Жаба Джин Грейнджер

— Твой братик сегодня отличился, правда? Как он заколдовал Эйвери — блеск! — странно, что Кормак хоть и не узнал незваного гостя, но имя запомнил. Видимо, сильные потрясения все-таки отпечатывались на какое-то время в безобразно пьяной голове. — Жаль, этот урод подпортил нам праздник. Но он ведь продолжится, да? Где цыпочки? О! Вижу только кого-то в чудном зеленом костюмчике… Предупреждаю, мне — как участнику войны — положены особые услуги, — Маклагген опять посмотрел на Малфоя: — Кстати, тебя как звать?

— Драко! — он воздел глаза к потолку. — «Вот идиот!»

— Хм… И за что т… тебя так, милая?

— А почему Кормак так напился? — не выдержав, поинтересовалась Гермиона.

— Выпил бутылку огневиски, — ответил ей Драко. — Залпом. На спор! И это не моя работа!

Грейнджер знала, что пари было слабой стороной Маклаггена. И проиграть, обычно, не входило в его планы.

— Стой смирно, Кормак, — Малфой, отойдя назад, направил на него волшебную палочку, но тот даже глазом не повел.

— Не-е-е, я лучше присяду. На этом корабле что-то штормит…

Маклагген плюхнулся на пол столовой будто куча белья.

— Малфой, ты рехнулся? — Гермиона, по обыкновению, решила остановить его. — Это всё… слишком! — она понимала, что почти выдает себя вдруг ставшими такими важными принципами.

— Не-а, не Слизерин. Ничего, скоро узнаю, что ты за штучка. Знаешь, Жаба, тебе не угодишь! Смотри и учись. Я чуть мозги не вывихнул, но понял, где именно неуч-волшебник напортачил с трансфигурацией. Да не трусь ты! Свои ошибки я в состоянии исправить, не прилагая огромных усилий.

Палочка Драко заплясала в воздухе. Со стороны это, безусловно, выглядело далеко не простым превращением. Гермиона не смогла толком вспомнить статью в журнале, потому что из-за большого количества работы лишь пробежалась по ней глазами. Расслышать слова не удавалось. Как бы то ни было, но что-то шло явно не так… Местами звучало нечетко, а некоторые движения были… смазанными. И резкими.

Прошла всего секунда, и на полу сидела… еще одна лягушка.

И, несомненно, говорящая, потому что в квартире раздалось громкое:

— Ё… А виски прямо огненное! Пробирает не по-детски…

Малфой слегка коснулся Маклаггена пальцем — теплая человеческая кожа. Ясно, что пьян, но не ядовит.

И тут Гермиона поймала абсолютно затуманенный взгляд Кормака. Вряд ли забулдыга четко различал то, что видел. Лягушка из него вышла достаточно большая, но вот алкоголя в крови новоиспеченного земноводного, безусловно, не слишком поубавилось. Зеленые лапы расползались по паркету, и создание Малфоя, скорее, временами лежало на нем, чем сидело.

— А теперь — обратно! — раздался возглас Драко, и палочка, направленная на пьяную лягушку, задвигалась строго в обратном порядке. Слова заклинания звучали так же.

Маклагген на мгновение замер, но даже сейчас не смог промолчать:

— Ого! Как втыкает! Больше, чем минуту назад. Чувствую себя… самцом. Ну и где обещанные девушки, а? Цыпа-цыпа-цыпа…

От ужаса побелели оба: и Гермиона, и Драко. Заклятье-то прозвучало, только на полу по-прежнему полусидела-полулежала говорящая пьяная лягушка.

— Ты — болван, Малфой! — противным голосом закричала Грейнджер. — Ты сам идиот! Ты хоть понимаешь, что натворил? Похоже, в твою бестолковую голову мысли приходят умирать. Как глупо было довериться тебе! Я, наверное, с ума сошел. Другого объяснения нет!

— Заткнись, дура! Я всё сделал правильно! Всё! Да, слишком много ошибок по сравнению с настоящей формулой, но раз все получилось в точности как с тобой, то в обратном заклинании, ручаюсь, всё точно!

— Сам ты дура! Точно… Точно… Тогда почему не выходит? Почему, а, умник?

— Я не знаю… Черт! Черт! Черт! Надо подумать…

— Началось… Ты уже подумал, и что вышло?! У тебя, Малфой, не волшебные руки, а крюки!

— Мы еще вернемся к этому, а сейчас заткнись! — «Что не так? Что?!» — Заткнись и еще раз: заткнись! Иначе я заклею тебе рот и заставлю танцевать с Кормаком танго!

— А зеленый цвет очень идет к вашим глазам, — рассматривая лягушку напротив, заплетающимся языком произнес Маклагген и с трудом перепрыгнул с места на место. — Ваша матушка, часом, не вейла?

И Драко, и Гермиона замерли от потрясения. Дела были хуже некуда. В доме Малфоя теперь было две проблемы, и одна не лучше другой.

Грейнджер слишком поздно заметила подползающего к ней Кормака.

— Мадам, разрешите вас… — он икнул, — ангажировать… пару раз.

Гермиона едва успела повернуть палочку в лапе, как противный Маклагген попытался поцеловать ее. Не просто попытался — успел. В тот же миг, как пахнущий огневиски рот прикоснулся ко рту второй лягушки — чтоб его! — он стал… самим собой.

— Нахал! — в сердцах выпалила Гермиона и ткнула палочкой прямо в глаз лежащему на полу Кормаку.

— Не девка — огонь! — неуклюже поднимаясь с пола, воскликнул молодой человек и вытер рот рукавом.

Драко даже дар речи потерял.

«Клоун что? Поцеловал Жабу? Мою… Жабу?! Вот мерзкий самец!»

— Пошел вон, Маклагген! — негодуя, заорал Малфой. — Катись отсюда на хрен! Уноси свои лапы, тьфу, ноги! Или я тебе их на раз укорочу!