Работник риэлтерской фирмы, инфантильный юноша двадцати трёх лет, очень удивился моему выбору, изобразив на тонком, нервном, бледно-жёлтом, почти плоском лице со следами от прыщей, степень крайнего недоумения. Из предложенных домов для покупки я выбрал заинтересовавший меня своей удалённостью от центра города дом с небольшим садом и приусадебным участком около десяти соток. На вопрос, с чем связана такая реакция, юноша долго не смог связать двух слов, путался, краснел, в итоге, от волнения едва не лишился чувств…
46 мин, 6 сек 19187
Спустился вниз, обошёл по периметру подвал, ведя рукой по сухим стенам. Вероятно, хорошая гидроизоляция позволила не завестись ни плесени, ни грибку. «Хорошо, — крикнул во весь голос, — очень хорошо! Я люблю тебя, дом!» Крикнул и почти не поседел. За моей спиной раздался глухой неразборчивый мужской голос, мороз ежовой рукавицей прошёлся по спине. Резко обернувшись, никого не заметил, но тут до моего слуха донеслось недовольное брюзжание и скрип половиц. Некто неизвестный скорым шагом направлялся на кухню. Струя воды звонко ударила в жестяной умывальник, и послышался звон разбитой посуды. Неописуемый ужас овладел мной и приковал к месту, свинцовая тяжесть от бёдер медленно распространилась к икрам и, я почувствовал, как занемели, застыли стопы. Не помню, закрывал ли дверь в подвал, но она оказалась закрытой. Сам ли поднялся или по воздуху переместился, но стою возле неё, вибрирую телом. Бурчание усилилось, шаги приблизились и замерли возле двери в подвал. Моё внимание приковано к ручке в форме змеиной головы. О господи, она медленно беззвучно повернулась — шторм тревожных ощущений готов разорвать моё тело — и, противно скрипя петлями, дверь приоткрылась на пару сантиметров. Послышался за спиной леденящий душу шорох, шипение и сип, до слуха донёсся звук, напоминающий трение подошв о ступени и тотчас гаснет свет. Волосы на затылке зашевелились. Преодолевая скованность ног с криком «а-а-а!» выскакиваю в кухню…
Трудно представить моё разочарование и в то же время необыкновенное облегчение, когда в помещении никого не оказалось. Да, вода мерно капала из крана. Капли дробились о рукомойник с металлическим пронзительным дребезжанием. Медленно-медленно вдыхаю — по системе йогов — воздух носом в грудь, до упора, задерживаю дыхание, смиряю бешеное биение сердца, также медленно-медленно носом выпускаю воздух. Ну, что же… спокойствие вновь наполняет меня уравновешенностью и скептицизмом. До такой степени наполнен, что возьми да крикни вглубь дома, мол, привидения, где же вы, выходите. Будем жить дружно! Не успели последние слова сорваться с уст, чувствую затылком едва ощутимое поглаживание… нежное прикосновение…
Не помню точно, чувств ли я лишился, или произошло что-то другое, но прихожу в себя стоящим перед холодильником, держа в правой руке початую бутылку водки.
«Нет! — убеждаю себя вслух, — нет и сотни тысяч раз нет! Ты же до мозга костей материалист, чёрт возьми! Где в твоём строго организованном мире место для призраков?»
Слушая в зале музыку, по радио передавали попурри из старых мелодий и песен, думал непрестанно о том, рои мыслей проносились в голове и вертелись вокруг одного: что же это могло быть? В итоге решил всё отнести на счёт разыгравшегося воображения.
Вторую половину дня посвятил проверке исправности светильников, выключателей и розеток. То, что всё оказалось в исправности, признаюсь, немного раздосадовало: не к чему было придраться; так же безукоризненно функционировали щеколды и затворы на окнах и дверях.
В третьем часу пополудни отправился пешком в город.
Ничто так не успокаивает расшалившиеся нервы, как пешая прогулка на свежем воздухе.
Отобедал в единственном ресторане в городе. С аппетитом, не торопясь, съел бульон с фрикадельками, фаршированную щуку с жареным картофелем, на десерт отведал фирменное пирожное, три тонких коржика бисквита, прослоенных воздушным кремом с лимоном и выпил кофе.
Трудно представить моё разочарование и в то же время необыкновенное облегчение, когда в помещении никого не оказалось. Да, вода мерно капала из крана. Капли дробились о рукомойник с металлическим пронзительным дребезжанием. Медленно-медленно вдыхаю — по системе йогов — воздух носом в грудь, до упора, задерживаю дыхание, смиряю бешеное биение сердца, также медленно-медленно носом выпускаю воздух. Ну, что же… спокойствие вновь наполняет меня уравновешенностью и скептицизмом. До такой степени наполнен, что возьми да крикни вглубь дома, мол, привидения, где же вы, выходите. Будем жить дружно! Не успели последние слова сорваться с уст, чувствую затылком едва ощутимое поглаживание… нежное прикосновение…
Не помню точно, чувств ли я лишился, или произошло что-то другое, но прихожу в себя стоящим перед холодильником, держа в правой руке початую бутылку водки.
«Нет! — убеждаю себя вслух, — нет и сотни тысяч раз нет! Ты же до мозга костей материалист, чёрт возьми! Где в твоём строго организованном мире место для призраков?»
Слушая в зале музыку, по радио передавали попурри из старых мелодий и песен, думал непрестанно о том, рои мыслей проносились в голове и вертелись вокруг одного: что же это могло быть? В итоге решил всё отнести на счёт разыгравшегося воображения.
Вторую половину дня посвятил проверке исправности светильников, выключателей и розеток. То, что всё оказалось в исправности, признаюсь, немного раздосадовало: не к чему было придраться; так же безукоризненно функционировали щеколды и затворы на окнах и дверях.
В третьем часу пополудни отправился пешком в город.
Ничто так не успокаивает расшалившиеся нервы, как пешая прогулка на свежем воздухе.
Отобедал в единственном ресторане в городе. С аппетитом, не торопясь, съел бульон с фрикадельками, фаршированную щуку с жареным картофелем, на десерт отведал фирменное пирожное, три тонких коржика бисквита, прослоенных воздушным кремом с лимоном и выпил кофе.
Страница 5 из 14
