Помните детство, когда «вода» закрывал глаза, отворачиваясь к стене, и громко считал?
9 мин, 24 сек 7178
— Я попытался его остановить, но было поздно. Затуманенный алкоголем разум лучшего друга уже поддался. Он достал кинжал из ножен, и, смотря мне в глаза невидящим взглядом, и улыбаясь, воткнул его себе в живот, делая сильный рывок вверх, к ребрам.
В моих глазах потемнело, я смотрел на падающее тело друга, стоя в полном ступоре. Окружающие, кажется, не видели ничего, пока я не подбежал к нему.
Визгливые крики девушек, басовитые крики парней.
Я смотрю на друга, с уголка губ которого стекает тонкая струйка крови.
Кто-то пытается вызвать скорую, кто-то упал в обморок.
— Бесполезно, — говорю я, опустив взгляд.
— Простите, я пытался уберечь вас. Не вышло.
— Что? В каком это смысле?
— Моя девушка подошла ко мне, положив руку на плечо.
— Скорее всего, мы все сегодня умрем, — сказал я, опустив голову.
Ребята стояли молча, разинув рты, и слушали мою историю. С каждой секундой выражения на их лицах становились все более удивленными, граничащими с недоверием.
— В общем, это мой демон. И если я умру, то будет гораздо хуже. Вы не обязаны мне верить, но лучше бы вам сделать это.
— Я опустил голову и ждал реакции, готовясь к худшему.
— И… Нам не спастись?
— Спросила моя девушка, уже знающая про этот недуг самый минимум еще до этой ситуации.
— Я не знаю.
— Глухо ответил я.
— Короче, было весело, ребят. Нет, нихуя не было весело, — сказал Денис, обернувшись после первой фразы.
— Но я иду в полицию.
— Он пошел надевать куртку.
— Денис, не надо даже пытаться. Ты все равно не выйдешь. Я же все объяснил, — покачал головой я.
Он, повернув ключ в замке, толкнул дверь, но безуспешно. Взяв небольшой разгон, попытался выбить ее плечом, и… выбил!
«Смотри, сейчас весело будет!» — произнес голосок.
Мы побежали в коридор, чтобы посмотреть на результат. За открывшейся дверью, которая раньше вела на лестничную клетку, простиралась зеркальная копия нынешней съемной квартиры.
— Что за… — начал было Денис, оборачиваясь, но не успел договорить — дверь захлопнулась без посторонней помощи. Ключ повернулся в замочной скважине, и за дверью раздались крики.
Мы стояли, наблюдая за этим со стороны, но никто не пытался ничего сделать, понимая бессмысленность. Моя девушка уткнулась мне в плечо, тихо плача.
Федя, лучший друг Дениса, единственный бросился пытаться открыть дверь, но безуспешно. Она не поддавалась. Он посмотрел на телефон — связь отсутствовала.
— Твою мать. Это все ты, ублюдок.
— Он обернулся, и посмотрел на меня. Глаза были налиты кровью. Его трясло то ли от страха, то ли от ненависти и ярости.
— Это все ты!
Он кинулся на меня с кулаками. Я не стал сопротивляться, ведь я действительно был виновен. Но я не знал…
Удары в лицо сыпались один за другим, я чувствовал солоноватый, отдающий железом привкус крови во рту.
Удар, удар, удар. Я чувствовал, что еще чуть-чуть, и я потеряю сознание. Но он внезапно остановился.
Я открыл глаза, видя, что Федя пустыми глазами смотрит в дверь. Что он поднимается, и, взяв небольшой разгон и оттолкнув моих друзей, которые отчаянно пытались его удержать, врезается черепом в тот самый гвоздь на кухне, оставаясь на нем висеть.
Маша и Кирилл, оставшиеся ребята, стояли неподвижно, находясь в шоке от увиденного. Маша была в истерике. Кирилл отчаянно пытался успокоить её, но, кажется, ему и самому требовалось успокоиться. Его тело била крупная дрожь.
— А можно ли это как-нибудь остановить? — тихо спросила Катя, моя девушка.
Я помотал головой. Хотя…
— Можем кое-что попробовать. Маша, Кирилл, идите в ванную. Там у вас меньше шансов как-то убить друг друга. А я подопру дверь стулом, чтобы, в случае чего, вы не сумели выйти.
— Я суетился, нервничая. Руки дрожали, глаза судорожно бегали в поисках решений.
— А как же ты с Катей?
— Спросил Кирилл.
— Я в любом случае умру последним, а Катю просто смогу защитить.
— Надежда всегда умирает последней.
Они зашли в ванную, я включил свет, закрыл дверь и подпер ее стулом. Остаётся только надеяться.
«Хихих. Не соскучился? Угадаешь, кого я найду следующим?» — вновь раздался голосок.
«Пошла ты» — глухо ответил я ей.
«Ой, ну не груби» — наигранно обиделась она.
Мы сидели на диване, уставшими взглядами смотря в стену. Катя уже успокоилась, перестав плакать, и просто сидела, положив голову мне на плечо.
«О, а эти, кажется, спрятались вдвоем. Хихихи!» — засмеялась девочка.
— Простите меня, — грустно пробормотал я.
Катя дрогнула у меня на плече, когда услышала звук разбивающегося зеркала.
Я вскочил с дивана, бросившись открывать запертую дверь. Но было поздно. Когда я рывком открыл её, на их шеях уже были отчетливые глубокие порезы, а кровь быстро вытекала. Они стояли и смотрели мне в глаза.
Я ударил кулаком по стене.
— Твою мать!
«Прекрати это, пожалуйста» — взмолился я.
«Ну ладно тебе, весело же!» — хихикнула она.
«Совершенно нет!».
«И все же я хочу играть!».
Я вернулся в комнату и, сев на диван, крепко обнял плачущую Катю. Она тихо всхлипывала у меня на плече, бьясь в беззвучной истерике.
В моих глазах потемнело, я смотрел на падающее тело друга, стоя в полном ступоре. Окружающие, кажется, не видели ничего, пока я не подбежал к нему.
Визгливые крики девушек, басовитые крики парней.
Я смотрю на друга, с уголка губ которого стекает тонкая струйка крови.
Кто-то пытается вызвать скорую, кто-то упал в обморок.
— Бесполезно, — говорю я, опустив взгляд.
— Простите, я пытался уберечь вас. Не вышло.
— Что? В каком это смысле?
— Моя девушка подошла ко мне, положив руку на плечо.
— Скорее всего, мы все сегодня умрем, — сказал я, опустив голову.
Ребята стояли молча, разинув рты, и слушали мою историю. С каждой секундой выражения на их лицах становились все более удивленными, граничащими с недоверием.
— В общем, это мой демон. И если я умру, то будет гораздо хуже. Вы не обязаны мне верить, но лучше бы вам сделать это.
— Я опустил голову и ждал реакции, готовясь к худшему.
— И… Нам не спастись?
— Спросила моя девушка, уже знающая про этот недуг самый минимум еще до этой ситуации.
— Я не знаю.
— Глухо ответил я.
— Короче, было весело, ребят. Нет, нихуя не было весело, — сказал Денис, обернувшись после первой фразы.
— Но я иду в полицию.
— Он пошел надевать куртку.
— Денис, не надо даже пытаться. Ты все равно не выйдешь. Я же все объяснил, — покачал головой я.
Он, повернув ключ в замке, толкнул дверь, но безуспешно. Взяв небольшой разгон, попытался выбить ее плечом, и… выбил!
«Смотри, сейчас весело будет!» — произнес голосок.
Мы побежали в коридор, чтобы посмотреть на результат. За открывшейся дверью, которая раньше вела на лестничную клетку, простиралась зеркальная копия нынешней съемной квартиры.
— Что за… — начал было Денис, оборачиваясь, но не успел договорить — дверь захлопнулась без посторонней помощи. Ключ повернулся в замочной скважине, и за дверью раздались крики.
Мы стояли, наблюдая за этим со стороны, но никто не пытался ничего сделать, понимая бессмысленность. Моя девушка уткнулась мне в плечо, тихо плача.
Федя, лучший друг Дениса, единственный бросился пытаться открыть дверь, но безуспешно. Она не поддавалась. Он посмотрел на телефон — связь отсутствовала.
— Твою мать. Это все ты, ублюдок.
— Он обернулся, и посмотрел на меня. Глаза были налиты кровью. Его трясло то ли от страха, то ли от ненависти и ярости.
— Это все ты!
Он кинулся на меня с кулаками. Я не стал сопротивляться, ведь я действительно был виновен. Но я не знал…
Удары в лицо сыпались один за другим, я чувствовал солоноватый, отдающий железом привкус крови во рту.
Удар, удар, удар. Я чувствовал, что еще чуть-чуть, и я потеряю сознание. Но он внезапно остановился.
Я открыл глаза, видя, что Федя пустыми глазами смотрит в дверь. Что он поднимается, и, взяв небольшой разгон и оттолкнув моих друзей, которые отчаянно пытались его удержать, врезается черепом в тот самый гвоздь на кухне, оставаясь на нем висеть.
Маша и Кирилл, оставшиеся ребята, стояли неподвижно, находясь в шоке от увиденного. Маша была в истерике. Кирилл отчаянно пытался успокоить её, но, кажется, ему и самому требовалось успокоиться. Его тело била крупная дрожь.
— А можно ли это как-нибудь остановить? — тихо спросила Катя, моя девушка.
Я помотал головой. Хотя…
— Можем кое-что попробовать. Маша, Кирилл, идите в ванную. Там у вас меньше шансов как-то убить друг друга. А я подопру дверь стулом, чтобы, в случае чего, вы не сумели выйти.
— Я суетился, нервничая. Руки дрожали, глаза судорожно бегали в поисках решений.
— А как же ты с Катей?
— Спросил Кирилл.
— Я в любом случае умру последним, а Катю просто смогу защитить.
— Надежда всегда умирает последней.
Они зашли в ванную, я включил свет, закрыл дверь и подпер ее стулом. Остаётся только надеяться.
«Хихих. Не соскучился? Угадаешь, кого я найду следующим?» — вновь раздался голосок.
«Пошла ты» — глухо ответил я ей.
«Ой, ну не груби» — наигранно обиделась она.
Мы сидели на диване, уставшими взглядами смотря в стену. Катя уже успокоилась, перестав плакать, и просто сидела, положив голову мне на плечо.
«О, а эти, кажется, спрятались вдвоем. Хихихи!» — засмеялась девочка.
— Простите меня, — грустно пробормотал я.
Катя дрогнула у меня на плече, когда услышала звук разбивающегося зеркала.
Я вскочил с дивана, бросившись открывать запертую дверь. Но было поздно. Когда я рывком открыл её, на их шеях уже были отчетливые глубокие порезы, а кровь быстро вытекала. Они стояли и смотрели мне в глаза.
Я ударил кулаком по стене.
— Твою мать!
«Прекрати это, пожалуйста» — взмолился я.
«Ну ладно тебе, весело же!» — хихикнула она.
«Совершенно нет!».
«И все же я хочу играть!».
Я вернулся в комнату и, сев на диван, крепко обнял плачущую Катю. Она тихо всхлипывала у меня на плече, бьясь в беззвучной истерике.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 3
