И с чего это меня потянуло писать? Хотя заводит мысль о том, что если я вдруг предстану перед судом и буду предан, несомненно, смертной казни, то легенда о моих убийствах дойдет до потомков не в искаженном людьми виде… Я лишь, как и большинство ученых, естествоиспытатель. Я люблю людей. Разве это нехорошо? Разве это предосудительно?
13 мин, 37 сек 17373
Недолгая, но болезненная процедура быстро лишила её рук и Эмили лишилась заодно и сознания. Жаль… Похоже глаз она больше не откроет. Но эксперимент нужно продолжать. Я отсек и ноги своей милой подопытной, и вновь собрал у нее кровь через 10 минут. Дыхательная конструкция замерла. Сердце делало последние толчки… От трупа я избавился некрасиво. Хотя впрочем, большинство крематориев так людей и хоронят. Я сжег труп в лесополосе… Кстати, об эксперименте. На мой взгляд, он провалился. Из последних трех ещё державшихся девушек(им всем, кстати, было меньше 18) две стали есть трупы предшественниц и умерли из-за того, что перегрызли друг другу глотки. Третья после них продержалась ещё 2 часа, после чего сошла с ума и сама же размозжила себе голову о стену. Никакой точной информации о том, в какой момент душа начинает считать, что сосуд ей непригоден и растворяется, я не выяснил, увы.
Зато пробы крови Эмили подтвердили мою догадку: по мере приближения смерти, по мере деформации сосуда души, кровь становилась более густой и клейкой, выделяя в эритроцитах весьма интересные вещества, формулу которых я сейчас вычисляю. Похоже это был третий шаг к душе человеческой… Записка 4.
Стоило только оставить несколько трупов около шоссе, идущего рядом с лесом, где я нашел очень уютное заброшенное задание чем-то отдаленно напоминающее лабораторию, как тут же около него поставили дежурить полицейских. Тяжело стало проникать в это здание, приходится ходить втайне и жертв проносить в тайне, а трупы некрасиво подвешивать на ветках деревьев в лесу. Вы только представьте, что около сотни красивых девушек остались на съедение воронам и волкам. Ужасно!
Жаль, люди никогда не понимали гениев. С нами так нельзя. Нам нужно давать дорогу.
Вчера ночью один из констеблей добрел до моей лаборатории как раз в тот момент когда я отлучился на 10 минут, чтобы подвесить по близости разбитый сосуд очередной своей подопытной.
Идея пришла незамедлительно: ведь всеми моими подопытными были женщины и девочки, так как я считал их душевную организацию более тонкой. Да и другого выхода не было — не убив его, я бы не попал в свое здание. Но я не убийца, я исследователь. Просто исследователь и я не могу упустить такой подопытный образец.
Констебль даже почти не сопротивлялся. Видимо, надеялся справится со мной на месте. Все-таки он дурень, но его тело было просто идеальным: молодой, здоровый, полный сил организм.
Я проделывал с ним почти все, что до этого проделывал с женщинами… А вы, кстати, знаете, что опорная система мужчин в 2 раза более хрупкая, нежели женская? Я убедился экспериментально: привел парня в сознание и стал при помощи длинной металлической насадки и устройства, напоминающего дрель, пробивать основные опорные точки… аккуратно, оставляя чувство притупленной боли, просунув насадку в анальное отверстие. Кстати, до тех пор пока насадка не стала дробить тазовую кость я замечал, что мужской организм возбуждался, а затем переходил в то же чувство, что испытывают женщины при сексе, только вот у женщин это чувство не сопровождается столь же сильными болевыми импульсами. И ещё замечу, что даже когда насадка пробила позвоночник он остался жив и что ещё более удивительно — в сознании. Как только он подал голос, я воткнул ему в определенную точку на шее спицу, тонкую как волосок спицу… В один миг он захлебнулся собственной кровью… Знаете, у мужчин своеобразная красота. Маска смерти им идет больше, чем женскому лицу… Труп был аккуратно подвешен прямо у шоссе. Вот только под тяжестью тела онемевшие мышцы подопытного быстро сдались и разорвались, оставив висеть лишь руки до уровня локтя. Все остальное рухнуло прямо рядом с дорогой. Значок и удостоверение, впрочем как и пиджак, я оставил при нем. И пусть его имя впишут в историю, как первого подопытного-мужчину великого ученого в области познания связи тела и души человеческой Джеймса Майера.
P.S. Подозрения усилились. Ничего не могу поделать. Перебираюсь в город. Забираю все, что можно, из лаборатории, затем сожгу её. Буду действовать в подвале лаборатории, где я работаю. Будет тяжело. Но я закончу исследования. Осталось добраться до сердца.
Записка 5.
Зато пробы крови Эмили подтвердили мою догадку: по мере приближения смерти, по мере деформации сосуда души, кровь становилась более густой и клейкой, выделяя в эритроцитах весьма интересные вещества, формулу которых я сейчас вычисляю. Похоже это был третий шаг к душе человеческой… Записка 4.
Стоило только оставить несколько трупов около шоссе, идущего рядом с лесом, где я нашел очень уютное заброшенное задание чем-то отдаленно напоминающее лабораторию, как тут же около него поставили дежурить полицейских. Тяжело стало проникать в это здание, приходится ходить втайне и жертв проносить в тайне, а трупы некрасиво подвешивать на ветках деревьев в лесу. Вы только представьте, что около сотни красивых девушек остались на съедение воронам и волкам. Ужасно!
Жаль, люди никогда не понимали гениев. С нами так нельзя. Нам нужно давать дорогу.
Вчера ночью один из констеблей добрел до моей лаборатории как раз в тот момент когда я отлучился на 10 минут, чтобы подвесить по близости разбитый сосуд очередной своей подопытной.
Идея пришла незамедлительно: ведь всеми моими подопытными были женщины и девочки, так как я считал их душевную организацию более тонкой. Да и другого выхода не было — не убив его, я бы не попал в свое здание. Но я не убийца, я исследователь. Просто исследователь и я не могу упустить такой подопытный образец.
Констебль даже почти не сопротивлялся. Видимо, надеялся справится со мной на месте. Все-таки он дурень, но его тело было просто идеальным: молодой, здоровый, полный сил организм.
Я проделывал с ним почти все, что до этого проделывал с женщинами… А вы, кстати, знаете, что опорная система мужчин в 2 раза более хрупкая, нежели женская? Я убедился экспериментально: привел парня в сознание и стал при помощи длинной металлической насадки и устройства, напоминающего дрель, пробивать основные опорные точки… аккуратно, оставляя чувство притупленной боли, просунув насадку в анальное отверстие. Кстати, до тех пор пока насадка не стала дробить тазовую кость я замечал, что мужской организм возбуждался, а затем переходил в то же чувство, что испытывают женщины при сексе, только вот у женщин это чувство не сопровождается столь же сильными болевыми импульсами. И ещё замечу, что даже когда насадка пробила позвоночник он остался жив и что ещё более удивительно — в сознании. Как только он подал голос, я воткнул ему в определенную точку на шее спицу, тонкую как волосок спицу… В один миг он захлебнулся собственной кровью… Знаете, у мужчин своеобразная красота. Маска смерти им идет больше, чем женскому лицу… Труп был аккуратно подвешен прямо у шоссе. Вот только под тяжестью тела онемевшие мышцы подопытного быстро сдались и разорвались, оставив висеть лишь руки до уровня локтя. Все остальное рухнуло прямо рядом с дорогой. Значок и удостоверение, впрочем как и пиджак, я оставил при нем. И пусть его имя впишут в историю, как первого подопытного-мужчину великого ученого в области познания связи тела и души человеческой Джеймса Майера.
P.S. Подозрения усилились. Ничего не могу поделать. Перебираюсь в город. Забираю все, что можно, из лаборатории, затем сожгу её. Буду действовать в подвале лаборатории, где я работаю. Будет тяжело. Но я закончу исследования. Осталось добраться до сердца.
Записка 5.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4
