильем вопрос встал остро. Нужно было снимать квартиру. Родители наши пока обо всем этом ничего не знали, и говорить им, мягко говоря, было страшно с одной стороны, а с другой, денег у нас своих не было. Ломали свои головы мы где-то с неделю, в конечном счете подруга решилась на отчаянный шаг — рассказала все своей тетке, жившей в городе. Тетка, конечно, была не в восторге от всего этого, но согласилась прикрыть нас от родителей до лета, а там мы авось придумаем, как преподнести все это родителям, плюс учебу наладим до этого времени. Приютить нас у себя тетка не могла — сама жила в однокомнатной с мужем и сыном. Но согласилась оплачивать нам съемное жилье — у нее муж неплохо зарабатывал по тем временам, правда много денег дать не могла, всего 500 рублей. К слову сказать, чтобы снять хоть какую-то квартиру (речь идет о ценах 90-ых), тогда нужно было не меньше тысячи. Мы приуныли, вырисовывалась перспектива снимать комнату с какой-нибудь хозяйкой-старушкой. Но, как говорится, и на том спасибо, и мы принялись листать объявления в газетах.
После недельного листания, нам стало ясно, больше, чем на комнату в крайних районах с бабкой рассчитывать нам не на что. К одной такой мы и направились — благо, цена была 400 рублей, могли еще и себе сотню оставить. Приехали, нашли дом, зашли в грязный вонючий подъезд «хрущевки» и, поднявшись по ступеням, позвонили в дверь. Потом еще позвонили, еще… Дверь никто не открывал, видимо, в квартире никого не было. Отчаявшись, мы спустились вниз и опустились на лавку у подъезда. На следующий день истекал срок нашего пребывания в общежитии, а жилья нет, и искать времени не осталось, 2 часа только сюда добирались.
Спасение пришло неожиданно. На лавочку рядом с нами опустилась бабуся, обычная такая, в платочке и пальтишке стареньком, глаза прищуренные.
— Ишь, молодые какие! Откель такие, ненашенские?
Слово за слово, разговорились. С тоски, подруга моя вывалила бабусе все, и про общагу, и про комнату, и про тетку, и про родителей. Бабка слушала, тряся иногда головой, покряхтывая, охая и ахая.
— Так Матвевны уж два дня как нет. Уехала она, паломниство у ей… Жить, говоришь, где-то надобно… А погоди-ка…
Через пятнадцать минут у подъезда стояла милая женщина средних лет. Представилась Марией Владимировной. Из разговора выходило так, что есть у нее квартира, которую она могла бы сдать. И цена недорогая, много ей не надо, лишь бы люди приличные жили, за квартирой присматривали, да квартплату цена перекрывала. Просила она 600 рублей, но в итоге сторговались на 500. Бабуська помогла опять же.
В общем, счастью нашему не было предела! Квартира однокомнатная, хоть и не совсем в центре, но всего пять трамвайных остановок от института. В ней была мебель, и даже телефон, правда межгород там был отключен. Короче, через три дня мы отмечали какое-никакое новоселье.
А надо сказать, что мы с подружкой по убеждениям, да и по молодости лет были заядлыми материалистками — ни в черта, ни в Бога не верили. Правда меня родители крестили в детстве, и крестик я почти всегда носила, скорее из привычки, и потому что других золотых украшений у меня не было, а подружка была некрещеная — родители партработники старой закалки.
Жилось нам в новой квартире хорошо, отлично даже. Это тебе не общежитие с общим туалетом на этаже; своя кухня, приходить можно, когда вздумается. До утра мы, конечно, теперь не гуляли — за учебу пришлось взяться, догонять-то всегда сложнее, но жили вполне вольготно.
Прошел где-то месяц, и вот как-то раз, возвращаюсь я в воскресенье от родителей. Подружка не уезжала в этот раз, у нее появился постоянный кавалер, и на субботу у него были билеты на концерт. Пришлось ей с пятницы по воскресенье ночевать одной. Но судя по синякам под глазами, поспать толком ей так и не удалось.
Страница 1 из 3
