Зеркальное отражение

― Вот оно как, ― скривился генерал. ― Уже уверен, что я пойду против него?

― Куда вы денетесь, ― вздохнул Ильсор. ― Если даже Ман-Ра начал что-то подозревать.

Про отпор, данный Ман-Ра, он слышал краткий рассказ, а генерал не знал и того, и можно было приукрасить.

― Мой генерал, ― продолжил Ильсор, не дожидаясь ответа. ― Я должен пояснить, раз вы желаете пояснений. Вы по-прежнему мой генерал и командир экспедиции. Но рабов в экипаже больше нет. Хотите сотрудничества ― будьте любезны каждого арзака воспринимать как равного себе. Далее: я видел, как вы собирались пожертвовать жизнью, усмиряя замок, и восхищён вашим поступком, я сделал бы так же. Я не умаляю вашу находчивость в спасении лисьего государства, я рад, что вы не бросили Энни, но если желаете взяться за старое, получите отпор. И… ― он запнулся, не зная, выдавать ли то, что мучило его, и наконец решился. ― Я должен извиниться перед вами. Перед тем, как убежать от вас, я наговорил того, что говорить не стоило, и возвёл на вас…

― Я бы никогда! ― в запале перебил его Баан-Ну.

― Я знаю, ― ответил Ильсор. ― Потому и извиняюсь: так принято между равными.

― Значит, я тоже перед тобой должен извиниться? ― неуверенно спросил генерал. ― За что? За то, что ты был моим рабом? Так все арзаки были рабами. За то, что без тебя не могу?

― За то, что я был для вас вещью, полагаю, ― холодно ответил Ильсор. ― Как записная книжка или ботинок…

― Зеркалом, ― поправил Баан-Ну. ― Я смотрелся в тебя, и мне казалось, что я лучше, чем есть на самом деле.

― Я показывал то, что вы хотели видеть, ― пояснил Ильсор. ― Надеюсь, теперь вы прозрели.

― И что же ты мне покажешь, когда я прозрел и хочу видеть правду?

Озадаченно коснувшись лба, Ильсор помолчал. То ли волшебство Беллиоры благотворно подействовало на ум генерала, то ли он сам изменился под воздействием того, что пережил, но Ильсор не знал, как ему ответить.

― Я не знаю, ― признался он. ― Я так привык показывать то, что вам хочется, а теперь не знаю, как быть. Наверное, я должен прозреть сам. Впрочем, я рад, что мы поговорили, не желая друг друга убить, и я…

― Никогда не хотел тебя убить, ― прервал Бааан-Ну, ― только спасти: от беллиорцев и от твоих ошибочных суждений. Кстати, я до сих пор полагаю, что они ошибочны.

― То есть, вы предпочли бы видеть меня бессловесной куклой ― но теперь на самом деле?

― Нет, почему же, ― явственно смешался Баан-Ну. ― Должен же быть какой-то промежуточный вариант.

― Мой генерал, ― с жалостью произнёс Ильсор, ― здесь не бывает промежуточных вариантов. Нельзя быть свободным наполовину. Впрочем, я вас совсем заболтал, а вы утомились после подвигов. Не стану вам мешать. И да, сапоги снимайте сами.

― Пригрозил, ― пропыхтел Баан-Ну за его спиной, когда он прикрывал дверь. ― Нет такого дела, с которым не справился бы избранник, понял?!

За дверью Ильсор шумно выдохнул, сдув со лба грязную прядь. Генерал изменился, и эта новая версия Баан-Ну нравилась ему гораздо больше. Главное ― ему самому это не показывать, а то опять зазнается!

Вопреки ожиданиям, парни на кухне не бросились спрашивать, что они друг другу наговорили. Тоци повернулся от плиты и озадаченно нахмурился:

― Ты чего это вокруг дворца бегаешь?

― Я? ― не понял Ильсор.

― Не мог в ту же дверь вернуться? ― пояснил Айтерн. ― Или вы с Ниле куда-то ходили?

― Что? ― переспросил Ильсор. ― Вы что это? Я сейчас никуда не ходил, я вправлял генералу мозги, пока он не… Постойте, что происходит?

― Ты хочешь сказать, это не ты проводил Баан-Ну, тут же вернулся и позвал с собой Ниле на пару слов вот туда? ― уточнил Ледо, закладывая пальцем страницы поваренной книги и указывая на заднюю дверь кухни.

― Нет, ― вытаращился Ильсор. ― И где Ниле?

― Говорим же ― с тобой пошёл!

Ильсор бегом пересёк кухню, толкнул дверь и вылетел на задний двор. Солнце закрывала жирная лиловая туча, задувал холодный ветер, поднимая вихри пыли.

Двор был пуст.

Оказалось, что, каким бы больным и уставшим Мевир ни был, плестись по тропинке через лес он ещё в состоянии. То же было и с Эйгардом, правда, того поддерживал Айстан. Шли они уже долго, Мевир и не спрашивал, сколько. Вокруг царило лето, ярко светило солнце, но вскоре оно зашло за тучи, стал накрапывать дождик, а под ногами зашуршали жёлтые листья.

― Осень, ― вздохнул Рини. ― Как раз новый год.

― Не наш новый год, ― поправил Кайас. ― Наш весной, так что ещё долго.

Арант то и дело оглядывался и смотрел на небо, и Мевир заметил, что волнуется не только он. Как ни старался быть спокойным Норон, который шёл впереди с пистолетом, отобранным у Ман-Ра, всё равно все видели его осторожность. Мевир боялся представить, каково Идеру, который замыкает шествие и то и дело водит по кустам ружьём со снотворным. Ведь, если что, он попался бы первым!

― Тихо! Слышите? ― спросил Норон, останавливаясь. Все прислушивались и различили впереди едва слышный гул.

― Обойдём? ― шёпотом предложил Иоле.