Я отнесу тебя в лучший мир

— За что? Мне вот тоже интересно: за что мне такая судьба? — в моём голосе стали проскакивать нотки злости. — За что мне всё это? Думаешь, я заслужила такой участи? То, что я наплела тебе — всего лишь враньё на которую ты, дура такая, повелась. Ты не знаешь через что я действительно прошла, ты не знаешь, что я испытала, — я сорвалась на крик, взяла крепче нож и нанесла удар прямо в живот жертве. -Ты не знаешь ничего обо мне! Я тоже хотела жить обычной жизнью, я хотела не видеть никаких страданий, я хотела быть как все! — удар за ударом, мои крики превратились в истерику, а руки были окрашены в алый оттенок. Я выплёскивала всю мою ярость, все мои эмоции, которые накопились за все эти дни и с каждым криком удары становились всё жестче. Постепенно я стала остывать. — За что мне всё это? — сквозь слёзы и всхлипы молвила я. Меня охватило странное удовольствие. Все эти дни я скапливала в себе гнев, который тяжелым грузом пленил меня всё это время, а когда я выпустила его наружу, то внезапно на душе появилась райское облегчение.

Я улыбнулась и отстранилась от жертвы. Лицо Мэри было всё красное, заляпано кровью, из рта текла струйка крови, а в её глазах с каждой секундой потухал огонёк жизни.

— Прости меня, — я сняла с себя маску, приблизилась к Мэри и впилась в её губы, проникая языком глубоко внутрь. Мой первый поцелуй — вот что я дарю ей. Это моя благодарность. Девушка испустила свой последний вздох в моих объятиях.

И вот свежий воздух. Дует холодный ветерок, по небу плывут тёмные облака и большая луна освещает моё лицо. Я подставляю личико лунному свету, наслаждаясь прекрасным моментом, но вдруг земля уходит из под ног…

Давай не будем обижаться

POV Аврора

День был солнечным и радостным. Облачка плыли по небу, вдалеке виднелась красивая-красивая радуга, птички поют, цветы распускаются. Я вприпрыжку возвращаюсь со школы, прыгая по лужам и насвистывая весёлую мелодию. Я возвращаюсь домой… в обитель страданий и боли.

Захожу в квартиру и внезапно от радостных ярких красок меня отделяют серые и мрачные цвета контраста. Запах курева, пива и жирного мяса — такой отвратный аромат, но я к нему привыкла. Мама как всегда на работе, старший братик на учёбе, а в зале лениво развалился отчим среди банок пива. Я прошмыгнула мимо него незаметно, словно серая мышка. Не хочу с ним разговаривать. Эгоистичная, жестокая, ленивая свинья, которая целыми сутками сидит у телевизора и посягает на место, как он говорит, хозяина этой семьи. Если бы не мама, которая работает на нескольких работах чтобы продержать семью, то мы бы давно оказались на улице. Моя комната мрачная: ветхие обои и тёмные занавески, братик вновь забыл презервативы на моём столе. Интересно, как они здесь оказались? А на стене плакат, который я повесила ещё в детстве — радуга на нежном голубом небосводе. Когда по ночам ругаются родители, когда слышны побои и звон стекла, то всегда, когда я смотрю на радугу на душе внезапно становиться тепло и приятно.

Именно поэтому я никогда не привожу подруг в свой дом, скрываю от них свою семью, свою настоящую жизнь. Выходя из дома, я надеваю маску той позитивной Авроры, которую все знают, к которой все привыкли. Но у меня есть своё истинное лицо, которое я скрываю…

— Аврора! — послышался крик отчима. Быстро он обо мне вспомнил.

Я встаю с места и нехотя иду к нему.

— Что? — угрюмо отвечаю ему я.

— Тон свой смени, деточка, — о нет, он снова пьяный в хлам. — Пойди-ка в магазин за пивком, а я тебе конфеточку, — он покрутил у себя в руках маленькую, потрёпанную конфету. На вид она была очень старой и вызвала у меня лишь отвращение.

— Тебе мозги отшибло, Джон? Мне не продадут алкоголь! — я повысила свой тон. Зря. Отчим посмотрел на меня со злостью, сжал в руках пустую банку из-под пива.

— Почему ты зовешь меня по имени? Почему ты не называешь меня папочкой? — он встал с места и, шатаясь от опьянения, подошел ко мне.

— Потому что ты мне не настоящий отец! Мой папа был добрым и заботливым, а ты… а ты лишь жалкое… — тут же я получила крепкую пощёчину. Удар был настолько сильным, что я пошатнулась и упала на пол, держась ладонью за горящую щеку.

— Мерзавка неблагодарная, как ты смеешь со мной так разговаривать?

Тут же я почувствовала, как мужчина стал разрывать пуговицы на моей одежде.

— Убери от меня свои руки, уёбок! — сквозь всхлипы кричала я. — Я всё маме расскажу…

— Ой, и что она мне сделает? — расхохотался «большой свин».

Я брыкалась, кричала и плакала, пыталась ударить его и оттолкнуть от себя, но я была лишь маленькой хрупкой девочкой в руках крепкого мужчины…