Фандом: Гарри Поттер. Один проиграл последнюю битву и потерял всех, кто был дорог. У второго попытка поговорить с любимой женщиной закончилась скандалом «с отягчающими». Оба заснули с мыслью «Да пропади все пропадом!» Проснулись…«Все, как заказывали, господа! Пропало!»
260 мин, 30 сек 11375
— Ты можешь нормально объяснить, что мы ищем?
Алиса присела на край стола, не обращая внимания на презрительный взгляд:
— Объясняю нормально. Мы ищем способ обнаружить члена семьи. Родольфус пропал, дома его нет, в библиотеке он сегодня тоже не появлялся. Как и ни в одном из тех мест, где обычно бывает.
— А может, он от тебя просто сбежал?
— Не смешно.
Рабастан почесал затылок:
— А с чего ты вообще взяла, что такое заклинание существует? И почему я о нем не знаю?
— Потому что ты не глава семьи, — начала она с последнего вопроса. — Существует, я точно знаю. Ищи.
Младший Лестрейндж вскинул голову, прищурился, будто собираясь сказать что-то едкое. И вдруг замер.
— Глава семьи? Мерлиновы штаны, а сразу сказать не могла? Сэкономили бы полчаса и сожрали на полфунта меньше пыли! А ну, пошли!
И Алиса пошла — вернее, побежала — за широко шагающим Рабастаном. По устланной ковром парадной лестнице — в просторный холл, оттуда — в узкий боковой коридорчик. За неприметной дощатой дверью оказалась вторая лестница, винтовая. Алиса сначала считала ступеньки, пытаясь понять, глубоко ли они спускаются, потом сбилась и перестала. И еще дверь, теперь тяжелая, из цельных бревен, соединенных вместе тускло поблескивающими полосами желтоватого металла. Неужели золото?
Рабастан сдул пыль с одной из них, прикоснулся пальцами.
— Младший в семье просит помощи у Сердца Дома, — торжественно сказал.
Дверь заскрипела, открываясь.
Он шагнул за порог, Алиса двинулась было следом, но наткнулась на невидимую стену, плотную, непробиваемую. Пришлось ждать снаружи.
Рабастан вышел довольно скоро и со свитком пергамента, по виду — не новее той книги, в которой он недавно копался.
— Это здесь. Пошли в библиотеку, там карта есть.
Пока поднимались, молчали. Алиса — от удивления, а сам он наверняка не очень-то хотел с ней общаться.
В библиотеке развернул широкую, на весь стол, карту Англии.
— Надеюсь, этой хватит, — пробормотал. И вдруг повернулся, взглянул прямо в глаза: — Если, конечно, заклинание сработает.
— А почему нет?
Рабастан усмехнулся:
— Ты серьезно? Хочешь сказать, что не знаешь, что тип, с которым ты спишь, не Руди?
Алиса вздохнула:
— Я с ним не сплю. И да, я знаю, кто он. А ты давно догадался?
Он пожал плечами:
— Сразу же. Одного только не понял: почему он так расстроился, когда я его из дома выгнал? А потом и вовсе чудно: его эльф слушался! И утверждал, что это хозяин! А эльфы в таких делах не ошибаются. Но не мог же я перепутать собственного брата с каким-то типом!
— Не мог, — согласилась Алиса. — Тем более, они не очень друг с другом похожи. Слушай, ты можешь быстрее? — не выдержала она. — Заклинание сработает, даже не сомневайся. Потому что это действительно Родольфус, хоть и не… Впрочем, пусть он тебе сам все расскажет? Если, конечно, мы успеем.
Рабастан ничего не ответил, коснулся палочкой свитка. И тут же на карте загорелась алая точка.
— Вот!
— Точно!
Алиса увеличила изображение, так, чтобы точно можно было определить координаты места. Придвинула к себе один из украшавших стол помпезных подсвечников:
— Портус!
Дотронулась до него и тут же поверх ее руки легла другая.
Выгоревшая трава, речушка и несколько чахлых деревьев на берегу. И дом — старый, заброшенный. И слишком маленький — внутри наверняка не больше одной комнаты. Кажется, ей туда. Вернее, им.
— Мистер Лестрейндж, какого хре… То есть, позвольте поинтересоваться, почему вы покинули место своего домашнего ареста, нарушив условия, при которых Визенгамот определил вам именно эту меру наказания?
— Потому что не мог допустить, чтобы ты расхаживала неизвестно где с собственностью нашей семьи, — хмыкнул Рабастан, указав на подсвечник, который Алиса все еще сжимала в руке. — Этот канделябр из белого золота подарил моему предку — первому прибывшему в Британию Лестрейнджу — сам Вильгельм, прозванный маглами «Завоевателем». Если тебя прибить и продать на ингредиенты изготовителям темных зелий, то и половину его цены не дадут.
— Или потому что ты придурок, — улыбнулась Алиса. Что ни говори, а соваться в незнакомое место все-таки лучше не одной. — Ну что, будем считать, что пару лет Азкабана заработал. Идем дальше?
Он кивнул. Алиса ткнула палочкой в замочную скважину:
— Аллохомора!
Не помогло. Ну что ж…
— Присоединяйся.
Вместе наставили палочки на казавшуюся довольно хлипкой дверь. Впрочем, оба знали, что самую тонкую стену можно сделать куда крепче заклинаниями.
— Бомбарда максима! — закричали хором.
Пыль от разнесенной в щепки двери осела, открыв холл с высоким — куда выше, чем снаружи казалось — потолком и широкий коридор. По нему они и пошли, пока шагов через полсотни не уперлись в еще одну дверь.
— Тоже выносим к гоблиновой матери? — уточнил Рабастан, поднимая палочку.
Дверь открылась сама.
Здесь:
— … В душу, в мать!
Алиса присела на край стола, не обращая внимания на презрительный взгляд:
— Объясняю нормально. Мы ищем способ обнаружить члена семьи. Родольфус пропал, дома его нет, в библиотеке он сегодня тоже не появлялся. Как и ни в одном из тех мест, где обычно бывает.
— А может, он от тебя просто сбежал?
— Не смешно.
Рабастан почесал затылок:
— А с чего ты вообще взяла, что такое заклинание существует? И почему я о нем не знаю?
— Потому что ты не глава семьи, — начала она с последнего вопроса. — Существует, я точно знаю. Ищи.
Младший Лестрейндж вскинул голову, прищурился, будто собираясь сказать что-то едкое. И вдруг замер.
— Глава семьи? Мерлиновы штаны, а сразу сказать не могла? Сэкономили бы полчаса и сожрали на полфунта меньше пыли! А ну, пошли!
И Алиса пошла — вернее, побежала — за широко шагающим Рабастаном. По устланной ковром парадной лестнице — в просторный холл, оттуда — в узкий боковой коридорчик. За неприметной дощатой дверью оказалась вторая лестница, винтовая. Алиса сначала считала ступеньки, пытаясь понять, глубоко ли они спускаются, потом сбилась и перестала. И еще дверь, теперь тяжелая, из цельных бревен, соединенных вместе тускло поблескивающими полосами желтоватого металла. Неужели золото?
Рабастан сдул пыль с одной из них, прикоснулся пальцами.
— Младший в семье просит помощи у Сердца Дома, — торжественно сказал.
Дверь заскрипела, открываясь.
Он шагнул за порог, Алиса двинулась было следом, но наткнулась на невидимую стену, плотную, непробиваемую. Пришлось ждать снаружи.
Рабастан вышел довольно скоро и со свитком пергамента, по виду — не новее той книги, в которой он недавно копался.
— Это здесь. Пошли в библиотеку, там карта есть.
Пока поднимались, молчали. Алиса — от удивления, а сам он наверняка не очень-то хотел с ней общаться.
В библиотеке развернул широкую, на весь стол, карту Англии.
— Надеюсь, этой хватит, — пробормотал. И вдруг повернулся, взглянул прямо в глаза: — Если, конечно, заклинание сработает.
— А почему нет?
Рабастан усмехнулся:
— Ты серьезно? Хочешь сказать, что не знаешь, что тип, с которым ты спишь, не Руди?
Алиса вздохнула:
— Я с ним не сплю. И да, я знаю, кто он. А ты давно догадался?
Он пожал плечами:
— Сразу же. Одного только не понял: почему он так расстроился, когда я его из дома выгнал? А потом и вовсе чудно: его эльф слушался! И утверждал, что это хозяин! А эльфы в таких делах не ошибаются. Но не мог же я перепутать собственного брата с каким-то типом!
— Не мог, — согласилась Алиса. — Тем более, они не очень друг с другом похожи. Слушай, ты можешь быстрее? — не выдержала она. — Заклинание сработает, даже не сомневайся. Потому что это действительно Родольфус, хоть и не… Впрочем, пусть он тебе сам все расскажет? Если, конечно, мы успеем.
Рабастан ничего не ответил, коснулся палочкой свитка. И тут же на карте загорелась алая точка.
— Вот!
— Точно!
Алиса увеличила изображение, так, чтобы точно можно было определить координаты места. Придвинула к себе один из украшавших стол помпезных подсвечников:
— Портус!
Дотронулась до него и тут же поверх ее руки легла другая.
Выгоревшая трава, речушка и несколько чахлых деревьев на берегу. И дом — старый, заброшенный. И слишком маленький — внутри наверняка не больше одной комнаты. Кажется, ей туда. Вернее, им.
— Мистер Лестрейндж, какого хре… То есть, позвольте поинтересоваться, почему вы покинули место своего домашнего ареста, нарушив условия, при которых Визенгамот определил вам именно эту меру наказания?
— Потому что не мог допустить, чтобы ты расхаживала неизвестно где с собственностью нашей семьи, — хмыкнул Рабастан, указав на подсвечник, который Алиса все еще сжимала в руке. — Этот канделябр из белого золота подарил моему предку — первому прибывшему в Британию Лестрейнджу — сам Вильгельм, прозванный маглами «Завоевателем». Если тебя прибить и продать на ингредиенты изготовителям темных зелий, то и половину его цены не дадут.
— Или потому что ты придурок, — улыбнулась Алиса. Что ни говори, а соваться в незнакомое место все-таки лучше не одной. — Ну что, будем считать, что пару лет Азкабана заработал. Идем дальше?
Он кивнул. Алиса ткнула палочкой в замочную скважину:
— Аллохомора!
Не помогло. Ну что ж…
— Присоединяйся.
Вместе наставили палочки на казавшуюся довольно хлипкой дверь. Впрочем, оба знали, что самую тонкую стену можно сделать куда крепче заклинаниями.
— Бомбарда максима! — закричали хором.
Пыль от разнесенной в щепки двери осела, открыв холл с высоким — куда выше, чем снаружи казалось — потолком и широкий коридор. По нему они и пошли, пока шагов через полсотни не уперлись в еще одну дверь.
— Тоже выносим к гоблиновой матери? — уточнил Рабастан, поднимая палочку.
Дверь открылась сама.
Здесь:
— … В душу, в мать!
Страница 60 из 71
