Вторая часть Мерлезонского балета

— Это костры! — полуутвердительно воскликнула я, радостно улыбаясь. У нас будто открылось второе дыхание. Глиннаэль крикнул что-то вроде «Впереди огонь!» Фаэллину, и тот радостно отозвался, погоняя своих задремавших лошадок. Они, как и наши, будто почуяли долгожданный отдых, бодрой рысью преодолевая оставшееся расстояние, забыв о том, что под ногами не твердая дорога, а топкая жижа. Что не преминуло о себе напомнить обиженным ржанием — наши лошади застряли, тщетно пытаясь вытащить повозку из глубокой глинистой ямы. Глиннаэль слез, сажая меня на козлы, и обошел повозку, пытаясь в темноте разглядеть масштабы этой катастрофы. Позади остановился Фаэллин, спустился и подошел к Глиннаэлю, присев на корточки. Ни дать, ни взять — два мужика у капота автомобиля!

Тем временем в лагере нас заметили, несколько всадников уже направлялись в нашу сторону, держа в руках зажженные факелы. Они объехали повозки по кругу, убеждаясь, что все живы и здоровы, и только затем спешились, освещая наши бледные уставшие лица.

— Я так и знала, что с тобой все в порядке! — заявила Женечка (ну конечно, кто бы сомневался, что она тоже здесь появится!), поворачиваясь, впрочем, не ко мне, а к эльфу, шедшему позади. Им оказался Элемир — вот уж кого не ожидала увидеть! Что главный советник короля забыл здесь, я слабо себе представляла. Зато точно знала, как его порадовать!

— Спасибо, что проявили заботу обо мне, Heruamin! — я любезно улыбнулась, старательно выговаривая «милорд» на синдарине. Брови эльфа изумленно подлетели вверх, сравнявшись в удивлении разве что с Женечкой. Он смутился и пробормотал что-то вроде:

— Не стоит благодарностей, я не так чтобы заботился… меня попросили… но все равно спасибо…

Я порылась в карманах и извлекла на свет зеленую скляночку, возвращая которую отметила, как лицо Элемира осветилось искренней радостью.

— Меня больше не укачивает, спасибо! — он выхватил бутылочку из моих рук, поспешно пряча в складках одежды, затем, опомнившись, поклонился и выразил надежду, что я и впредь буду находиться в здравии. Женечка же, не обращая ни малейшего внимания на эльфа и его речи, рассказывала мне о том, как они переждали бурю. Оказывается, всадники надеялись достичь отрогов Эмин Майл и укрыться там, но не успели. Тогда эльфы спешно расставили палатки и попрятались там, стреножив лошадей и укрыв их своими плащами, надев на голову капюшоны.

— Я сидела в одной палатке с Трандуилом! — восхищению Женечки не было предела. — Его нога касалась меня вот здесь, — она показала на свое бедро, — он тако-о-ой горячий! — девушка в полном восторге закатила глаза. Я вдруг подумала о том, что во время бури ни разу не вспомнила о короле, хотя оно и ясно — не до него было в такую непогодь…

— Кажется, мы здесь застряли, — к нам подошел Глиннаэль, с сожалением обращая свой взгляд к повозке. — Ось сломалась, придется менять. Не знаю, сколько времени на это уйдет — завтра утром поедем искать подходящее дерево.

— В степи? — я скептично усмехнулась. — К осени починим.

— Лес Фангорн не так далеко, уверен, деревья помогут нам, — не согласился Глиннаэль. — К обеду, самое большее — к вечеру, мы уже будем готовы.

— Его Величество послал меня за тобой, — спохватился вдруг Элемир, — думаю, тут справятся без нас.

Король посылал за мной?! Я удивленно покачала головой, вытаскивая свой мешок из повозки. Мне подвели лошадь одного из оставшихся с Глиннаэлем воинов, и, бросив последний взгляд на сломанную повозку и копошащихся вокруг эльфов, я отправилась за Элемиром и Женечкой.

Глава 5. Немного об этикете, запахах и вине

Лагерь оказался не более чем в пятнадцати минутах езды от наc. Прежде всего, меня поразило то, что несмотря на проливной ливень (а судя по рассказам Женечки, эльфы разбивали лагерь именно в таких условиях), палатки стояли ровными рядами, будто по линейке. Костры горели не везде — сказывалось отсутствие сухих дров. Невзирая на сырость и промозглый ветер, тут царила все та же непринужденная атмосфера: раздавались взрывы смеха, воины сушили у костров вымокшие плащи, передавая друг другу фляжки.

Палатка, в которой разместился король, ничем не отличалась от десятков остальных, ведь его шатер остался в нашей повозке. Перед ней было пусто, у входа навытяжку стояли эльфы, с тоской бросая завистливые взгляды в сторону веселых компаний, греющихся у огня. Справедливости ради стоит заметить, что стража не выглядела замерзшей или промокшей, так что жалости совсем не вызывала. «Лентяи!» — промелькнуло у меня в голове, пока мы подходили к палатке.

— От него так пахнет! — Женечка продолжала изливать на меня потоки своего восхищения Трандуилом. — Я, правда, так и не разобрала, чем именно, но этот запах запомню на всю жизнь!

«Лесными фиалками и кедром», — мысленно ответила я, вслух же произнеся:

— Ты теперь его, как гончая, по запаху искать будешь?