Я и КрипиПаста

Мы с Беном «весело» побрели на третий этаж. Понесли новые шторы вниз, в гостиную, подставили лестницу и начали снимать шторы. Всё то время, что мы провели вместе, Бен всё ворчал, а я молчала и думала о своём. Снимать эти длиннющие и тяжёлые шторки оказалось намного сложнее, чем я думала… Они, тем более, ещё и гвоздями закреплены! Каждый раз, когда хочешь снять одно крепление, лестница сильно шатается и грозит своим падением. У Бена, как ни странно, всё шло гладко, без всяких там усилий. Почему?! Всё-таки, лестница подо мной качнулась снова и с грохотом упала на пол. Я, как кошка, вцепилась в штору (расстояние от меня до пола огого какое!) и, увидев, что «полотно» скоро сорвётся вместе со мной, закричала от страха. Бен это заметил, стал удерживать штору, чтобы она не порвалась, а я не упала. Но всё напрасно: как бы Бен не старался, я всё равно приближалась к тому случаю, что у меня будет перелом или сотрясение. Мои пальцы по одному стали отпускать злосчастную штору, я полетела на пол. К счастью, до пола я так и не долетела — меня подхватил неоткуда взявшийся Лью.

— Оп, осторожней надо! — сказал он мне, улыбаясь.

— Да, спасибо, — ответила я, всё ещё переживая тот трепет, что я чувствовала сегодня.

— Пожалуйста. — Лью поставил меня на ноги и закричал Бену, который всё ещё в шоке стоял на лестнице и держал штору: — Вам помочь?

— Без тебя обойдёмся! — ответил тот.

— Да, пожалуй. — тоже сказала я и стала вести себя так, будто ничего не произошло.

Это, почему-то, не удивило Вудса.

— Что ж, не стану вам мешать, раз так, — сказал он. — Если что, можешь обращаться за помощью ко мне!

— Интересно, кому из нас он это сказал? — вслух подумала я, когда Смертоносный ушёл.

— Тебе, конечно, — ответил на мои мысли Бен тем же ворчливым голосом. — По ходу, ты ему и правда понравилась.

Лью сидел на подоконнике и о чём-то думал. К нему приходили совершенно разные мысли, в том числе, мысли о его брате. Как говорится, вспомнишь солнышко — вот и лучик!

— Лью, что ты зачем лезешь к Кате? — Джефф скрестил руки на груди. —

Если ты решил ей сохранить жизнь, то это ещё не значит…

— Я просто хотел помочь. Ничего такого в этом нет, верно? — не понял Лью. — Ты, что, ревнуешь Катю ко мне?

Джеффри молчал. Что же его брат забыл в особняке? Конечно, Слендер не имел ничего против, но ведь Смертоносный Лью отказался, сказав, что не желает проживать на одной жилплощади с убийцей, загубившим всё то, что он так ценил. Почему же теперь вернулся? Неужели, из-за Кати?…

— Что ты молчишь? — Лью снова посмотрел окно, как будто, он что-то в нём высматривал. — Так, ты и правда её полюбил?

— Жаль только, что без взаимности… — Джефф сел на подоконник рядом с братом. — Катя считает меня просто хорошим другом.

— Если ты так думаешь, то зачем для неё столько делаешь?

— Лью, знаешь, — Джефф улыбнулся, что было весьма удивительно. — Знаешь, с того момента, как мы с ней общаемся, я сильно, почти кардинально, изменился. В лучшую сторону, понимаешь? Я никогда бы не смог такого себе представить, но это чистая правда. Катя мне помогла, сама этого не зная. И я сделал вывод, что каждый может измениться в хорошую сторону, что каждому дан шанс быть лучше, быть таким, каким он хочет быть — счастливым. Я думал и убеждал себя: я счастлив быть убийцей, я рад быть таким, какой я сейчас. Но потом понял, что счастлив будешь лишь тогда, когда тебе есть с кем им поделиться. Я нашёл этого человека, ЧЕЛОВЕКА, который понимает, что я не такой, каким хочу себя показать другим. Помнишь, у меня никогда не было друзей? Никогда! Я рад, что у меня есть подруга.

— Да, ты действительно очень изменился… — Лью как-то грустно посмотрел на Джеффа. — Я ведь пришёл сюда только, чтобы отомстить тебе. Ты отнял у меня счастье, причём дважды. Но теперь, слушая то, что ты мне говоришь, я не считаю тебя психом… У тебя и правда так же, как и у всех в этом доме, сломана жизнь, но ты как-то ухитрился найти выход из своего положения. Я думаю, если ты смог стать счастливым при том, кем ты являешься, то, думаю, у меня ещё не всё потеряно. Я снова покидаю особняк, теперь уже навсегда, но, отныне, я прощаю тебя. Не знаю, как примут меня люди, пусть меня арестуют или посадят в психушку, но, всё же, я буду знать, что мой младший брат, которого я так люблю, наконец, нашёл друга. Только об одном прошу: перестань убивать.

С этими словами, Лью слез с подоконника и ушёл. На совсем. Где-то послышались голоса с фразами, адресованными для Лью: «Куда ты?», «Не уходи, здесь наше прибежище!», «Когда ты вернёшься обратно?» и так далее. Вудс никого не слушал, шёл, как в тумане, по своему пути, зная, что лишние слова бесполезны…

Я чуть не пропустила тот момент, когда Лью уходил. Но, всё-таки, решила догнать его и спросить, в чём дело. Столкнулись мы с ним как раз около нашего вчерашнего места встречи — деревянной скамейки возле особняка.

— Лью, почему ты уходишь? — спросила я, вцепившись в его рукав.

— Я не должен тебе это объяснять. Я и сам иногда не понимаю, что делаю…