Явление

Ваше воображение рисует картины того, чего вы большего всего на свете не хотели бы увидеть, однако чувствуете, что оно там притаилось. Это случай не явной угрозы. Вы внушаете себе этот страх сами, но я повстречал самый настоящий кошмар, который едва ли сотрется из моей памяти когда-нибудь…

Все началось после смерти моей жены. Как это бывает не редко в мире, она погибла в автокатастрофе. Я горевал: дни, недели тянулись невообразимо долго, а боль оставалась по-прежнему. Заглушая ее в алкоголе, я часто пил, так часто, что некоторые эпизоды из моей жизни кажутся мне теперь фрагментами болезненно прошедшего сна.

Район, где я поселился, был тихим и спокойным, но самое главное — это место не напоминало мне о Диане.

«Паркен плэйс» состоял полностью из частных двухэтажных домов, с крышами из керамической черепицы. К каждому дому дополнительно примыкал гараж. В основном здесь жили богатеи, но и для вполне себе состоятельного мужчины как я, можно было найти скромный комфортабельный уголок, куда я незамедлительно и поспешил переехать.

«Ты должен жить дальше», — так мне говорили друзья, коллеги по работе. Благодарю своего босса за то, что он не стал погружаться в детали моего прошлого, заставлять очистить душу, вместо этого нагрузив побольше работой со словами: «Я понимаю, Майк, тебе сейчас тяжко, но все-таки работа есть работа и если к концу недели отчеты не будут у меня на столе — я тебя уволю».

В будние дни я был полностью погружен в работу, а в выходные, отрешено глядя на экран телевизора, по которому показывали, как происходит брачный период у стрекоз, кажется, канал Discovery, опрокидывал в себя третий, а за ним и четвертый стакан виски. Так продолжалось до тех пор, пока я в конец не выматывался и засыпал, не добравшись до постели.

Мой сосед — Чак Спэрроу, такой же парень, как и я, когда-то живший на окраине темных улиц «Даррел стриит» и«Бансоу хилл», где преступность была в порядке нормы — часто захаживал ко мне в гости выпить пиво, да и просто поговорить по душам. Его дом стоял напротив моего. Порой мне кажется, что если бы не Чак, события минувшего кошмара обошло бы меня стороной, но это слабое утешение, которое я применяю в особо тяжкие дни, когда боль накатывает на меня с новой силой, по большому счету я стараюсь не думать об этом.

В тот пасмурный день он постучал ко мне в дверь, и я открыл ему. Тучи только собирались на горизонте, погружая город в беспросветное узилище.

Мы расположились на мягких, удобных креслах, рядом с камином, потягивая из бокалов виски со льдом, хотя Чак выглядел обеспокоено и не притронулся к своему бокалу. В руке он держал газету новостей, которую печатало местное издательство о событиях этого чертового города.

— За последние пару неделей исчезло порядка двадцати пяти человек, Майк.

В нашем районе действительно стали ни с того ни с сего пропадать люди, но учитывая, что творилось со мной в тот период времени, я не обращал на это внимание.

— Что говорит полиция? — Равнодушным тоном спросил я, лишь для того, чтобы поддержать беседу.

— Полиция в замешательстве! Они объявили этих людей в розыск, но пока ничего не нашли. Хоть бы признак того что они живы — ни следочка не оставили, словно испарились из собственных домов! Их вещи по-прежнему на месте, но вот куда делись хозяева?

— Возможно они не пропали, а просто уехали, не вынесли больше жизни в этом мертвом городе и решили покинуть его — развеется, а вы их уже по всем моргам и больницам ищете.

— Нет, Майк, все вещи, абсолютно все: одежда, машины, мобильники, чемоданы и прочая дребедень осталась в домах. Как начинаю думать о том, что могло произойти с этими бедолагами, мороз по коже пробивает, и ведь не знаешь, где они сейчас. Живы ли? По городу ползут разные слухи. Говорят, в Паркен Плейс небезопасно, в районе орудует безжалостный маньяк — вот идиоты — маньяк! А некоторые сюда еще и мистику умудрились приплести, твердя, что зло приходит ночью за жителями и крадет их спящими. Справедливое зло — крадет только богачей! — Чак усмехнулся собственной шутке.

— Ну значит нам с тобой это зло не угрожает, Чак. Ведь по сути, какие из нас богатеи, так — середнячок. — Бросил я, подливая из графина в полупустой бокал. — Я думаю чушь это все. Скоро в газетах будут писать, что пропавших нашли в нетрезвом виде в лесу, танцующих вокруг толстого дуба.

Нашу беседу прервал чрезвычайно громкий раскат грома, словно где-то поблизости взорвали тонну взрывчатки. Я подпрыгнул на кресле, расплескав наполненный до краев бокал с виски себе на колени.

— Черт! — Выругался я, отставляя бокал в сторону и вытирая брюки платком.