Повесть начинается повествованием о маленькой девочке Софи, переехавшей в уральский городок в раннем возрасте, но в новой школе её находят только проблемы. В первый же день её ведут в лес, чтобы устроить ей тёмную, после которой она бежит в неизвестном направлении. Проснувшись она встречает его…
141 мин, 39 сек 20143
Выйдя в холл я уже почувствовал этот запах. Запах дождя… Запах свежести. Я весь день сидел в его кабинете и рассказывал в самых тончайших подробностях о том, что происходило. Всё точно. Слово-в-слово, как мне рассказывала когда-то Софи. -Дверь из участка жутко и неприятно скрипела, но жажда свободы опустила на ноль эту раздражающую мелочь. — Теперь только одно мне непонятно… — Машина чуть не обрызгала меня, проезжая на красный свет светофора. Её занесло и она чуть не врезалась в столб. Обошлось. Это слегка сбило меня с мысли, но пожалуй я к ней вернусь… — Зачем Софи просить меня всё это рассказать…? Я полностью потерял её след. Если раньше я мог увидеть её у того же Безликого, которому я совершенно не доверяю, то сейчас она как в воду канула. Хоть бы с ней всё было в порядке…
Я практически подошёл к дому, когда на полном ходу меня толкнул неизвестный прохожий. Из его кармана выпал кошелёк. Подобрав его, я хотел было окрикнуть неизвестного мне, но тот уже исчез. Странно было то, что исчезнуть здесь негде… Положив кошелёк в карман, я двинулся дальше.
Наконец я вижу такой родной свет фонаря на крыльце. Наконец я могу отдохнуть от всего. Зайдя в подъезд и, чуть не врезавшись в косяк, я покачнулся. Стена поймала меня, приняв довольно мягко и безболезненно. Странное чувство невесомости, лёгкости и в то же время тяжести… Надо было скорее подниматься и ложиться спать. Даже есть не хочется… даже от запаха еды воротит…
Приоткрыв дверь я увидел включенный в коридоре свет. Странно, вроде бы я ничего не включал, когда уходил. Должно быть сестра заезжала… Отворив дверь я почувствовал тёплый воздух, словно специально приглашающий меня в дом. Шум в дальней комнате заставил меня слегка попятиться. Достав из кармана и раскрыв нож я осторожно двинулся по коридору в кухню. Двигаться я старался как можно тише, чтобы не спугнуть нежданного гостя. Лёгкий шум раздавался со стороны шкафов. Я уже миновал поворот и был готов сделать выпад в сторону неприятеля. Но тут что-то схватило меня сзади, приставив к горлу нож. Мне стало тяжело дышать. Из-за угла кухни вышла Софи, попросила остановиться, картинка расплылась и я потерял сознание.
Очнувшись я почувствовал ужасную головную боль. Свет в коридоре всё ещё горел, но я уже лежал в своей постели в одних трусах и носках. Я вскочил и вбежал на кухню. Кухня была пуста. Я проверил всю квартиру. Ничего. Ни следа чьего-то присутствия или хотя бы маленькой зацепки, что кто-то здесь был. Зайдя на кухню я поставил чайник. На холодильнике лежали несколько листков. Это были детские рисунки Софи! На столе лежал мой раскладной нож. Им был прижат край скатерти. Я отогнул угол, под которым нашёл ещё один рисунок с надписью «CAN'T RUN!». Дрожь пронеслась по моему телу. Я выключил газ, оставив чайник. Двинувшись в сторону спальни я вновь чуть не снёс стену лбом. Видимо усталость всё ещё давала знать о себе. Я включил в спальне свет и от испуга отскочил обратно в коридор. На стене над кроватью, видимо кровью, была криво выведена надпись: «Don't sleep!».
Я выбежал на кухню. Время было почти 7 утра. На улице, как бы это не было странно, всё ещё было темно, хотя сейчас конец августа. Руки тряслись. Я не понимал, что происходит. Панический страх охватил меня. Я выпил чаю, собрался, одел куртку и направился в участок. Я знал, что капитан тоже сегодня не спал. У него были на это свои причины. А у меня теперь есть свои, чтобы рассказать ему всё. Рассказать и спокойно уйти искать Софи. Я видел её и это было наяву. Это были её рисунки. Я не могу забыть то, как она рассказывала о них. Она приносила их в школу все эти годы. Рисовала их у меня на глазах. Я не хочу думать, что я пешка. Она рассказала мне только то, что я должен был знать. И я в курсе этого. Но как же хочется знать больше…
Выйдя на улицу я не мог поверить своим глазам. Туман окутал город. Я не видел ничего дальше четырёх-пяти метров впереди себя. Я побежал в сторону участка так быстро, как только мог бежать. Паника окутала меня, я не мог понять что происходит, но одно было ясно — я должен был всё рассказать. Дело в том, что лейтенант Пушнин отправлял отчёты и показания об этом деле по мере их поступления. Закончился допрос — отправил. Закончился день — написал отчёт и отправил. А значит я мог твёрдо сказать, что мои показания точно достигнут своего пункта назначения. Я добежал до участка, твердя самому себе: «Я должен… я должен… я обязан… я обещал…, повторяя это раз за разом, на каждой ступени, с одышкой… Я зашёл в кабинет Пушнина и сел напротив его стола. Он не ожидал этого и видимо увидел на моём лице испуг. Да и как его было не заметить… Меня всего знобило и трясло…»
— Что-то случилось? — Он открыл ноутбук и уже готовился принимать мои показания.
— Нет, просто мне не спалось, как и вам, и я решил продолжить свои показания.
— Ну вот и славненько… тогда начнём-c… — Он потёр руки, стёр пот со лба и открыл текстовый редактор…
Я практически подошёл к дому, когда на полном ходу меня толкнул неизвестный прохожий. Из его кармана выпал кошелёк. Подобрав его, я хотел было окрикнуть неизвестного мне, но тот уже исчез. Странно было то, что исчезнуть здесь негде… Положив кошелёк в карман, я двинулся дальше.
Наконец я вижу такой родной свет фонаря на крыльце. Наконец я могу отдохнуть от всего. Зайдя в подъезд и, чуть не врезавшись в косяк, я покачнулся. Стена поймала меня, приняв довольно мягко и безболезненно. Странное чувство невесомости, лёгкости и в то же время тяжести… Надо было скорее подниматься и ложиться спать. Даже есть не хочется… даже от запаха еды воротит…
Приоткрыв дверь я увидел включенный в коридоре свет. Странно, вроде бы я ничего не включал, когда уходил. Должно быть сестра заезжала… Отворив дверь я почувствовал тёплый воздух, словно специально приглашающий меня в дом. Шум в дальней комнате заставил меня слегка попятиться. Достав из кармана и раскрыв нож я осторожно двинулся по коридору в кухню. Двигаться я старался как можно тише, чтобы не спугнуть нежданного гостя. Лёгкий шум раздавался со стороны шкафов. Я уже миновал поворот и был готов сделать выпад в сторону неприятеля. Но тут что-то схватило меня сзади, приставив к горлу нож. Мне стало тяжело дышать. Из-за угла кухни вышла Софи, попросила остановиться, картинка расплылась и я потерял сознание.
Очнувшись я почувствовал ужасную головную боль. Свет в коридоре всё ещё горел, но я уже лежал в своей постели в одних трусах и носках. Я вскочил и вбежал на кухню. Кухня была пуста. Я проверил всю квартиру. Ничего. Ни следа чьего-то присутствия или хотя бы маленькой зацепки, что кто-то здесь был. Зайдя на кухню я поставил чайник. На холодильнике лежали несколько листков. Это были детские рисунки Софи! На столе лежал мой раскладной нож. Им был прижат край скатерти. Я отогнул угол, под которым нашёл ещё один рисунок с надписью «CAN'T RUN!». Дрожь пронеслась по моему телу. Я выключил газ, оставив чайник. Двинувшись в сторону спальни я вновь чуть не снёс стену лбом. Видимо усталость всё ещё давала знать о себе. Я включил в спальне свет и от испуга отскочил обратно в коридор. На стене над кроватью, видимо кровью, была криво выведена надпись: «Don't sleep!».
Я выбежал на кухню. Время было почти 7 утра. На улице, как бы это не было странно, всё ещё было темно, хотя сейчас конец августа. Руки тряслись. Я не понимал, что происходит. Панический страх охватил меня. Я выпил чаю, собрался, одел куртку и направился в участок. Я знал, что капитан тоже сегодня не спал. У него были на это свои причины. А у меня теперь есть свои, чтобы рассказать ему всё. Рассказать и спокойно уйти искать Софи. Я видел её и это было наяву. Это были её рисунки. Я не могу забыть то, как она рассказывала о них. Она приносила их в школу все эти годы. Рисовала их у меня на глазах. Я не хочу думать, что я пешка. Она рассказала мне только то, что я должен был знать. И я в курсе этого. Но как же хочется знать больше…
Выйдя на улицу я не мог поверить своим глазам. Туман окутал город. Я не видел ничего дальше четырёх-пяти метров впереди себя. Я побежал в сторону участка так быстро, как только мог бежать. Паника окутала меня, я не мог понять что происходит, но одно было ясно — я должен был всё рассказать. Дело в том, что лейтенант Пушнин отправлял отчёты и показания об этом деле по мере их поступления. Закончился допрос — отправил. Закончился день — написал отчёт и отправил. А значит я мог твёрдо сказать, что мои показания точно достигнут своего пункта назначения. Я добежал до участка, твердя самому себе: «Я должен… я должен… я обязан… я обещал…, повторяя это раз за разом, на каждой ступени, с одышкой… Я зашёл в кабинет Пушнина и сел напротив его стола. Он не ожидал этого и видимо увидел на моём лице испуг. Да и как его было не заметить… Меня всего знобило и трясло…»
— Что-то случилось? — Он открыл ноутбук и уже готовился принимать мои показания.
— Нет, просто мне не спалось, как и вам, и я решил продолжить свои показания.
— Ну вот и славненько… тогда начнём-c… — Он потёр руки, стёр пот со лба и открыл текстовый редактор…
Страница 8 из 38
