Фандом: Средиземье Толкина. Аля уже собралась тихо-мирно побродить по Средиземью, но не тут-то было… Женечка решила по-другому, да и Трандуил внес свою лепту.
291 мин, 5 сек 16176
— Аля, — он мягко отстранился, бегая взглядом по моей фигуре. — Ты такая… — замялся, словно не находил слов.
— Какая? — удивилась я. Проходящие мимо слуги косились на нас, и я пригласила эльфа зайти внутрь. Он прошел, чуть вздрогнув, когда дверь за ним закрылась.
— Красивая, — тихо произнес эльф и… покраснел! Серьезно, я впервые видела краснеющего Глиннаэля! Веснушки на его лице потемнели и стали еще заметнее. Тут до меня дошло: он ведь впервые видел меня в платье! Вот что крест животворящий делает!
— Проходи, — я указала Глиннаэлю на кресло, а сама села напротив, незаметно прикрыв «обложку» моей замечательной книжки. — Ты сегодня во дворце, значит…
— Дежурю, — эльф уже оправился от легкого потрясения, связанного с моим внешним видом, и теперь с интересом осматривался. Наконец взгляд его остановился на книге. — О, ты читаешь историю? Если честно, никогда не мог ее осилить!
— А зря! — улыбнулась я. — Нашел бы много чего интересного!
— Думаешь? — с сомнением протянул бывший возница. — Надо будет дома найти, — он слегка поморщился, будто вспоминал, как его заставляли читать скучные книги. Затем его взгляд посветлел, и он посмотрел на меня. — Я завтра сменяюсь, когда по грибы пойдем?
— Когда? — я сделала вид, что задумалась, демонстративно перелистывая несуществующий ежедневник. — Думаю, что завтра я свободна… — и рассмеялась: — Вот завтра и пойдем!
— Сегодня мне едва ли удастся повеселиться, — вздохнул эльф, явно расслабившись после моего согласия. — Но это будет мое последнее дежурство — Владыка сказал, что распускает армию после праздников. Да и сейчас мы будем нужны скорее как сиделки над сильно загулявшими: кого отвести домой, кому помочь просто лечь спать, а кого и разнимать придется… В любом случае с завтрашнего дня я совершенно свободен! Так что насобираем грибов, пожарим их и будем распивать сидр!
— Звучит заманчиво! — я воодушевленно кивала, чувствуя, как предстоящие праздники обретают четкие очертания.
Дворец затих в ожидании бурного праздника. Женечка зашла за мной, ворча, что Элемир появится в сопровождении короля. Она сегодня была особенно хороша в лиловом платье с рукавами до пола и небольшим шлейфом. Ее длинные, ниже поясницы, русые волосы роскошной волной раскинулись по спине, перехваченные тонким серебряным обручем. Я завистливо вздохнула, невольно проводя рукой по своим волосам, хотя и отросшим, но жиденьким и тонким. Расправив несуществующие складки на своем нежно-коралловом платье, я вышла за девушкой в коридор.
Молчаливые эльфы окружили нас, неслышно проплывая мимо. Смотрелось это жутковато — полная тишина и чуть светящиеся лица, бесшумным потоком устремлявшиеся из дворца. Переглянувшись, мы с Женечкой пошли следом и, пройдя резные ворота, очутились на огромной поляне, посредине которой пылал огромный костер. Эльфы становились по кругу, растворяясь в окружавшей темноте. Все новые и новые лихолессцы прибывали, теряясь во тьме, тишина вокруг стала оглушающей. Я почувствовала, как по спине забегали предательские мурашки, а сердце забилось быстро и с перебоями. Почему-то стало казаться, что сверкающие глазами из темноты эльфы — это несколько сотен маньяков, только и ждущих сигнала, чтобы на нас накинуться. А что, может, именно для этого нас Трандуил и позвал в гости? Может, они раз в год, аккурат в сей день, приносят парочку человеческих девушек в жертву лесу? Почему-то жутко захотелось рассмеяться. Кто-то дотронулся до моей руки ледяными пальцами, и я с трудом подавила визг — это Женечка сжала мою руку, видимо, чувствуя то же самое. Истерически хихикнув, я пожала ее влажную ладонь, поежившись от внезапно пробежавшего ледяного ветерка.
Кажется, его почувствовала не только я — эльфы встрепенулись, повернувшись к выходу из дворца. Последовав их примеру, мы попытались разглядеть что-то в чернильной тьме, в которую превратился освещенный ранее коридор, приведший нас сюда. Но вот что-то изменилось там, в глубине дворца: серебряная искорка разгоралась, приближаясь, становясь все шире и шире. Вот она стала величиной с яблоко, затем с арбуз, свет становился ярче, уже можно было различить высокий силуэт, окутанный им. Нестерпимо сияя, Трандуил вышел на поляну, раскидывая руки. Холодные серебряные искры срывались с его рук, исчезая в кронах высоких деревьев. Постепенно засветилось каждое дерево, каждый листочек засиял глубоким зеленым светом, по стволам пробегали коричневые искрящиеся ручейки.
— Какая? — удивилась я. Проходящие мимо слуги косились на нас, и я пригласила эльфа зайти внутрь. Он прошел, чуть вздрогнув, когда дверь за ним закрылась.
— Красивая, — тихо произнес эльф и… покраснел! Серьезно, я впервые видела краснеющего Глиннаэля! Веснушки на его лице потемнели и стали еще заметнее. Тут до меня дошло: он ведь впервые видел меня в платье! Вот что крест животворящий делает!
— Проходи, — я указала Глиннаэлю на кресло, а сама села напротив, незаметно прикрыв «обложку» моей замечательной книжки. — Ты сегодня во дворце, значит…
— Дежурю, — эльф уже оправился от легкого потрясения, связанного с моим внешним видом, и теперь с интересом осматривался. Наконец взгляд его остановился на книге. — О, ты читаешь историю? Если честно, никогда не мог ее осилить!
— А зря! — улыбнулась я. — Нашел бы много чего интересного!
— Думаешь? — с сомнением протянул бывший возница. — Надо будет дома найти, — он слегка поморщился, будто вспоминал, как его заставляли читать скучные книги. Затем его взгляд посветлел, и он посмотрел на меня. — Я завтра сменяюсь, когда по грибы пойдем?
— Когда? — я сделала вид, что задумалась, демонстративно перелистывая несуществующий ежедневник. — Думаю, что завтра я свободна… — и рассмеялась: — Вот завтра и пойдем!
— Сегодня мне едва ли удастся повеселиться, — вздохнул эльф, явно расслабившись после моего согласия. — Но это будет мое последнее дежурство — Владыка сказал, что распускает армию после праздников. Да и сейчас мы будем нужны скорее как сиделки над сильно загулявшими: кого отвести домой, кому помочь просто лечь спать, а кого и разнимать придется… В любом случае с завтрашнего дня я совершенно свободен! Так что насобираем грибов, пожарим их и будем распивать сидр!
— Звучит заманчиво! — я воодушевленно кивала, чувствуя, как предстоящие праздники обретают четкие очертания.
Дворец затих в ожидании бурного праздника. Женечка зашла за мной, ворча, что Элемир появится в сопровождении короля. Она сегодня была особенно хороша в лиловом платье с рукавами до пола и небольшим шлейфом. Ее длинные, ниже поясницы, русые волосы роскошной волной раскинулись по спине, перехваченные тонким серебряным обручем. Я завистливо вздохнула, невольно проводя рукой по своим волосам, хотя и отросшим, но жиденьким и тонким. Расправив несуществующие складки на своем нежно-коралловом платье, я вышла за девушкой в коридор.
Молчаливые эльфы окружили нас, неслышно проплывая мимо. Смотрелось это жутковато — полная тишина и чуть светящиеся лица, бесшумным потоком устремлявшиеся из дворца. Переглянувшись, мы с Женечкой пошли следом и, пройдя резные ворота, очутились на огромной поляне, посредине которой пылал огромный костер. Эльфы становились по кругу, растворяясь в окружавшей темноте. Все новые и новые лихолессцы прибывали, теряясь во тьме, тишина вокруг стала оглушающей. Я почувствовала, как по спине забегали предательские мурашки, а сердце забилось быстро и с перебоями. Почему-то стало казаться, что сверкающие глазами из темноты эльфы — это несколько сотен маньяков, только и ждущих сигнала, чтобы на нас накинуться. А что, может, именно для этого нас Трандуил и позвал в гости? Может, они раз в год, аккурат в сей день, приносят парочку человеческих девушек в жертву лесу? Почему-то жутко захотелось рассмеяться. Кто-то дотронулся до моей руки ледяными пальцами, и я с трудом подавила визг — это Женечка сжала мою руку, видимо, чувствуя то же самое. Истерически хихикнув, я пожала ее влажную ладонь, поежившись от внезапно пробежавшего ледяного ветерка.
Кажется, его почувствовала не только я — эльфы встрепенулись, повернувшись к выходу из дворца. Последовав их примеру, мы попытались разглядеть что-то в чернильной тьме, в которую превратился освещенный ранее коридор, приведший нас сюда. Но вот что-то изменилось там, в глубине дворца: серебряная искорка разгоралась, приближаясь, становясь все шире и шире. Вот она стала величиной с яблоко, затем с арбуз, свет становился ярче, уже можно было различить высокий силуэт, окутанный им. Нестерпимо сияя, Трандуил вышел на поляну, раскидывая руки. Холодные серебряные искры срывались с его рук, исчезая в кронах высоких деревьев. Постепенно засветилось каждое дерево, каждый листочек засиял глубоким зеленым светом, по стволам пробегали коричневые искрящиеся ручейки.
Страница 33 из 83
