Выбирая врага, или заговор вслепую

Да и спал он в последнее время плохо — почти опустевшая спальня, где их совсем недавно было пятеро, навевала невесёлые мысли. Дин поостерёгся приезжать в этом году, а Гарри с Роном… про них Невилл ничего не знал и мог только надеяться, что у друзей всё получится. По крайней мере, горячо желал им удачи каждый раз, когда вспоминал — а вспоминал часто. Но появившиеся в школе Лестрейнджи и вовсе не давали покоя: Невилл мучился и никак не мог решить, как правильно — поддаться острому желанию расправиться хотя бы с одним и употребить на это все силы, или всё же поберечь и себя, и друзей. Впрочем, Лестрейндж же предупредил, что убийство на уроке сочтут несчастным случаем… но если так, то зачем было предупреждать? Что вообще делают в школе эти двое?

— Ещё раз, мистер Лонгботтом, — настойчиво произнёс профессор, и Невилл вынырнул из собственных тяжких раздумий, вновь становясь в позицию. Урок казался бесконечным.

На этот раз Лестрейндж обошёлся без всяких Авад: он просто устроил проверку домашнего задания — трансфигурированный щит против заклятья левитации. И снова Невилл угодил в пару к ненавистному профессору — нечётное количество учеников никак не получилось бы разбить без остатка по парам. Раз за разом чувствуя, как ноги отрываются от пола, он бледнел ещё сильнее и отчаянно закусывал изнутри щёку. Но Лестрейндж почти сразу же опускал его на землю.

— Медленно, мистер Лонгботтом, не успеваете. Ещё раз.

Впрочем, остальные тоже не могли похвастать успехами.

— Сделаем паузу, — Лестрейндж, наконец, обвёл взглядом взъерошенных студентов и поинтересовался: — Кто-нибудь скажет, в чём состоит основная проблема?

— Доставать какой-то предмет для трансфигурации слишком долго, — подал голос Забини. — Заклятье летит быстрее, и успеть невозможно.

— Верно, мистер Забини. Пять баллов Слизерину. Проблема очевидна, но вполне решаема. Посмотрите, — профессор поднял палочку и направил мощный луч света через весь класс. — Что вы видите?

Повисла пауза.

— Свет? — неуверенно протянула Миллисента Булстроуд.

— Кроме света, — уточнил Лестрейндж.

— Ничего, сэр, — озадаченно отозвался Гойл.

— Приглядитесь.

— Да ничего там нет! — с досадой воскликнула Паркинсон, и стоящая рядом Лаванда тихо поддакнула: — Вот именно.

— Мистер Нотт? Мистер Крэбб? — Лестрейндж перебирал всех по очереди. — Мистер Лонгботтом?

— Я не вижу ничего, кроме пыли, — вызывающе выплюнул Невилл, незаметно перекладывая палочку из вспотевшей ладони.

— Именно, — удовлетворённо кивнул Лестрейндж. — Пыль-то нам и нужна.

— Вы предлагаете трансфигурировать пыль? — недоверчиво спросила Парвати.

— Да, мисс Патил, вы догадались верно. Пять баллов Гриффиндору. Пыль — это просто небольшие кусочки того, что мы видим вокруг. Сложность заключается именно в разнообразии, ибо нельзя трансфигурировать неизвестно что. При драке на земле с этим проще: как правило, воздух там наполнен её частицами, и мы имеем представление о том, с чем работаем. А вот в помещениях всё не так просто — чтобы быстро сориентироваться, следует представлять себе, из чего обычно состоит комнатная пыль. Это и будет вашим домашним заданием, — он указал палочкой на доску, где тут же возникла соответствующая надпись. — Полагаю, трёх футов будет достаточно. А сейчас вы потренируетесь — я облегчу вам задачу. Здесь мелко измельчённая хлопковая ткань. Пусть каждый возьмёт небольшую щепотку и научится превращать её частицы в любое подобие щита. Затем я распылю остатки в воздухе, и вы ещё раз попробуете отразить заклинание. Прошу, — он достал из кармана небольшую коробку, подвесил её в воздухе и отошёл на пару шагов.

И азарт победил недоверчивость — к концу урока разгорячённые студенты увлечённо трансфигурировали доски, камни и металлические листы, превращая тонкую хлопковую взвесь во вполне реальные препятствия для заклятий. Даже Невилл заставил себя собраться и вполне удачно отразил заклинание, а уж все остальные и вовсе преисполнились радостным удовлетворением. И никто не заметил, что поощрение в виде баллов Лестрейндж раздавал охотно и вполне беспристрастно.

Как никто и не знал того, что, когда за ними закрылась дверь, Родольфус тяжело опустился в кресло и, болезненно скривившись, сжал виски основанием ладоней. Голова болела нещадно.

— Господин директор, вы хотели нас видеть?

— Да, — Снейп привстал из-за стола и сделал скупой жест в сторону кресел для посетителей. — Прошу вас, коллеги.

Минерва уселась на краешек — прямая и строгая, как обычно. Флитвик смотрел настороженно, но не враждебно — о да, его мысли всегда было разгадать сложнее всего.

— Прежде всего, я хотел бы просить вас, профессор МакГонагалл, подробно повторить тему трансфигурации неживых предметов с седьмым курсом, — начал Снейп, удобно облокотившись на стол и заодно закрыв разложенные на столе бумаги. — А также трансфигурацию, включающую частичное оживление.

— Вы станете указывать мне на то, как следует вести мой курс? — ледяным тоном осведомилась МакГонагалл. — Или у вас уже есть новый профессор и на моё место?