Фандом: Ориджиналы. Старший судья Йенс Йолль терпеть не мог еретиков, а уж еретиков-запредельщиков ненавидел всей душой. За Пределами ничего нет.
18 мин, 2 сек 13923
На часах было два часа сорок минут ночи, но Йенс не спал. Он сидел на кровати и напряженно вслушивался в тишину. Его комната находилась возле самого Восточного Предела, и он с самого раннего детства знал, что за ним ничего нет. В этом никто не сомневался, но Йенс уже четыре месяца подряд по ночам слышал странные звуки — как будто за Пределом кто-то стучал (или что-то стучало) по металлической поверхности. Иногда к этим стукам добавлялись довольно отчетливые скрип, шорох или жужжание. При этом звуки Йенс слышал с разной частотой. Иногда их не было пару недель, иногда они раздавались каждую ночь. У Йенса создалось впечатление, что за Пределом есть еще одна комната, и там кто-то организовал слесарную мастерскую. Однако этого не могло быть: за Пределом ничего не было, и рядом с квартирой, в которой жили Йолли, не было никакой мастерской, ведь она находилась в административной Центральной Середине.
Йенс пытался поговорить о странных звуках, доносящихся в его комнате из-за Предела, с родителями, но они отмахнулись от него привычной фразой: «Не сочиняй, за Пределами ничего нет!», и Йенс тогда даже подумал о том, что у него слишком богатое воображение и ему все это кажется.
Но звуки не прекращались, а Йенсу никто так и не помог с ними разобраться. Он начал записывать время их появления, пытаясь вычислить наличие какой-то системы, но ее, очевидно, не было. У него скопилось несколько тетрадей, где он досконально фиксировал вид звука, продолжительность и интенсивность. Родители не мешали ему это делать, но просили никому об этом не рассказывать, так как всем известно, что за Пределами ничего нет, и Йенса могли бы принять за сумасшедшего.
И вот уже три недели из-за Предела ничего не было слышно. Йенс ждал каждую ночь и очень надеялся, что тайна запредельных звуков все еще существует. А сегодня ему мешало заснуть не только это напряженное ожидание, но и радостное предвкушение завтрашнего события.
Йенс Йолль родился в семье служащих-правоохранителей, и завтра, в тот день, когда ему исполнится двенадцать лет, он должен был пройти специальный обряд Посвящения в Тайну. В чем заключался этот обряд, Йенс не имел ни малейшего представления, родители тоже ничего ему о нем не рассказали, объяснив только то, что Йенс станет взрослым, даст клятву верности народу Дарвинии и его жизнь необратимо изменится. Все это звучало страшно и непонятно. К тому же Йенсу объяснили — если он не даст клятву, его утилизируют, даже несмотря на юный возраст.
Этой ночью взбудораженный Йенс уснул примерно в пять утра, так и не дождавшись появления таинственных звуков. В восемь же его разбудила мама, которая была необычно серьезной и молчаливой. Она накормила Йенса завтраком, а потом проследила, чтобы он тщательно умылся и причесался. После этого Йенс надел идеально выглаженную белую рубашку и строгие синие брюки, похожие на брюки судейского мундира. Родители отвели его в зал для проведения обряда, зарегистрировали на стойке администрации и, сказав, что дальше им нельзя присутствовать, по очереди обняли Йенса и удалились.
К Йенсу подошел служащий зала, представившийся Старшим Хранителем Тайны Карлом Чезом, отвел его в темную комнату с установленным в центре видеопроектором и усадил в кресло перед экраном.
Оказалось, что обряд Посвящения в Тайну представлял собой просмотр специальной видеопрограммы, после которого новопосвященный должен был дать Клятву Молчания и Служения.
«Сегодня вы узнаете все о Дарвинии, и ваша жизнь никогда не будет прежней»…, — услышал Йенс спокойный и уверенный голос диктора.
Диктор не обманул. Все, что Йенс слышал о мире, в котором жил, было сплошным враньем — Дарвиния представляла собой вовсе не ограниченное Пределами поселение.
Йенс пытался поговорить о странных звуках, доносящихся в его комнате из-за Предела, с родителями, но они отмахнулись от него привычной фразой: «Не сочиняй, за Пределами ничего нет!», и Йенс тогда даже подумал о том, что у него слишком богатое воображение и ему все это кажется.
Но звуки не прекращались, а Йенсу никто так и не помог с ними разобраться. Он начал записывать время их появления, пытаясь вычислить наличие какой-то системы, но ее, очевидно, не было. У него скопилось несколько тетрадей, где он досконально фиксировал вид звука, продолжительность и интенсивность. Родители не мешали ему это делать, но просили никому об этом не рассказывать, так как всем известно, что за Пределами ничего нет, и Йенса могли бы принять за сумасшедшего.
И вот уже три недели из-за Предела ничего не было слышно. Йенс ждал каждую ночь и очень надеялся, что тайна запредельных звуков все еще существует. А сегодня ему мешало заснуть не только это напряженное ожидание, но и радостное предвкушение завтрашнего события.
Йенс Йолль родился в семье служащих-правоохранителей, и завтра, в тот день, когда ему исполнится двенадцать лет, он должен был пройти специальный обряд Посвящения в Тайну. В чем заключался этот обряд, Йенс не имел ни малейшего представления, родители тоже ничего ему о нем не рассказали, объяснив только то, что Йенс станет взрослым, даст клятву верности народу Дарвинии и его жизнь необратимо изменится. Все это звучало страшно и непонятно. К тому же Йенсу объяснили — если он не даст клятву, его утилизируют, даже несмотря на юный возраст.
Этой ночью взбудораженный Йенс уснул примерно в пять утра, так и не дождавшись появления таинственных звуков. В восемь же его разбудила мама, которая была необычно серьезной и молчаливой. Она накормила Йенса завтраком, а потом проследила, чтобы он тщательно умылся и причесался. После этого Йенс надел идеально выглаженную белую рубашку и строгие синие брюки, похожие на брюки судейского мундира. Родители отвели его в зал для проведения обряда, зарегистрировали на стойке администрации и, сказав, что дальше им нельзя присутствовать, по очереди обняли Йенса и удалились.
К Йенсу подошел служащий зала, представившийся Старшим Хранителем Тайны Карлом Чезом, отвел его в темную комнату с установленным в центре видеопроектором и усадил в кресло перед экраном.
Оказалось, что обряд Посвящения в Тайну представлял собой просмотр специальной видеопрограммы, после которого новопосвященный должен был дать Клятву Молчания и Служения.
«Сегодня вы узнаете все о Дарвинии, и ваша жизнь никогда не будет прежней»…, — услышал Йенс спокойный и уверенный голос диктора.
Диктор не обманул. Все, что Йенс слышал о мире, в котором жил, было сплошным враньем — Дарвиния представляла собой вовсе не ограниченное Пределами поселение.
Страница 3 из 6
