Записи порубежья

Лес шумит, роняя шишки в траву. Завтра утром грызуны и птицы накинутся на добычу, а сейчас спят. Но не спит красноликая луна, она пылает, как и страсть в груди Джульетты. Прекрасная дева с глазами, как алмазы, белоснежной улыбкой. Русая коса покоится на складках лучшего платья. Она ждет своего мужчину, что крадется в темноте, желаньем томим прижаться к ланитам избранницы. И вот он появляется в окне. Лишь легкая повязка покрывает его чресла, косматая ткань напоминает шкуру, а сам он — дикого зверя. Разгоряченный, пот прорыл ручейки на могучей груди, дыхание срывается с губ, тех самых, что так жадно целуют. Он бежал. Джульетта бросается к нему, объятия, крепкие как тиски. В его руках она самая счастливая женщина на земле.

— Ах, если бы ты знал, как я ждала тебя, — выдыхает она.

— Я тоже, любовь моя, — нежно отвечает юноша.

Она проводит белыми ладонями по длинным каштановым волосам. Знакомые рожки под копной, такие аккуратные и милые. Он пришел, ее зверь. Да, он не человек. Он — лесной олень, которого сила красоты обратила в человека. Однажды он увидел ее, черпающей воду из ручья, и бог любви Эрос одарил его своим даром. Он зажег в зверином сердце великую страсть, и стал олень одним из нас — страждущим от истомы двуногим существом. Необычайной красоты стал мужчина, одарила взаимностью Джульетта. Теперь днем он бытует лесной жизнью, ночью мчится к ней.

— Пойдем, — говорит он и тянет за руку. — Я принес тебе подарок. Очень сочный.

Ведет по траве двора, к самому дальнему стойлу. Сейчас там дремлют лошади, почти братья ему. Колоски щекочут пятки Джульетты, она улыбается от счастья. Что за сочные яства мог принести избранник? Фрукты, вино, пирог в сиропе?

Он распахивает двери, падает пламя свечей.

— Вот, посмотри, я только поймал его. Кровь еще теплая.

— О нет, — Джульетта в ужасе закрывает ладонями губы.

У ног валяется тушка зайца. Яркий кровавый след на шее от зубов оленя, что нес добычу сквозь чащу. Шерсть вылезла, один глаз навыкате, смотрит прямо на нее. Чрево лопнуло, блестит клубок внутренностей.

— Это отвратительно!

Она себя не контролирует. Рука поднимается в резком жесте. И вот на лице любимого расцветает пятно пощечины. Олень растерян, его дар отвергнут. Утратив контроль над телом, оборачивается зверем. Хочет убежать, но в порыве отчаяния наскакивает на Джульетту. Молодые рога еще не отросли после линьки, их края остры. Видит Бог, он не хотел этого. Но сделанного не воротишь.

Джульетта оседает на пол, зажимая смертельную рану. Он бросается к ней, снова человек. Но лишь бессильный вопль прозвучал в ночи.

Конец.

Хотя, может, сделать счастливый финал? Примерно такой.

Она журит его. Лишь диким зверям дозволено есть сырую плоть, и убивать невинных. Но он теперь человек, выше законов природы. Он — духовное и возвышенное существо. Олень осознает свою ошибку и навсегда сбрасывает шкуру зверя…

Как-то слащаво. Лучше первый вариант. Наверное. Впрочем, пусть читатель сам решает. Открытый финал — лучший вариант «.»

«Мои приветствия, полковник.»

К сожалению, это письмо не доставит вам удовольствия, да и любому человеку в здравом уме. Как и сообщал в телеграмме, в городе произошла еще одна загадочная смерть. Возможно, убийство, хотя с той же вероятностью это мог быть несчастный случай. Подробности его поистине жуткие, но я должен преодолеть себя.

Утро вторника не предвещало ничего плохого. Я едва приступил к завтраку, бекон уже щекотал ноздри, как прямо на кухню ворвался Малыш Стиви, один из констеблей. Так его прозвали за мягкий нрав, хотя размерами он мог потягаться с небольшим быком.

«Убийство, господин следователь, убийство! — сбивчиво чуть ли не прокричал он».

Я умерил его пыл, но завтрак все-таки остался ждать лучшего часа. Взял лишь парочку пирогов. Потом я буду благодарен легкому перекусу, ведь что-то более серьезное желудок мог бы и не удержать. После того, что я увидел. Но давайте будем последовательны.

Мороз щипал лицо, снег хрустел под колесами экипажа, но солнце стояло высоко, незамутненное тучами. В сам город мы не заезжали, проколесив по околице к одному из фермерских угодий, что густо испещрили предместья. Несколькими корпусами оно ютилось к лесу, словно врастало в него. Стив разъяснил ситуацию, активно жестикулируя. Хотя произошедшее не совпадало с его бурной реакцией. Дочь фермера Джульетту Тимберсон, нашли мертвой в конюшне, в своем самом лучшем платье. Нашла мать. Бедная женщина ужасно голосила, и я ее понимаю, мужу пришлось силой утащить ее. Неясно, что девушка там искала, ведь лошадей они не держали последние два года. К утру тело замерзло, но, по словам Стиви, никаких насильственных признаков не имело. Словно она просто вышла и умерла от холода. Так что версию об убийстве взял с потолка. Его товарищи остались на ферме с приказом никого не впускать и не выпускать.

Вот мы и подошли к самой нелицеприятной части письма, полковник.