Я не боюсь мышей

— Нет. С человеком это провернуть нельзя. У нас ведь есть разум, ну, или здесь будет уместнее слово «душа». Живая энергия человека уникальна, электричество, которое вырабатывает мозг, несет некоторую информацию, оттенок твоего склада ума, характера, эмоций. Её ещё иногда называют аурой, но это не совсем то. Душа и энергия тела — это замкнутый круг. Когда человек умирает, круг размыкается, энергия уходит из тела и постепенно растворяется в воздухе, впитывается в окружающие предметы или висит комком, а потом рассасывается. Чаще всего душа остается в теле и засыпает. Так происходит, если люди умирают от старости или болезни. Но если человека убивают, или он убивает себя сам или даже просто умирает неожиданно, например, попадает под машину, всё происходит по-другому. Круг не может разомкнуться без подготовки. И душа, и энергия покидают тело разом. Душа не засыпает, потому что её тревожит энергия, а та не может раствориться, потому что притягивает душа. Мы называем это привидением. Разумный сгусток энергии. Обычно он выбирает себе одно место — свой дом или место своей смерти — и тусуется там. Реже цепляется к убийце или родственнику и сосёт их энергию. Вот почему души самоубийц никогда не попадают в рай. Они просто болтаются в пространстве, светятся в темноте из-за облака своих энергий, ловят посторонние, шуршат, скрипят, охают. Их нельзя уничтожить, можно только прогнать в другое место. Люди, которые могут это сделать, именуют себя магами, колдунами, экстрасенсами и фиг еще знает кем. Священники и более-менее добросовестные колдуны отправляют сгусток к своей могиле, другие просто перекидывают в первое попавшееся место. У животных нет разума, и после смерти тела их энергия почти сразу превращается в мёртвую. Так вот если бы ты умер тогда у них на руках, ты бы стал тем, что называют полтергейстом — разумный сгусток энергии с большой телекинетической силой. Это из-за твоих эмоций. Страха, там, отчаяния… Они имеют значение, особенно если ты не хотел умирать. Ты бы смог убить их всех без особого труда. Целью секты была только энергия, которую создаёт твоё тело. Вся, до предела… для этого тебе пустили кровь. Чтобы ты решил, что умираешь и испугался. Адреналин разогнал твое сердце и усилил работу мозга… Ого, ты чего такой бледный? Ты только в обморок не падай, я не знаю, как тебя откачивать.

У меня звенело в ушах. Я постоянно спрашивал у себя: сон это, или нет? Бредит ли Тигр? И главное: зачем? Зачем? Зачем всё это? Зачем они это сделали? Зачем Тигр мне это объясняет?

— Тебя нужно вернуть в нормальное состояние. Ты бы видел себя со стороны! Даже если бы я ничего не знал, я бы заподозрил неладное. Как подменили. Взгляд рассеянный, движения совсем слабые, даже голос чужой. Они там кормили кого-то, наверное…

— В каком смысле?

— Ну как… кормят кого-то нужными энергиями, как на катушку наматывают, потом будут расходовать. Кстати, что ты там видел? Что-нибудь помнишь?

Я рассказал Тигру про чашку с костями и серый туман, про своё состояние. Всё, что мог вспомнить.

— Да, катушка… Они не убивали ребенка, скорее взяли труп из морга или раскопали могилу. Сволочи! Голову бы оторвать за такое… Душу младенца легко привязать к останкам тела. Так они и сделали. И притягивает она все энергии подряд, как магнит. Самое интересное, что они не знают, что с этим делать. Я уверен, что у них нет определенной цели. Но жертв выбирают правильно. Ты из тех людей, которые много энергии выбрасывают в окружающую среду. Ну, импульсивный, эмоциональный. Она в тебе не хранится. Вырабатывается и сразу тратится. Понимаешь?

— Не особо.

— Короче шило в твоей заднице секте приглянулось. Ты вообще помнишь себя до того, как попал туда?

— Мне кажется, то был не я. Как будто сон приснился.

— Нет, наоборот, — он смотрел на меня как на безнадежно больного. — Сейчас это не ты. Промывка мозгов, которую они там устроили, изменила тебя. Ты… ну, грубо говоря, ты потерял способность концентрироваться. Как если взять ведро и продырявить его со всех боков. Попробуй набрать в него воды, и она вся прольется. То же самое произошло и с тобой. Вся твоя энергия утекает бесцельно в пространство. Поэтому тебя и колбасит.

— И что теперь? Я всегда буду таким?

Я уже не пытался что-то переварить или обдумать, просто воспринимал, как есть. На это уходило слишком много сил, которых у меня и так не было.

— Нет, можно всё частично исправить. Я уже видел таких людей.

Если ты не знал их раньше, ни за что не поймёшь, что с ними случилось.

— Ты мне поможешь? Надо сделать какие-то обряды?