Я не думал что он реальный!
1 мин, 29 сек 11
## XI. Заметка Дэна.
— «Я просто хотел снять крутое видео для канала: заброшенный ТЦ, мёртвые эскалаторы, эта вся атмосфера. Зашёл, нашёл какой-то старый павильон на втором этаже. Там — разделочная стойка, фартук, нож, бита… и свежий разрезанный апельсин. Будто кто-то только что тут был и на секунду отошёл. Я начал снимать, шептал в камеру:» Тут кто-то был, недавно…» — и в этот момент за спиной скрипнуло».
Я обернулся. В дальнем конце коридора, в самой густой тени, стоял высокий силуэт: чёрная одежда, бинты на руках, белый фартук. Лица не разглядел — только зелёные глаза и этот странный запах, от которого живот сводит. Он сделал один беззвучный шаг… и я рванул прочь.
Дома посмотрел запись: на ней вообще ничего — пустой коридор, стойка, ни фартука, ни апельсина, ни фигуры. Только в самом конце, на краю кадра — крошечное белое пятно, будто бинт. Я удалил видео. Но не спал несколько ночей.
А потом в квартире появился запах апельсинов — резкий, шершавый. Я обыскал всё: в холодильнике пусто, фруктов не покупал. А утром на подоконнике лежала сухая, скрученная корка. Как будто он знал, куда я потянусь рукой.
Позже я начал читать про это место, про Мясника Стью. Про то, как он убил мать, как годами работал с мясом и битой, как будто его тело вообще не помнит боли. Про его сестру Сьюзи, которую убили, и про отца, Чеда, у которого крыша поехала от видений. И про Сильвера — его друга, которого Стью проклял, и теперь тот бродит призраком возле старой церкви.
И знаешь, что самое жуткое? Чем больше я узнаю, тем сильнее чувствую: он не просто где-то там, в заброшке. Он будто ходит по моим следам. И каждый раз, когда в комнате становится слишком тихо, я думаю об одном: тишина бывает разная. Бывает, когда ты один. А бывает — когда ты не один, но второй не шумит «.» — —
— «Я просто хотел снять крутое видео для канала: заброшенный ТЦ, мёртвые эскалаторы, эта вся атмосфера. Зашёл, нашёл какой-то старый павильон на втором этаже. Там — разделочная стойка, фартук, нож, бита… и свежий разрезанный апельсин. Будто кто-то только что тут был и на секунду отошёл. Я начал снимать, шептал в камеру:» Тут кто-то был, недавно…» — и в этот момент за спиной скрипнуло».
Я обернулся. В дальнем конце коридора, в самой густой тени, стоял высокий силуэт: чёрная одежда, бинты на руках, белый фартук. Лица не разглядел — только зелёные глаза и этот странный запах, от которого живот сводит. Он сделал один беззвучный шаг… и я рванул прочь.
Дома посмотрел запись: на ней вообще ничего — пустой коридор, стойка, ни фартука, ни апельсина, ни фигуры. Только в самом конце, на краю кадра — крошечное белое пятно, будто бинт. Я удалил видео. Но не спал несколько ночей.
А потом в квартире появился запах апельсинов — резкий, шершавый. Я обыскал всё: в холодильнике пусто, фруктов не покупал. А утром на подоконнике лежала сухая, скрученная корка. Как будто он знал, куда я потянусь рукой.
Позже я начал читать про это место, про Мясника Стью. Про то, как он убил мать, как годами работал с мясом и битой, как будто его тело вообще не помнит боли. Про его сестру Сьюзи, которую убили, и про отца, Чеда, у которого крыша поехала от видений. И про Сильвера — его друга, которого Стью проклял, и теперь тот бродит призраком возле старой церкви.
И знаешь, что самое жуткое? Чем больше я узнаю, тем сильнее чувствую: он не просто где-то там, в заброшке. Он будто ходит по моим следам. И каждый раз, когда в комнате становится слишком тихо, я думаю об одном: тишина бывает разная. Бывает, когда ты один. А бывает — когда ты не один, но второй не шумит «.» — —
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
