Вся жизнь от мальчика Хелена Отиса до Кровавого Художника. Опять эта невыносимая, ужасная боль! Почему я должен терять тех, кто мне дорог? — кричал я на парня в зеркале, но он лишь зло смотрел на меня. — Я ведь этого не заслужил! — с этими словами я разбил зеркало и сел на пол. Из-под маски капали слезы. Ублюдки! Я убью их всех!
50 мин, 46 сек 3174
Я знал, что они мне поверят. И они поверили. Ведь я никогда не давал им повода для волнения, говоря, что у меня в школе все прекрасно, что у меня полно друзей и знакомых. Что мы рисуем вместе в школе, весело проводим время, смеемся на переменах и другую чушь, которая, к счастью, была убедительна.
Я ушел в комнату и вновь принялся рисовать, полностью забывшись.
Прошло несколько месяцев после того случая. Хоть я еще больше разочаровался в людях, но меня это кое-чему научило. Теперь, когда меня избивали, а происходило это очень часто, я просто отключался и не чувствовал боль. Совсем. Только синяки напоминали о случившемся. Но я их умело прятал под свитерами с длинными рукавами и высоким горлом. С лицом было куда сложнее.
Устав рисовать, я собрал все и сел за компьютер.
«Привет, ты тут?», — тут же получил я сообщение в Фейсбуке от незнакомого человека.
«Кто ты?», — ответил я.
«Я Том, твой одноклассник», — пришел ответ. Странно, мы никогда не общались. И что ему от меня надо?
«Чего?»
«Хм, ты в порядке?», — спросил Том.
«Не твое дело!», — я возмутился. Что за желание спросить у меня такое? Я был зол и удивлен одновременно.
«Слушай, я знаю, что ты чувствуешь прямо сейчас. Ты находишься в такой же ситуации, как и я. Я действительно хочу помочь тебе, но я не могу… извини», — пришло сообщения, которое удивило меня еще больше. Возможно, он и вправду чувствует то, что чувствую я, ведь его тоже избивали.
«Ничего», — неожиданно для себя написал я, но почувствовал себя гораздо лучше. Даже как-то приятно стало, что я с кем-то разговариваю.
Потом я написал ему все, что чувствую и что чувствовал, как мне было плохо и одиноко. Он описывал свои проблемы. Потом мы разговорились, и я почувствовал что-то теплое внутри себя. Я снова вспомнил, что такое дружба и кто такой друг. И это чувство просто проглотило меня и растворило в себе. И я стал ему присылать смайлик:). Сначала редко, но потом в каждой строке эта улыбочка стала выражать мою радость.
Мы переписывались каждый день.
«Давай встретимся на крыше, как закончатся уроки у первой смены. Не спрашивай меня зачем», — написал мне вчера Том.
На улице было тепло. Я забрался на крышу. Там меня уже ждал Том. Он махал мне рукой.
— Хэй, Том! — я тоже помахал. — Что-то случилось, друг? — спросил я, подойдя к нему.
— Я должен сказать тебе кое-что важное… — сказал он с серьезным лицом. — Помнишь тот случай с часами?
Как я мог забыть? Ведь именно из-за этих несчастных часов моя жизнь превратилась в кошмар! Я кивнул. Том продолжил:
— Это сделал я, — он опустил голову, рассматривая свои кеды.
— Что? — крикнул я, не в силах сдержаться. Я просто был в шоке, не верил своим ушам… Так это все из-за него?…
— Я украл часы у Джуди и подставил тебя…
— Зачем ты это сделал? — я был сбит с толку и очень зол. Меня предали…
— Когда все стали травить тебя, на меня стали меньше обращать внимания. Мне стало жить намного проще, — Том улыбнулся.
Так вот как, значит! Выбрал для себя удачный расклад, подставив меня, и счастлив, что ему больше не попадает, что его все забыли?! О, Том, какой же удачный план! Я схватил его за рубашку. Он сделал шаг назад, но крыша закончилась и он, поскользнувшись, стал падать. Но я успел поймать его за руку. Этого я никак не ожидал. Главное, держись! Я тянул его со всей силой, но у меня ничего не получалось. Я старался его вытащить.
— Извини, Хелен, — сказал Том, выскальзывая из моих рук. Я хватался за него, но тщетно. Он начал падать. Я закрыл глаза, чтобы не видеть этого. Шестой этаж… У него нет шансов…
Полицейские пытались допросить меня, но мой шок сдавил мне горло. Я так ничего им и не сказал. Перед глазами был Том, выскальзывающий из моих рук. Меня начало трясти.
Все повторяется вновь. Многие говорят, что я убийца. Некоторые говорят, что это случайность, что я хотел спасти его. Но тот факт, что нас видели на крыше, селит сомнения в их «защитные аргументы в мою честь».
Ночь. Я лежу на своей кровати. Я дрожу и плачу. Плачу, потому что мне жаль. Я чувствую, что ужасно виноват. Ведь это я его не удержал. Это я виноват…
Стоп. А что, если… Нет, это не моя вина. Он заслужил этой смерти. Он подставил меня и заслужил этого!
Почему-то от этих мыслей дрожь унялась. Я перестал плакать. Мне стало лучше! Я улыбнулся и посмотрел в зеркало: на меня смотрел парень со звериным оскалом и довольными глазами. Я засмеялся и сказал ему:
— Томми получил свое наказание. Наверное, пришла пора и другим принять его. Не так ли?
В ответ парень лишь сильнее улыбнулся, беззвучно смеясь. Я же смеялся вслух. Это был сладкий истерический смех. Но осознание этого меня не останавливало. Я смеялся и смеялся, и смех сплетался с темнотой, как красная и черная краски…
Я ушел в комнату и вновь принялся рисовать, полностью забывшись.
Прошло несколько месяцев после того случая. Хоть я еще больше разочаровался в людях, но меня это кое-чему научило. Теперь, когда меня избивали, а происходило это очень часто, я просто отключался и не чувствовал боль. Совсем. Только синяки напоминали о случившемся. Но я их умело прятал под свитерами с длинными рукавами и высоким горлом. С лицом было куда сложнее.
Устав рисовать, я собрал все и сел за компьютер.
«Привет, ты тут?», — тут же получил я сообщение в Фейсбуке от незнакомого человека.
«Кто ты?», — ответил я.
«Я Том, твой одноклассник», — пришел ответ. Странно, мы никогда не общались. И что ему от меня надо?
«Чего?»
«Хм, ты в порядке?», — спросил Том.
«Не твое дело!», — я возмутился. Что за желание спросить у меня такое? Я был зол и удивлен одновременно.
«Слушай, я знаю, что ты чувствуешь прямо сейчас. Ты находишься в такой же ситуации, как и я. Я действительно хочу помочь тебе, но я не могу… извини», — пришло сообщения, которое удивило меня еще больше. Возможно, он и вправду чувствует то, что чувствую я, ведь его тоже избивали.
«Ничего», — неожиданно для себя написал я, но почувствовал себя гораздо лучше. Даже как-то приятно стало, что я с кем-то разговариваю.
Потом я написал ему все, что чувствую и что чувствовал, как мне было плохо и одиноко. Он описывал свои проблемы. Потом мы разговорились, и я почувствовал что-то теплое внутри себя. Я снова вспомнил, что такое дружба и кто такой друг. И это чувство просто проглотило меня и растворило в себе. И я стал ему присылать смайлик:). Сначала редко, но потом в каждой строке эта улыбочка стала выражать мою радость.
Мы переписывались каждый день.
«Давай встретимся на крыше, как закончатся уроки у первой смены. Не спрашивай меня зачем», — написал мне вчера Том.
На улице было тепло. Я забрался на крышу. Там меня уже ждал Том. Он махал мне рукой.
— Хэй, Том! — я тоже помахал. — Что-то случилось, друг? — спросил я, подойдя к нему.
— Я должен сказать тебе кое-что важное… — сказал он с серьезным лицом. — Помнишь тот случай с часами?
Как я мог забыть? Ведь именно из-за этих несчастных часов моя жизнь превратилась в кошмар! Я кивнул. Том продолжил:
— Это сделал я, — он опустил голову, рассматривая свои кеды.
— Что? — крикнул я, не в силах сдержаться. Я просто был в шоке, не верил своим ушам… Так это все из-за него?…
— Я украл часы у Джуди и подставил тебя…
— Зачем ты это сделал? — я был сбит с толку и очень зол. Меня предали…
— Когда все стали травить тебя, на меня стали меньше обращать внимания. Мне стало жить намного проще, — Том улыбнулся.
Так вот как, значит! Выбрал для себя удачный расклад, подставив меня, и счастлив, что ему больше не попадает, что его все забыли?! О, Том, какой же удачный план! Я схватил его за рубашку. Он сделал шаг назад, но крыша закончилась и он, поскользнувшись, стал падать. Но я успел поймать его за руку. Этого я никак не ожидал. Главное, держись! Я тянул его со всей силой, но у меня ничего не получалось. Я старался его вытащить.
— Извини, Хелен, — сказал Том, выскальзывая из моих рук. Я хватался за него, но тщетно. Он начал падать. Я закрыл глаза, чтобы не видеть этого. Шестой этаж… У него нет шансов…
Полицейские пытались допросить меня, но мой шок сдавил мне горло. Я так ничего им и не сказал. Перед глазами был Том, выскальзывающий из моих рук. Меня начало трясти.
Все повторяется вновь. Многие говорят, что я убийца. Некоторые говорят, что это случайность, что я хотел спасти его. Но тот факт, что нас видели на крыше, селит сомнения в их «защитные аргументы в мою честь».
Ночь. Я лежу на своей кровати. Я дрожу и плачу. Плачу, потому что мне жаль. Я чувствую, что ужасно виноват. Ведь это я его не удержал. Это я виноват…
Стоп. А что, если… Нет, это не моя вина. Он заслужил этой смерти. Он подставил меня и заслужил этого!
Почему-то от этих мыслей дрожь унялась. Я перестал плакать. Мне стало лучше! Я улыбнулся и посмотрел в зеркало: на меня смотрел парень со звериным оскалом и довольными глазами. Я засмеялся и сказал ему:
— Томми получил свое наказание. Наверное, пришла пора и другим принять его. Не так ли?
В ответ парень лишь сильнее улыбнулся, беззвучно смеясь. Я же смеялся вслух. Это был сладкий истерический смех. Но осознание этого меня не останавливало. Я смеялся и смеялся, и смех сплетался с темнотой, как красная и черная краски…
Страница 7 из 13
