Подмосковье 20.04, 20.00. После недолгой тряски по ухабистым дорогам небольшого подмосковного городка, милицейский уазик остановился и пожилой прапорщик выволок на свет, а скорее сумерки божьи худого, жилистого парня лет двадцати в спортивной куртке и тренировочном адике, руки парня скованные за спиной затекли, и он морщась то сжимал кулаки, то вращал запястья в попытке размять затекшие конечности…
37 мин, 4 сек 4568
От него ощутимо разило алкоголем, но был он бледен, напуган, подавлен, что никак не вязалось с внешностью типичного гопника с рабочего района, для коих привод в отделение дело привычное. Как положено, стрижен под ноль, набитые кулаки, бровь пересекает старый шрам, рядом еще красные точки швов нового, слегка неровный давно перебитый нос и сломанное ухо. Следом из кабины кряхтя выбралась грузная тетка и спрятавшись за прапором зло забубнила. — Я все как есть расскажу, теперь не вывернешься мерзавец. Кто ж таких рожает то, я б сама таких топила, просто так взять и человека убить совсем сбрендил, жаль что тогда тебя не посадили. Парень тоскливо посмотрел на нее, затем повернулся к прапору — Это обязательно? спросил он, показывая скованные руки. Прапорщик угрюмо посмотрел на него и подтолкнул в дверь отделения.
1.Начало
Подмосковье 20.04,18.00
Электричка зашипела дверьми и наконец-то дернулась, я откинулся на диване и прислонил голову к окну, не знаю почему, но именно это положение с самого детства, с той поры когда я сам начал ездить в Москву на тренировки казалось наиболее удобным. Быть может причиной тому прохлада стекла, что после напряженной трени была особенно приятна, или рабочий люд, среди которого часто попадались сердитые, наглые бабки которым приходилось уступать место, а такое положение позволяло притвориться спящим, что впрочем, редко прокатывало, и бабки свое брали всегда. Электричка набирала ход, и я прислонившись к окну наблюдал как куда-то мчались визжа сиренами милицейские машины, скорая, снова менты. Целый день сегодня я слышал вой сирен, плевать на них, на всех плевать. Я никому ничего не должен, мне никто ничего не должен. Постепенно я проваливался в дрему, а призраки прошлого начинали брать свое.
— Я тебе ничего не должна! — эти ее слова снова больно резанули душу. Плевать, не я первый, не я последний, как там говорится? Весь мир бардак, все бабы… и далее по тексту. Плевать. Но наш последний разговор по садистски упорно продолжал терзать больную голову.
— Ты взрослеть абсолютно не хочешь — упрекала Наташа — ты знаешь, как моя мама к тебе относится, и знаешь почему — привела она еще один веский аргумент — образования нормального нет, работы нормальной нет, в твои годы ребята уже на машинах, а ты все на электричках зайцем, прошлое темное, будущее вообще мрак.
— Все будет. Парировал я — С работой, мой тренер уже решил вопрос, со второго курса я смогу преподавать -да что твой тренер-перебила она-Ты как он хочешь, ни квартиры, ни машины, он так и будет за тебя решать? Ну, закончишь ты свой МИФКИС (прим. Московский институт физической культуры и спорта), ну будешь ты тренировать таких же гопов, или, ты физруком в школу собрался?! Не смеши. На копеечную зарплату и машину не купишь, я не говорю о квартире, а детям по любому комната своя нужна или ты хочешь, чтобы как сам, всю жизнь с родителями жить, а твой спорт кому нужен, ладно бы деньги платили, а у тебя что?
— мы с тобой, по-моему, уже говорили на эту тему — не сдавался я — треньки мои не трогай, без них я бы давно как многие здесь, нарком стал, ты же знаешь как все было.
И что, мне от твоих тренировок ни тепло, ни холодно, мышцы не главное, сейчас все решают деньги, а деньги только на хорошей работе платят, а еще лучше бизнес. У тебя перспективы какие в жизни — привела она еще одну явно не свою фразу. Слушай — взорвался я — У тебя голова своя есть, что ты как мать заговорила, она с самого начала ко мне лезла — вспылил я
1.Начало
Подмосковье 20.04,18.00
Электричка зашипела дверьми и наконец-то дернулась, я откинулся на диване и прислонил голову к окну, не знаю почему, но именно это положение с самого детства, с той поры когда я сам начал ездить в Москву на тренировки казалось наиболее удобным. Быть может причиной тому прохлада стекла, что после напряженной трени была особенно приятна, или рабочий люд, среди которого часто попадались сердитые, наглые бабки которым приходилось уступать место, а такое положение позволяло притвориться спящим, что впрочем, редко прокатывало, и бабки свое брали всегда. Электричка набирала ход, и я прислонившись к окну наблюдал как куда-то мчались визжа сиренами милицейские машины, скорая, снова менты. Целый день сегодня я слышал вой сирен, плевать на них, на всех плевать. Я никому ничего не должен, мне никто ничего не должен. Постепенно я проваливался в дрему, а призраки прошлого начинали брать свое.
— Я тебе ничего не должна! — эти ее слова снова больно резанули душу. Плевать, не я первый, не я последний, как там говорится? Весь мир бардак, все бабы… и далее по тексту. Плевать. Но наш последний разговор по садистски упорно продолжал терзать больную голову.
— Ты взрослеть абсолютно не хочешь — упрекала Наташа — ты знаешь, как моя мама к тебе относится, и знаешь почему — привела она еще один веский аргумент — образования нормального нет, работы нормальной нет, в твои годы ребята уже на машинах, а ты все на электричках зайцем, прошлое темное, будущее вообще мрак.
— Все будет. Парировал я — С работой, мой тренер уже решил вопрос, со второго курса я смогу преподавать -да что твой тренер-перебила она-Ты как он хочешь, ни квартиры, ни машины, он так и будет за тебя решать? Ну, закончишь ты свой МИФКИС (прим. Московский институт физической культуры и спорта), ну будешь ты тренировать таких же гопов, или, ты физруком в школу собрался?! Не смеши. На копеечную зарплату и машину не купишь, я не говорю о квартире, а детям по любому комната своя нужна или ты хочешь, чтобы как сам, всю жизнь с родителями жить, а твой спорт кому нужен, ладно бы деньги платили, а у тебя что?
— мы с тобой, по-моему, уже говорили на эту тему — не сдавался я — треньки мои не трогай, без них я бы давно как многие здесь, нарком стал, ты же знаешь как все было.
И что, мне от твоих тренировок ни тепло, ни холодно, мышцы не главное, сейчас все решают деньги, а деньги только на хорошей работе платят, а еще лучше бизнес. У тебя перспективы какие в жизни — привела она еще одну явно не свою фразу. Слушай — взорвался я — У тебя голова своя есть, что ты как мать заговорила, она с самого начала ко мне лезла — вспылил я
Страница 1 из 11
