Около 5 часов утра 30 октября 1975 г. 9-летняя Соня МакКенн, проживавшая в районе Скотт-Холл роад, в городе Лидсе, Великобритания, обратилась к соседям за помощью, сообщив, что ее мама не явилась ночью домой. Соседи были прекрасно осведомлены о том, что мама Сони — 28-летняя Виломена МакКенн — занималась проституцией и периодически не являлась ночевать, но они также знали, что в таких случаях она непременно предупреждала об этом детей (которых у нее было четверо). Тот факт, что Виломена без предупреждения не пришла домой показался соседям достаточным основанием для беспокойства и они позвонили в полицию.
144 мин, 54 сек 8629
Не совсем ясно, почему сэр Хэверс после этого не упомянул о других известных случаях манипуляций убийцы, имевших сексуальный характер, например, о том, как Сатклифф занимался онанизмом после нападения на Марселлу Клекстон, или вводил отвертку во влагалище убитой им Джозефины Уайтекер. Следует учитывать и то, что Сатклифф имел очень слабую для его возраста потенцию и, возможно, не насиловал свои жертвы вовсе не потому, что не хотел бы это сделать, а потому, что просто не мог провести половой акт в силу физической неспособности. Это были те доводы, которые, казалось бы, следовало упомянуть обвинителю во время допроса эксперта, но сэр Хэверс в силу каких-то соображений ничего этого не сказал.
Тем не менее, следует признать, что в целом обвинение разбило доводы защиты в пух и прах. Стенограмма суда довольно хорошо передает то ощущение психологического превосходства, которое получило обвинение после перекрестного допроса психиатров, и каким окажется вердикт присяжных уверенно можно было сказать уже на этом этапе процесса.
Во вторник, 19 мая 1981 г. суд перешел в свою финальную стадию. Стороны произнесли довольно продолжительные заключительные речи. Сэр Хэверс назвал обвиняемого: «Садистским, расчетливым, равнодушным убийцей, который любил свою работу». И далее высказался на счет Сатклиффа так: «Он никогда не слышал никаких голосов на кладбище в Бингли и никогда не слышал голоса, приказавшего ему уничтожать людей. Он выдумал это, поскольку знал, что хочет в сумасшедший дом на 10 лет, а не в тюрьму на 30».
Адвокат Чедвин в своей заключительной речи напомнил присяжным о добровольном сознании Сатклиффа, о его признательном заявлении, «длившемся 15 часов или даже больше». Стремясь в последний раз уменьшить негативное впечатление от того разговора обвиняемого с женой, в ходе которого Сатклифф высказался о «10 годах в мусорном ведре», адвокат предложил исходить из контекста этого разговора: «не забывайте, ведь он предлагал жене его оставить!»
Судья Борехэм подвел итог процесса и обратился к присяжным с длинной речью, продолжавшейся четыре заседания (2 календарных дня). Он напомнил основные узловые эпизоды и заявления сторон, принципиальные для понимания сути дела. Его речь можно считать образцовым наставлением присяжным, которую следует изучать как образец судебной риторики. Имеет смысл привести небольшой пассаж из речи Борехэма, прекрасно передающий глубину проработки материала самим судьей: «Всем было известно, что Соня Сатклифф была шизофреничкой с начала 70-х годов. Теперь же выясняется, что ее муж был шизофреником с гораздо более раннего времени и притом около 15 лет вовсе не лечился. При этом он умудрился явно свою болезнь никак не проявить. Вы (присяжные заседатели) должны решить сами для себя: возможно ли это?»
На решение жюри присяжных были вынесены три вопроса: «1. Был ли обвиняемый ненормален во время каждого из убийств? 2. Если обвиняемый имел галлюцинации и видения, превращался ли он в силу этого в ненормального человека? 3. Если обвиняемый был ненормален, то уменьшает ли это существенным образом его ответственность за содеянное?»
В пятницу, 22 мая 1981 г. в 10.21 судья Борехэм закончил подведение итогов и присяжные удалились в совещательную комнату. Через 5 ч. 55 мин. они вышли оттуда с готовым вердиктом. По всем трем вопросам присяжные вынесли заключение «нет», хотя их решение и не было единодушным. Решение присяжных делало Питера Сатклиффа юридически ответственным за его преступления.
Судья, обращаясь к обвиняемому после оглашения вердикта, в частности сказал: «Питер Уильям Сатклифф, жюри нашло Вас виновным по обвинениям в 13 случаях убийтв, если можно так выразиться, убийств очень трусливых по своей природе. В каждом случае погибала женщина. Вы убивали ее, нападая сзади, нанося удары молотком по голове. Трудно найти слова, адекватные в моем понимании тому зверству и той опасности, что присущи этим нападениям». Судья Борехэм приговорил Сатклиффа к пожизненному тюремному заключению без права подачи прошений о помиловании в течении первых 30 лет содержания (т. е. вплоть до мая 2011 г… Шокированного приговором осужденного немедленно вывели из зала заседаний, не позволив произнести ни единого слова.
Фактически история «Йоркширского Потрошителя» на этом окончена. Однако, существуют некоторые аспекты, требующие в рамках настоящего очерка пояснения.
Тем не менее, следует признать, что в целом обвинение разбило доводы защиты в пух и прах. Стенограмма суда довольно хорошо передает то ощущение психологического превосходства, которое получило обвинение после перекрестного допроса психиатров, и каким окажется вердикт присяжных уверенно можно было сказать уже на этом этапе процесса.
Во вторник, 19 мая 1981 г. суд перешел в свою финальную стадию. Стороны произнесли довольно продолжительные заключительные речи. Сэр Хэверс назвал обвиняемого: «Садистским, расчетливым, равнодушным убийцей, который любил свою работу». И далее высказался на счет Сатклиффа так: «Он никогда не слышал никаких голосов на кладбище в Бингли и никогда не слышал голоса, приказавшего ему уничтожать людей. Он выдумал это, поскольку знал, что хочет в сумасшедший дом на 10 лет, а не в тюрьму на 30».
Адвокат Чедвин в своей заключительной речи напомнил присяжным о добровольном сознании Сатклиффа, о его признательном заявлении, «длившемся 15 часов или даже больше». Стремясь в последний раз уменьшить негативное впечатление от того разговора обвиняемого с женой, в ходе которого Сатклифф высказался о «10 годах в мусорном ведре», адвокат предложил исходить из контекста этого разговора: «не забывайте, ведь он предлагал жене его оставить!»
Судья Борехэм подвел итог процесса и обратился к присяжным с длинной речью, продолжавшейся четыре заседания (2 календарных дня). Он напомнил основные узловые эпизоды и заявления сторон, принципиальные для понимания сути дела. Его речь можно считать образцовым наставлением присяжным, которую следует изучать как образец судебной риторики. Имеет смысл привести небольшой пассаж из речи Борехэма, прекрасно передающий глубину проработки материала самим судьей: «Всем было известно, что Соня Сатклифф была шизофреничкой с начала 70-х годов. Теперь же выясняется, что ее муж был шизофреником с гораздо более раннего времени и притом около 15 лет вовсе не лечился. При этом он умудрился явно свою болезнь никак не проявить. Вы (присяжные заседатели) должны решить сами для себя: возможно ли это?»
На решение жюри присяжных были вынесены три вопроса: «1. Был ли обвиняемый ненормален во время каждого из убийств? 2. Если обвиняемый имел галлюцинации и видения, превращался ли он в силу этого в ненормального человека? 3. Если обвиняемый был ненормален, то уменьшает ли это существенным образом его ответственность за содеянное?»
В пятницу, 22 мая 1981 г. в 10.21 судья Борехэм закончил подведение итогов и присяжные удалились в совещательную комнату. Через 5 ч. 55 мин. они вышли оттуда с готовым вердиктом. По всем трем вопросам присяжные вынесли заключение «нет», хотя их решение и не было единодушным. Решение присяжных делало Питера Сатклиффа юридически ответственным за его преступления.
Судья, обращаясь к обвиняемому после оглашения вердикта, в частности сказал: «Питер Уильям Сатклифф, жюри нашло Вас виновным по обвинениям в 13 случаях убийтв, если можно так выразиться, убийств очень трусливых по своей природе. В каждом случае погибала женщина. Вы убивали ее, нападая сзади, нанося удары молотком по голове. Трудно найти слова, адекватные в моем понимании тому зверству и той опасности, что присущи этим нападениям». Судья Борехэм приговорил Сатклиффа к пожизненному тюремному заключению без права подачи прошений о помиловании в течении первых 30 лет содержания (т. е. вплоть до мая 2011 г… Шокированного приговором осужденного немедленно вывели из зала заседаний, не позволив произнести ни единого слова.
Фактически история «Йоркширского Потрошителя» на этом окончена. Однако, существуют некоторые аспекты, требующие в рамках настоящего очерка пояснения.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 42 из 46
