Вообще-то люди на шрамы не пялятся. Разок, конечно, взглянут и отводят глаза в сторону. Знаете, как это бывает - беглый взгляд, потом опускают глаза и взглядывают еще раз. Но быстро. Шрамы - не картинка из фильма «ужасов», хотя рассмотреть тоже интересно. Капитан Пит Мак-Киннон, пожарный и следователь по поджогам, сидел напротив меня, обхватив крупными ладонями чашку ледяного чая, который принесла ему Мэри, наша секретарша. И он пристально глядел на мои руки - куда мужчины обычно стараются не смотреть. Он пялился на шрамы и ничуть этим не смущался.
Добавить в моё избранное
558 мин, 15 сек 3374
Жан-Клод не пытался меня остановить. Никто не пытался.
Ричард сумел подняться на колени с прилипшим к его спине вампиром. Глаза у него стали желтыми, волчьими, и он был на грани паники. Он находился так близко от меня, что я ощущала его зверя как огромный силуэт под водой темного озера. Вырвавшись на поверхность, этот зверь захватит Ричарда. Рафаэль смирился со своим поражением, Ричард не смирится. Оно его убьет.
— Что ты делаешь, человек? — спросил Падма, поднимая на меня глаза.
— Я его лупа и его третий. Я делаю свою работу.
Я взяла лицо Ричарда в ладони, и этого хватило. Физическое прикосновение помогло ему восстановить власть над собой. Сердце его забилось медленнее, конвульсии стихли. Огромная тень нырнула обратно в глубины. Ричард тянул метку, как утопающий соломинку, за которую он ухватился.
— Нет! — крикнул Падма. — Он мой.
Я улыбнулась ему в лицо:
— Нет, он мой. Нравится тебе это или нет, но он мой.
Глаза Ричарда приобрели обычный карий цвет, и он сумел выговорить:
— Спасибо.
Падма встал так быстро, что это почти казалось волшебством, схватил меня за руку так сильно, что мог бы остаться синяк, и тогда я сказала:
— Ты не можешь меня вызвать на дуэль, поскольку я не вампир. Ты не можешь пить мою кровь, потому что лишь один раз за ночь я могу быть жертвой, и я уже была ею у Ашера.
Ричард валялся на полу — на самом деле полулежал, опираясь на руку, но я видела, насколько он устал, ослаб и измотан до костей.
— Ты хорошо знаешь наши правила, Анита. — Падма дернул меня к себе, наши тела почти соприкоснулись. — Ты не вампир, ты не еда, но все равно ты его лупа.
— Хочешь вызвать моего зверя? — спросила я. — Нельзя вызвать того, чего нет.
— Я ощутил твою силу с тем вервольфишкой. — Падма поднял мою руку к носу и понюхал кожу, будто обоняя какие-то изысканные духи. — Ты пахнешь стаей, Анита. Что-то в тебе есть, что можно вызвать. Что бы оно ни было, я его получу.
— Она в договор не входила, — сказал Жан-Клод.
— Она вмешалась, — возразил Падма. — И тем самым стала участником вакханалии. Не беспокойся, я ей больно не сделаю. Слишком больно.
Он наклонился ко мне и заговорил тихо-тихо. По-французски, а я недостаточно знаю язык, чтобы понимать. Я уловила слова, означающие волка, силу, луну, и ощутила, как из меня поднимается сила. Слишком сразу это произошло после Джейсона. Слишком близко к поверхности была сила, слишком рядом. Падма вызывал ее, а я не знала, как ее остановить. Горячей волной бежала сила по моей коже. Колени подогнулись, и Падма подхватил меня, свалившуюся ему в руки.
Ричард тронул меня за ногу, но было поздно. Он хотел усилить мое самообладание, как сделала для него я, но у меня уже не было над собой власти. Падма звал, и мунин ответил. Второй раз за час я вызывала Райну.
Сила заполнила кожу, и я встала, прижавшись к Падме, глядя на него с трех дюймов. Сила хотела коснуться кого-нибудь, кого угодно. Ей было все равно, а мне — нет. И на этот раз я смогла отказаться.
— Нет, — сказала я и оттолкнулась от него, падая на пол.
Падма полз за мной, трогая волосы, лицо, шею, когда я пыталась отползти.
— Эта сила по натуре сексуальна, брачный инстинкт, быть может. Как это интересно!
— Оставь ее, Мастер Зверей, — произнес Жан-Клод.
Он захохотал:
— А как ты думаешь, что случится, если я буду продолжать взывать к ее зверю? Думаешь, она мне даст?
— Мы не будем проверять, — сказал Жан-Клод.
— Если ты полезешь мне мешать, это будет вызов.
— Этого ты все время и хотел.
Падма снова захохотал:
— Да, я считал, что тебя надо убить за гибель Колебателя Земли. Но совет проголосовал против.
— Но если ты убьешь меня на дуэли, никто тебя ни в чем не сможет упрекнуть?
— Ты правильно понял.
Я скорчилась на полу, обхватив себя руками, пытаясь загнать силу обратно, но она не лезла. Ричард подполз ко мне, коснулся обнаженного плеча. Я отдернулась, как от ожога, потому что хотела Ричарда, хотела так дико и примитивно, что тело сводило судорогой.
— Пожалуйста, не трогай меня!
— Как ты избавилась от этого в прошлый раз?
— Секс или насилие. После этого мунин уходит.
Или после целительства, подумала я, но это тоже был своего рода секс. Сила Падмы проехалась по нас, как танк с шипастыми гусеницами. Мы вскрикнули, и с нами вскрикнул Жан-Клод. Кровь хлынула у него изо рта красным потоком, и я поняла, что сделал Падма. Ощутила, как он пытается сделать это со мной. Он ударил силой в Жан-Клода и что-то у него внутри порвал.
Жан-Клод упал на колени, кровь расплескалась по белой сорочке. Не думая, я оказалась на ногах, между Падмой и Жан-Клодом. Сила горела у меня на коже, и гнев мой питал ее, будто настоящего зверя.
— Отойди с дороги, женщина, или я сначала убью тебя, а потом твоего Мастера.
Ричард сумел подняться на колени с прилипшим к его спине вампиром. Глаза у него стали желтыми, волчьими, и он был на грани паники. Он находился так близко от меня, что я ощущала его зверя как огромный силуэт под водой темного озера. Вырвавшись на поверхность, этот зверь захватит Ричарда. Рафаэль смирился со своим поражением, Ричард не смирится. Оно его убьет.
— Что ты делаешь, человек? — спросил Падма, поднимая на меня глаза.
— Я его лупа и его третий. Я делаю свою работу.
Я взяла лицо Ричарда в ладони, и этого хватило. Физическое прикосновение помогло ему восстановить власть над собой. Сердце его забилось медленнее, конвульсии стихли. Огромная тень нырнула обратно в глубины. Ричард тянул метку, как утопающий соломинку, за которую он ухватился.
— Нет! — крикнул Падма. — Он мой.
Я улыбнулась ему в лицо:
— Нет, он мой. Нравится тебе это или нет, но он мой.
Глаза Ричарда приобрели обычный карий цвет, и он сумел выговорить:
— Спасибо.
Падма встал так быстро, что это почти казалось волшебством, схватил меня за руку так сильно, что мог бы остаться синяк, и тогда я сказала:
— Ты не можешь меня вызвать на дуэль, поскольку я не вампир. Ты не можешь пить мою кровь, потому что лишь один раз за ночь я могу быть жертвой, и я уже была ею у Ашера.
Ричард валялся на полу — на самом деле полулежал, опираясь на руку, но я видела, насколько он устал, ослаб и измотан до костей.
— Ты хорошо знаешь наши правила, Анита. — Падма дернул меня к себе, наши тела почти соприкоснулись. — Ты не вампир, ты не еда, но все равно ты его лупа.
— Хочешь вызвать моего зверя? — спросила я. — Нельзя вызвать того, чего нет.
— Я ощутил твою силу с тем вервольфишкой. — Падма поднял мою руку к носу и понюхал кожу, будто обоняя какие-то изысканные духи. — Ты пахнешь стаей, Анита. Что-то в тебе есть, что можно вызвать. Что бы оно ни было, я его получу.
— Она в договор не входила, — сказал Жан-Клод.
— Она вмешалась, — возразил Падма. — И тем самым стала участником вакханалии. Не беспокойся, я ей больно не сделаю. Слишком больно.
Он наклонился ко мне и заговорил тихо-тихо. По-французски, а я недостаточно знаю язык, чтобы понимать. Я уловила слова, означающие волка, силу, луну, и ощутила, как из меня поднимается сила. Слишком сразу это произошло после Джейсона. Слишком близко к поверхности была сила, слишком рядом. Падма вызывал ее, а я не знала, как ее остановить. Горячей волной бежала сила по моей коже. Колени подогнулись, и Падма подхватил меня, свалившуюся ему в руки.
Ричард тронул меня за ногу, но было поздно. Он хотел усилить мое самообладание, как сделала для него я, но у меня уже не было над собой власти. Падма звал, и мунин ответил. Второй раз за час я вызывала Райну.
Сила заполнила кожу, и я встала, прижавшись к Падме, глядя на него с трех дюймов. Сила хотела коснуться кого-нибудь, кого угодно. Ей было все равно, а мне — нет. И на этот раз я смогла отказаться.
— Нет, — сказала я и оттолкнулась от него, падая на пол.
Падма полз за мной, трогая волосы, лицо, шею, когда я пыталась отползти.
— Эта сила по натуре сексуальна, брачный инстинкт, быть может. Как это интересно!
— Оставь ее, Мастер Зверей, — произнес Жан-Клод.
Он захохотал:
— А как ты думаешь, что случится, если я буду продолжать взывать к ее зверю? Думаешь, она мне даст?
— Мы не будем проверять, — сказал Жан-Клод.
— Если ты полезешь мне мешать, это будет вызов.
— Этого ты все время и хотел.
Падма снова захохотал:
— Да, я считал, что тебя надо убить за гибель Колебателя Земли. Но совет проголосовал против.
— Но если ты убьешь меня на дуэли, никто тебя ни в чем не сможет упрекнуть?
— Ты правильно понял.
Я скорчилась на полу, обхватив себя руками, пытаясь загнать силу обратно, но она не лезла. Ричард подполз ко мне, коснулся обнаженного плеча. Я отдернулась, как от ожога, потому что хотела Ричарда, хотела так дико и примитивно, что тело сводило судорогой.
— Пожалуйста, не трогай меня!
— Как ты избавилась от этого в прошлый раз?
— Секс или насилие. После этого мунин уходит.
Или после целительства, подумала я, но это тоже был своего рода секс. Сила Падмы проехалась по нас, как танк с шипастыми гусеницами. Мы вскрикнули, и с нами вскрикнул Жан-Клод. Кровь хлынула у него изо рта красным потоком, и я поняла, что сделал Падма. Ощутила, как он пытается сделать это со мной. Он ударил силой в Жан-Клода и что-то у него внутри порвал.
Жан-Клод упал на колени, кровь расплескалась по белой сорочке. Не думая, я оказалась на ногах, между Падмой и Жан-Клодом. Сила горела у меня на коже, и гнев мой питал ее, будто настоящего зверя.
— Отойди с дороги, женщина, или я сначала убью тебя, а потом твоего Мастера.
Страница 145 из 151
