Каждое лето Вовчику доводилось отдыхать в одном из тех небольших сел, которые расположены в непосредственной близости от знаменитых Житомирских лесов. И хотя места там красивейшие, село располагалось на таком отшибе, что в нем отсутствовали такие радости цивилизации как дискотека и бар. В нем не было даже столь милого сердцу места как сельский клуб.
На очередные посиделки Володька опаздывал. Было уже одиннадцать часов вечера, когда он, наконец-то, достроил злостный крольчатник. Наскоро поужинав, и посоветовав бабке к утру его не ждать, Вовчик направился в сторону леса. Мысли его были заняты довольно интересными вещами, а именно замечательной девушкой Катей. Понятно, что наш герой мало обращал внимания на дорогу, больше доверяя своей интуиции и полной луне, прекрасно освещающей все вокруг.
Прошло двадцать минут. Казалось, он давно уже должен бы выйти на поляну, но ничего подобного. Вовчик резко остановился и огляделся. Местность совершенно незнакомая, ничего похожего на тропинку под ногами не наблюдалось.
— Черт знает что! — проворчал Володька.
— Кому расскажешь, не поверят. Я — и заблудился! Быть такого не может!
Он решил повернуть назад, надеясь выйти на дорогу. Через три минуты пришлось остановиться.
— Ерунда какая-то? Что же это за место?
— Вовчик с удивлением рассматривал огромную ель. Явление абсолютно невозможное в здешнем лесу.
Вовка побежал вперед. Постепенно лес сгущался. Колючие ветки хлестали его по лицу, рвали одежду. Паника охватывала Володьку. Несколько раз он падал, перецепившись через выступающие корни деревьев. «Идиот! Кретин! — ругал он самого себя.»
— О Кате ему нужно было думать. Лучше бы смотрел на дорогу. Будешь теперь, как последняя сволочь, бегать до утра по лесу, в то время как другие будут веселиться«.»
Деревья начали редеть, трава, наоборот, становилась выше и гуще. Пахло сыростью и гнилой древесиной. Внезапно Володька с размаху влетел на что-то мягкое. «Болото!» — молнией пронеслась мысль. За одну секунду он по колена погрузился в вязкую грязь.«Откуда оно взялось?» — Вовчик озирался по сторонам, ища, за что можно было бы зацепиться:«В нашем лесу его точно быть не может». Между тем погружение в несуществующую субстанцию продолжалось.
— Прощай, жизнь! — стонал Володька, — Прощайте мама, папа, дедушка, бабушка, т. Варя, д. Миша, Тузик и весь 9-б. Занес же леший меня в это гиблое место. Даже толком не похоронят мое молодое и красивое тело.
— Доброго вечера! — раздался рядом вежливый голос. В тот же миг Вовчик почувствовал, что он уже не проваливается, а стоит на чем-то твердом. С чувством глубочайшего облегчения он обернулся на голос. В пяти шагах от Вовки, на кочке, стоял небольшого роста мужчина средних лет. Было в его облике что-то странное, но что именно Володьку сейчас мало интересовало.
— Слава Богу! Помогите! Погибаю!
— Успеется, — нахмурил густые брови незнакомец.
— Твой час еще не пробил.
— Но ведь я…
— Говорят тебе, ничего с тобой не станется, — перебил мужичок Вовчика. Он сел на кочку, по-турецки скрестив ноги, и лукаво взглянул на парня.
— Погутарим чуток. В последнее время я ограничен в общении… И что такого интересного ты у меня углядел?
Вовчик потрясенно молчал, не в силах отвести взгляд от ног незнакомца. На месте ступней у того были внушительного размера… копыта.
— Малый, ты меня сейчас в краску вгонишь, — мужичок натянул на ноги подол рубахи. Вовчик очнулся и взглянул в лицо собеседника. Так вот, что его смутило с самого начала. Нос незнакомца был так сильно вздернут, что напоминал поросячий пятачок.
— Дьявол!
— Льстец! — потупил взгляд мужичок.
— Всего лишь черт, временно исполняющий обязанности лешего. Рядом что-то булькнуло. Вовчик вздрогнул.
— Болотный газ. Не обращай внимания, — черт подмигнул Володьке.
— Небось жалеешь, что вообще сегодня из дома вышел?
Вовка тяжело вздохнул, а сам подумал: «Интересно, и почему мне совершенно не страшно?».
— А это потому, что люди перестали нашего брата уважать. Не верят в нас. В старину, бывало, бабы да девки соберутся в лес по грибы. Так стоило ветками затрещать да завыть погромче — бабы кузова побросають. Визжать. Все врассыпную. Смех, да и только. А нонче? Да до таких ужасов, что по вашему телехвизеру показують, мне вжисть не докумекать.
— Да уж!