Здравствуй, новый друг

Это было незабываемо для ребенка, не видевшего ранее никого, кто мог бы так быстро передвигаться. Они маневрировали между деревьев легко и тихо — девочка даже не слышала шелест листвы под ногами. Только сердцебиение было громким, как никогда, а из плеча ее друга по-прежнему шла кровь. Ранец чуть не упал, но Соня вовремя его поймала, а Слендер, покосившись на девочку, устремил «взгляд» вперёд и побежал ещё быстрее. Через пару минут он затормозил — вдали виднелся старый, но вполне жилой на вид дом. Слендер поставил Соню на землю и поднялся на веранду, открыл дверь и жестом пропустил вперёд девочку, тут же забежавшую в дом и держащуюся за лямки ранца. Тощий зашёл следом, закрыв дверь, включил свет и прошёл в гостиную. Изнутри дом был на удивление убран, выглядел так, как будто бы тут живёт кто-то любящий тёплую обстановку и гостей. Слендер присел на стул, снял пиджак, галстук и уже начал снимать рубашку, но руки его затряслись. Соня посмотрела на них: пальцы были тонкими, вместо ногтей были белые, как его кожа, когти.

— Давай я тебе помогу! — Соня быстро подбежала к нему и принялась расстёгивать рубашку. Кожа на лице Слендера покрылась едва заметным румянцем. Это выглядело очень странно и даже немного жутко, ибо создавалось ощущение, что лицо у него есть, но оно покрыто ещё одним слоем белой кожи. Все пуговицы были расстегнуты, и Слендер уже снимал рубашку, шипя от боли — видимо, это единственный звук, который он мог издать. Всё его тело было покрыто шрамами, порезами, ожогами. Безликий достал из ящика комода катушку ниток с торчащей иглой, попробовал вздеть нить в ушко, но это так и не получилось. Тогда Соня решила помочь, но оказалось, что вместо нити была леска. Девочка вдела леску в ушко и отошла на пару шагов, а Слендер принялся зашивать плечо, шипя, подёргиваясь изредка от боли. Соня не могла на это смотреть и отвернулась, и чуть погодя в её сознании что-то промелькнуло, она обернулась. Слендер наложил всего лишь несколько швов, натянул леску, чтобы стянуть кожу. Кровь почти перестала течь. Он сделал ещё несколько швов, затянул сильнее и завязал узелок, накинул на себя рубашку и жестом предложил Соне пройти на кухню.

Кухня была на удивление светлой. Слендер поставил чайник, продолжая иногда шипеть от боли. Они сидели молча, смотря друг на друга, а чуть позже девочка достала из ранца карандаш с тетрадкой и, протянувшись через весь стол, положила перед Слендером.

— А откуда у тебя эти шрамы? — Соня уже не плакала, только слегка улыбалась. Слендер взял карандаш и медленно, аккуратно выводя буквы, писал.

— Вырастешь — всё расскажу. А пока что, давай оставим такие разговоры. Тебе опасно приходить ко мне просто так. Теперь ты это знаешь. Если хочешь, то можешь приходить, но я должен об этом знать. Когда ты захочешь меня увидеть, иди от своего дома прямо к забору. Возьми какую-нибудь палку и иди вдоль, чуть слышно стуча по нему. И, когда дойдёшь до прохода, смотри, чтобы там не было записок. А теперь… — Слендер встал, отдав Соне тетрадку и карандаш, выключил газ и налил себе и ей чаю. Он не пил его, а девочка с удовольствием быстро опустошила кружку.

— Почему ты не пьёшь чай? — она посмотрела на Слендера и не смогла свести с него глаз. На натянутой коже слегка появлялись контуры лица, затем отчётливей стали видны уголки губ, появился рот. На этом всё остановилось, и Слендер, почти не открывая рта, начал пить. Протянул свою руку через весь стол и взял тетрадь с карандашом.

— Я боюсь тебя напугать. Я тебя не обижу, но буду рядом лишь тогда, когда буду тебе нужен. А пока, тебе пора. Обо мне уже кричат по всему городку. Сейчас я унесу тебя. Запомни, что без надобности ко мне ходить не стоит, -Слендер протянул обратно её вещи и, пока Соня читала это, допил чай.

Рта как будто бы и не было, когда девочка подняла глаза на Тощего. Он взял её за руку, выведя на крыльцо, и снова посадил Соню на плечо. Отнёс до выхода. Девочка была почти дома, и, пройдя с десяток метров, она оглянулась — но дырки в заборе уже не было. Соня отправилась домой, а на лице её застыла лёгкая улыбка. Девочка и забыла уже об испачканной одежде. Придя домой, она увидела там местную милицию. Мама подбежала, обняла её. Служители порядка спросили, видела ли Соня что-то странное, но та, ответив, что нет, ушла и заперлась в своей комнате. Милиция вскоре на удивление быстро ушла, и девочка вновь принялась рисовать своего нового друга у себя в комнате, не открывая никому дверь.