Забыть солнце

— Красивая у тебя комната, — восторгалась я.

— Мне тоже нравится, особенно, когда ты здесь.

Он сел ко мне на диван и взял мою руку.

— Ты знаешь, по-моему, я ошиблась, — опустила я глаза в пол.

— В ком? Надеюсь, не во мне.

— Нет, конечно! Я по-прежнему люблю тебя.

— Спасибо, успокоила, — выдохнул он.

— Я тоже люблю тебя.

— Я насчёт Тахи. Она очень любит Алекса и теперь не может без него. Думаю, это может сработать.

— Сработать что?

— Что Ната захочет стать вампиром. Алекс может открыться ей.

— Придёт время, и она всё узнает. Но я рад, что ты успокоилась.

— Я хочу, чтобы мы вместе в один день стали вампирами, — я рассматривала ворсинке на ковре.

— Почему? — удивился он.

— Мне очень трудно скрывать от неё правду. От кого угодно, но только не от неё.

— Я надеюсь, ты не сказала ей, — он заставил посмотреть ему в глаза.

— Нет, не волнуйся, — я затрясла головой.

— Вики, я, конечно, поговорю с братом, если он решит, то она узнает, — несколько секунд он молча смотрел на меня.

— Когда ты хочешь измениться?

— Я думаю, в конце учебного года. Каждое лето мы проводим в лагере. Можно уехать на три недели.

— Ты хочешь измениться в этом году? Любимая, я так счастлив, — он прильнул ко мне, и я оказалась в его объятиях. Я села к нему на коленки и обвила руками его шею.

— Расскажи мне, как происходит обращение, — робко сказав, я положила голову ему на плечо.

— Одним укусом дело не обойдётся. Обращение займёт неделю — это очень кропотливая работа. Все эти дни мы должны быть вместе. Я должен буду пить твою кровь из шеи каждые три часа. Затем, как только у тебя появятся первые признаки вампира (бессонница, первые мысли о крови и странные сбивчивые эмоции), ты должна будешь пить мою кровь. Далее длительность зависит от иммунитета, который будет бороться с ядом содержащийся в моей крови. Когда твой организм не в силах будет сопротивляться, ты умрёшь, чтобы воскреснуть уже вампиром, — он погладил меня по спине.

— Когда мой организм будет бороться, это больно? — тихо спросила я.

— Я не знаю, что тебе сказать. Ты должна пройти через это. Боль — это одна из составляющих, чтобы стать таким как я.

— А когда кусаешь, тоже больно?

— Нет, тут всё наоборот. Тебе даже понравится. Вещество, которое содержится в моей слюне, вызывает эйфорию. Ты не чувствуешь тела, твой разум полностью отключён. Могут быть галлюцинации.

— Значит, одного лишь укуса мало. А твой укус может убить?

— Если я этого захочу — может.

— А если не захочешь?

— К чему ты клонишь? — уставился он на меня.

— Давай потренируемся, — я смотрела ему в глаза.

— Сейчас? Ты будешь очень долго отходить от галлюцинаций.

— А ты можешь не выделять слюну?

— Могу, но тебе будет больно.

Я протянула ему руку запястьем вверх.

— Хочешь попробовать? А то, может, она невкусная, как ты будешь пить её несколько дней в подряд? — я сделала непринуждённый вид, хотя внутри всё сжалось от страха.

— Она очень вкусная, можешь не сомневаться, — улыбнулся он.

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую её запах, и поверь мне, он очень аппетитный.

— Я хочу, чтобы ты попробовал её, — твёрдо сказала я.

— Шрам останется. Тебя это не смущает? — погладил место предполагаемого укуса.

— Шрам… — задумалась я.

— Нет, не смущает.

— Любимая, ты невыносима. Ты сейчас соблазняешь вампира укусить. Я уже держусь из последних сил. Я не могу сопротивляться, особенно тебе, такой аппетитной, — я протянула руку к его рту. Он нерешительно на меня посмотрел.

— Давай, — прошептала я и закрыла глаза.

Резкая боль пронзила моё запястье. Я вздрогнула, но не оттянула руку. Потом я почувствовала разливающееся тепло по всему телу. Всё ещё держа закрытые глаза, я расслабилась. Мне уже не очень было больно, только тепло вытекающей крови из моей вены. Через некоторое время я почувствовала холодные поцелуи на своём лице. Я открыла глаза и увидела его довольное лицо.

— Любимая, подожди минутку, — он встал и пошёл к шкафчику, который висел на стене. Через несколько секунд он вернулся, взял мою руку и забинтовал её. Потом он протянул стакан с кровью.

— Пей, тебе надо восстановить количество потерянной крови. Ты стала очень бледной.

Я выпила залпом полстакана и легла на диван. Он склонился надомной и поцеловал мою щёку.

— Прости, — на ухо прошептал он.

— Макс, тут не за что извинятся. Я сама хотела, — погладила его по щеке.

— Я не об этом. Я немного увлёкся и выпил немного больше, чем нужно. Но ты такая вкусная, и я давно не пил тёплую кровь. Уже очень давно, я забыл, как это приятно, — как-то странно сказал он, облизнувшись.

— Э-э-э… полегче. Это не значит, что теперь надо кусать людей.

— Да, ты права, просто сейчас я плохо контролирую себя, мне так хорошо. Через час это пройдёт. Теперь я вспомнил, почему не кусаю людей. Инстинкты становятся сильней, чем твой разум.

— Теперь я извиняюсь. Я не знала… Прости… Ты же мне не сказал… — от волнения слова сбивались в непонятные предложения.

Он придвинул меня к себе.

— Шшш… Всё хорошо. Просто дай мне время.