Эта история произошла во Франции. Мальчик по имени Николя, встретил жуткую особу, навсегда изменившую его жизнь.
17 мин, 31 сек 819
Но мамина покорность судьбе передалась и мне. Я беспомощен и всегда таким буду. Никто мне не поможет, даже бог. Я лишь взял с собой палку, которой в жаркие дни подпирал дверь. Зашёл. Знакомый запах дома. Одноклассники бы сказали, что здесь воняет жутко. Я бы с ними не спорил, запах перегара отчима бьет похлеще, чем изо рта клоунессы.
ТУ-ДУМ ТУ-ДУМ — Сердце почти остановилось. Он стоял передо мной, и он весь красный от спиртного. Его хитрый взгляд не переставал зудеть на моем теле.
— «А вот и ты, ребёнок. Опять задерживаешься допоздна? Ты вечно тусуешься с кем то, непонятно где и плохо учишься. Посмотри на себя, одет как свинота, такого как ты никогда приличным парнем не назовут. Я плачу за твою еду, одежду, за твою гребаную школу, которая тебе на хрен не сдалась! А ты даже притвориться нормальным ребёнком не можешь.»
Я замер. Я всегда замираю, когда отчим меня отчитывает. Если я хоть чуть-чуть двинусь, получу по-настоящему.
— «Мразота!» — крикнул отчим, схватив меня за плечо.
— «Когда-нибудь, мои уроки дадут плоды, когда нибудь, знания вобьются в твою головешку тупую!» — — «Я больше так не буду! Не трогай меня, пожалуйста, я буду хорошим!» – кричал я, пытаясь вырваться.
— «Конечно будешь, вот сейчас я тебя изобью хорошенько, и посмотрим какой ты будешь хороший.» — Отчим бросил меня с силой на стол и я ударился об угол стола локтем и ребрами. Я не успел встать, когда отчим, одним ударом, повалил меня наземь. Мой тиран уже снимал ремень со своих брюк, когда свет в доме стал в разы тускней, по полу пошел сквозняк. Отчим тоже это почувствовал. И он также почувствовал кого-то за своей спиной. Я увидел костяшки пальцев на его шее.
— «Теперь понятно, что нужно крошке!» — уже знакомый мне силуэт, нависал над отчимом. Рука страшной клоунессы не позволила отчиму снять ремень до конца. Клоунесса обеими руками взялась за ремень и начала его затягивать с такой решимостью и силой, что отчим не успел среагировать, а когда он все же начал пытаться вывернуться из собственного ремня, затягивающего его жирный живот — было уже поздно. Ремень был уже диаметром с талию молоденькой девушки, живот под этом ремнем так сильно стягивался и казалось что вот-вот ремень порвется, но он не рвался, ремень продолжал натягивать жирную талию отчима. И теперь, у того уже хлестала кровь изо рта, его глаза были выпучены от боли, шока и ужаса и казалось, что они вот-вот вылезут из глазниц. Я смотрел, не в силах подняться с пола, капля крови, изрыгаемая отчимом упала мне на лицо, и только тогда я очнулся, и сразу услышал жуткий вопль и нечеловеческие стоны издаваемые пока еще живым родственником и какими-то неразличимыми звуками, будто ломающихся костей и рвущейся живой ткани. Увидев это, я сорвался на громкий раздирающий крик, который наверно было слышно до самых дальних уголков Версаля. А клоунесса, вдоволь насладившись уменьшением талии жирного ублюдка, вновь поднесла руку к шее страдальца и проткнула ему горло, своим костяным пальцем. Кровь отчима брызгала как фонтан, а клоунесса раскрыла свою пасть, и не упуская момента, стала жадно глотать кровь, при этом приговаривая — «Ммм… вкусная кровь, грязная кровь, кровь испорченной души!» — От такого зрелища, мне стало дурно. Живот скрутило, в глазах помутнело и я отключился.
Проснулся я уже в больнице. Рядом со мной стояла капельница, а за дверью разговаривали врачи.
Позже, я узнал, что соседи услышали мой крик и прибежали к нам в дом. К счастью, дверь была распахнута, и они увидели меня без сознания, перепачканного кровью. Отчима же, нигде не нашли. Долго шли разбирательства, меня допрашивали. Но, я не собирался говорить правду про клоунессу-убийцу. Знал, что в это всё равно никто не поверит, и меня возможно отправят в психиатрическую лечебницу. По этому, я рассказал версию про обычного грабителя, который ворвался к нам в дом и напал на меня и отчима. Однако, полиция так и не смогла найти ни одной улики, обыскивая мой дом. Какое-то время, я даже был в числе подозреваемых.
Позже об этом деле стали забывать, меня оставили в покое и отправили в приют. В приюте мне было спокойно, и на удивлении хорошо. Воспитатели приюта, были добры ко мне, одну из них я даже стал называть мамой. Она помогла мне оправиться после всего пережитого.
Шли дни, недели, месяцы. В приюте, я стал другим человеком. Даже нашёл хороших друзей — ими были мои соседи по комнате. С ними я решил всё таки поделиться своим секретом. Я рассказал правдивую историю убийства своего отчима. Сначала, я боялся, что друзья мне не поверят и примут за идиота, однако, взглянув на испуганное выражение их лиц, мне стало ясно, что им что-то известно. Один из них спросил, как именно выглядела та клоунесса и я подробно описал все детали которые запомнил. Ещё минуту они стояли оцепеневшие, но потом один из моих друзей всё же заговорил. Он рассказал мне о некой Рене, которая очень подошла под моё описание. Эта девушка, раньше выступала клоуном в цирке.
ТУ-ДУМ ТУ-ДУМ — Сердце почти остановилось. Он стоял передо мной, и он весь красный от спиртного. Его хитрый взгляд не переставал зудеть на моем теле.
— «А вот и ты, ребёнок. Опять задерживаешься допоздна? Ты вечно тусуешься с кем то, непонятно где и плохо учишься. Посмотри на себя, одет как свинота, такого как ты никогда приличным парнем не назовут. Я плачу за твою еду, одежду, за твою гребаную школу, которая тебе на хрен не сдалась! А ты даже притвориться нормальным ребёнком не можешь.»
Я замер. Я всегда замираю, когда отчим меня отчитывает. Если я хоть чуть-чуть двинусь, получу по-настоящему.
— «Мразота!» — крикнул отчим, схватив меня за плечо.
— «Когда-нибудь, мои уроки дадут плоды, когда нибудь, знания вобьются в твою головешку тупую!» — — «Я больше так не буду! Не трогай меня, пожалуйста, я буду хорошим!» – кричал я, пытаясь вырваться.
— «Конечно будешь, вот сейчас я тебя изобью хорошенько, и посмотрим какой ты будешь хороший.» — Отчим бросил меня с силой на стол и я ударился об угол стола локтем и ребрами. Я не успел встать, когда отчим, одним ударом, повалил меня наземь. Мой тиран уже снимал ремень со своих брюк, когда свет в доме стал в разы тускней, по полу пошел сквозняк. Отчим тоже это почувствовал. И он также почувствовал кого-то за своей спиной. Я увидел костяшки пальцев на его шее.
— «Теперь понятно, что нужно крошке!» — уже знакомый мне силуэт, нависал над отчимом. Рука страшной клоунессы не позволила отчиму снять ремень до конца. Клоунесса обеими руками взялась за ремень и начала его затягивать с такой решимостью и силой, что отчим не успел среагировать, а когда он все же начал пытаться вывернуться из собственного ремня, затягивающего его жирный живот — было уже поздно. Ремень был уже диаметром с талию молоденькой девушки, живот под этом ремнем так сильно стягивался и казалось что вот-вот ремень порвется, но он не рвался, ремень продолжал натягивать жирную талию отчима. И теперь, у того уже хлестала кровь изо рта, его глаза были выпучены от боли, шока и ужаса и казалось, что они вот-вот вылезут из глазниц. Я смотрел, не в силах подняться с пола, капля крови, изрыгаемая отчимом упала мне на лицо, и только тогда я очнулся, и сразу услышал жуткий вопль и нечеловеческие стоны издаваемые пока еще живым родственником и какими-то неразличимыми звуками, будто ломающихся костей и рвущейся живой ткани. Увидев это, я сорвался на громкий раздирающий крик, который наверно было слышно до самых дальних уголков Версаля. А клоунесса, вдоволь насладившись уменьшением талии жирного ублюдка, вновь поднесла руку к шее страдальца и проткнула ему горло, своим костяным пальцем. Кровь отчима брызгала как фонтан, а клоунесса раскрыла свою пасть, и не упуская момента, стала жадно глотать кровь, при этом приговаривая — «Ммм… вкусная кровь, грязная кровь, кровь испорченной души!» — От такого зрелища, мне стало дурно. Живот скрутило, в глазах помутнело и я отключился.
Проснулся я уже в больнице. Рядом со мной стояла капельница, а за дверью разговаривали врачи.
Позже, я узнал, что соседи услышали мой крик и прибежали к нам в дом. К счастью, дверь была распахнута, и они увидели меня без сознания, перепачканного кровью. Отчима же, нигде не нашли. Долго шли разбирательства, меня допрашивали. Но, я не собирался говорить правду про клоунессу-убийцу. Знал, что в это всё равно никто не поверит, и меня возможно отправят в психиатрическую лечебницу. По этому, я рассказал версию про обычного грабителя, который ворвался к нам в дом и напал на меня и отчима. Однако, полиция так и не смогла найти ни одной улики, обыскивая мой дом. Какое-то время, я даже был в числе подозреваемых.
Позже об этом деле стали забывать, меня оставили в покое и отправили в приют. В приюте мне было спокойно, и на удивлении хорошо. Воспитатели приюта, были добры ко мне, одну из них я даже стал называть мамой. Она помогла мне оправиться после всего пережитого.
Шли дни, недели, месяцы. В приюте, я стал другим человеком. Даже нашёл хороших друзей — ими были мои соседи по комнате. С ними я решил всё таки поделиться своим секретом. Я рассказал правдивую историю убийства своего отчима. Сначала, я боялся, что друзья мне не поверят и примут за идиота, однако, взглянув на испуганное выражение их лиц, мне стало ясно, что им что-то известно. Один из них спросил, как именно выглядела та клоунесса и я подробно описал все детали которые запомнил. Ещё минуту они стояли оцепеневшие, но потом один из моих друзей всё же заговорил. Он рассказал мне о некой Рене, которая очень подошла под моё описание. Эта девушка, раньше выступала клоуном в цирке.
Страница 3 из 5
