Зеркальный лабиринт

— Я тебя тоже, — ответила Рина, подхваченная сильными руками мужа, поспешившего к брачному ложу. — Люблю…

Несколько дней молодожёны не казали носа в коттедж Малфоев, довольствуясь своим маленьким домиком в тихой бухте неподалёку. Наконец они решили, что пора прерывать своё уединение хотя бы для того, чтобы проводить тех из гостей, кто приехал ненадолго.

Как оказалось, они всё равно опоздали — Белби откланялся уже на утро после торжества, объяснив поспешный отъезд работой. Затворница Кассиопея и Сигнус с Друэллой тоже не задержались на острове, в отличии от Вальбурги, которая сообщила удивлённым родственникам, что ей надоел климат родины и она собирается некоторое время пожить на Корфу, если милые Нарцисса и Люциус не возражают. Те, понятное дело, возражать не стали, собираясь в ближайшие дни отправиться в Италию.

Неожиданно и Абраксас заявил, что поживёт здесь — управление семейными делами он мог доверить Люциусу, а отдохнуть ему уже давно пора. Молодёжь только понятливо переглянулась — если уж старшее поколение решило расслабиться, то кто они такие, чтобы им мешать.

Через день после отказа Мальсиберов от затворничества в дорогу собрались и оборотни — Люпин спешил, не желая, чтобы полнолуние застало их в неподходящем месте.

Проведя пару недель на Корфу, молодожёны вернулись домой, в Англию, в сопровождении Снейпов — дела не стояли на месте.

Январь восемьдесят третьего начался со счастливого события — Фиона родила мальчика, которого назвали Вилмар Орион. Мадам Вальбурга, по этому случаю вернувшаяся ненадолго в Англию, с гордостью держа на руках второго внука, произнесла:

— Твой отец, Орион — истинный Блэк, и теперь я в этом уверена точно.

Удивлённые взгляды присутствующих при этой сцене родителей новорожденного, его тётки с мужем, а также Люциуса и Нарциссы, обратились к мадам Блэк, требуя объяснений, не замедливших последовать.

— Мальчик точная копия Регулуса, — Вальбурга улыбнулась, глядя на спящего внука. — Уж я то помню, как выглядел мой ребёнок. Так что я уверена в том, что говорю.

Аккуратно проведя пальцем по личику младенца, который зачмокал, потревоженный этой лаской, Вальбурга передала младенца няньке-эльфийке, подаренной Фионе Друэллой Блэк, и отправилась к столу, накрытому в гостиной дома на Диагон-Аллее, ставшего ещё одним домом, где живут Блэки.

Весной этого же года Фиона, оставив на попечение Дримси Санди и Ори, полной горстью сыпанула в камин летучего порошка, спеша в дом Мальсиберов. Ей хотелось поболтать с Риной, которую сейчас она видела редко. Та почти не появлялась в салоне — последние месяцы беременности давались Северине тяжело и Рейнард, при поддержке Северуса, запретил ей даже близко подходить не только к лаборатории, но и к клиенткам, чья магия могла ей повредить.

— Рина, ты где?! — позвала Фиона подругу, выходя из камина «Волшебной акации» — дома, уже несколько веков принадлежащего Мальсиберам и, наконец-то, отремонтированного Рейнардом через несколько месяцев после свадьбы.

— Поднимайся, я в детской! — отозвалась Северина откуда-то сверху, и Фиона поспешила на голос, снедаемая любопытством — эту комнату она ещё не видела.

Второй этаж встретил её тишиной и единственной распахнутой дверью в глубине коридора.

— Привет, — улыбнулась Фиона, входя в неё и восторженно ахнув.

— Тебе нравится? — поинтересовалась миссис Мальсибер.

— Рина, это прекрасно… Две кроватки?! И вы молчали?!

— Да, двойня, — отчего-то покраснела Северина. — Королевская парочка.

Только сейчас Фиона поняла, почему в кроватках бельё разного цвета, да и вся комната будто бы поделена надвое, тем не менее, выглядя при этом цельной — мягкие переходы цвета, яркие пятна и общее ощущение уюта и счастья.

— Как я за вас рада! — обняв подругу, Фиона поцеловала её в щёку, вложив в поцелуй все эмоции, которые не смогла выразить словами.

— Как дела? Как там мой братик и мои племянники? — поинтересовалась Северина, когда Фиона прекратила, наконец, восторгаться комнатой.

— Всё хорошо. Северус, как обычно, пропадает в лаборатории, у него очередное экспериментальное зелье. В конце июня он едет на конференцию в Неаполь, где и представит его коллегам. Санди недавно прочитал своё первое слово и это было слово собака. Он прожужжал мне все уши, я уже подумываю сдаться и всё же приобрести щенка.

Северина рассмеялась — уже примерно месяц племянник изводил всех своим желанием иметь собаку. Увидев в магловском парке, в который Фиона однажды выбралась с детьми на прогулку, джентльмена, выгуливающего бассета, Санди загорелся идеей обзавестись таким же и с упрямством, достойным истинного Блэка, добивался своей цели.

— А Вилмар?

— Спит, ест и пачкает пелёнки, — улыбнулась Фиона. — Как и положено обычному младенцу.

— Хорошо, что ты ко мне выбралась, — дамы, спустившись в гостиную и потребовав у домовика чай, уселись в кресла, радуясь возможности посидеть спокойно и в тишине.

— А где Рей? — поинтересовалась Фиона, когда домовик, разлив по чашкам чай, исчез из комнаты.