Жизнь без людей

Тодд поднял с пола скальпель и положил в свою курьерскую сумку. Взял из упаковки изоленты, купленной в хозяйственной лавке, оставшиеся два рулона. Он решил попробовать перевернуть Терренса и снять с того наручники, но не знал, как сделать это, не испачкав одежду в крови, так что вместо этого взял с дивана в гостиной зажимы и электрошокер, и схватил свой велосипед, стоявший у входной двери.

Заперев за собой дверь, Тодд вынес велосипед по лестнице на улицу. Когда он ехал на работу мимо машин, застрявших в пробках и выбрасывающих в воздух вредные выхлопы, мимо кафешек и забегаловок, забитых непрерывно курящими посетителями, уничтожавшими Землю своими пластиковыми стаканчиками и бисквитными сэндвичами с ветчиной, Тодд все острее ощущал насущность проблемы.

Их необходимо остановить.

Глава десятая

Работать сегодня у Тодда не было ни малейшего желания. Бесконечной чередой шли нуждающиеся, которые понятия не имели, что такое настоящая нужда. В Америке среднестатистический «бедняк» имел цветной телевизор, DVD-плеер, микроволновку и машину. Люди из стран третьего мира, которые жили без водопровода, холодильника, тепла и электричества, были б справедливо возмущены теми вещами, которые Тодд видел ежедневно. Первый же проситель пришел в бриллиантовых серьгах и с платиновым ожерельем. За шесть лет Тодд так и не привык к вопиющей наглости некоторых людей.

Бороться с этим он был не в состоянии. Тодд чувствовал себя как выжатый лимон, и не смотря на принятую горсть экстрасильного «Тайленола», в голове все еще пульсировала тупая боль. Сегодня Тодд ставил печать на всех поступавших заявлениях, за исключением пары случаев явного мошенничества. Он слишком устал, чтобы спорить с кем-то. Потом зашла Николен.

Она выглядела почти также, как и пару дней назад. По-прежнему беременная. По-прежнему одуревшая от наркоты. Только на этот раз она была одна.

— Майкл умер. Какой-то парень… клиент… снял его вчера и вколол ему дозу неразбавленной дури. Когда у Майкла начались конвульсии, тот парень бросил его в переулке. Когда кто-то его там заметил и вызвал скорую, Майкл был уже мертв.

— Сочувствую, — Тодд опустил глаза. — Так какие сейчас ваши планы?

— Я не буду делать аборт. Просто хочу вам это сказать. Я сохраню ребенка. И стерилизоваться я не буду тоже. Я собираюсь завязать с наркотиками. Я записалась на программу анонимных наркоманов. Я завяжу. Я буду хорошей матерью.

Тодд был в ярости. Он посмотрел на нее, не сказав ни слова.

— Мне нужно получить пособие. Вы не можете мне отказать. Я имею на него право.

— Вы уверены, что хотите этого? У большинства детей развитие мозга и позвоночника происходит в первые два триместра. Этот ребенок мог уже пристраститься к наркотикам.

Николен вызывающе задрала голову вверх. Она погладила живот, посмотрела на него и улыбнулась.

— Мне все равно. Это все, что у меня осталось от Майкла, и я сохраню это. А если вы не окажете мне содействие, я расскажу всем, что вы пытались заставить меня сделать аборт.

Тодд посмотрел на курьерскую сумку, стоявшую рядом с сейфом.

— Что ж, очень хорошо. На какой адрес вам отправить чек?

Николен довольно улыбнулась. Тодд тоже улыбнулся. Хоть она и была под кайфом, какой-то скрытый инстинкт самосохранения подсказал ей, что в этой улыбке что-то не то. Возможно, это был инстинкт, выработанный ею за многие месяцы занятия уличной проституцией. На плохих парней у нее был наметан глаз, и если бы Тодд притормозил рядом с ней с такой улыбкой на лице, она ни за что бы ни села к нему в машину.

— Тот, что на заявлении. Там я живу.

— Хорошо.

Он заверил заявление печатью и положил в стопку на столе.

— Первый чек вы получите через шесть или восемь недель.

— Спасибо.

Николен медленно попятилась к выходу из кабинки Тодда, словно опасаясь поворачиваться к нему спиной. Потом она быстро развернулась и зашагала прочь.

— До скорой встречи, — прошипел он ей вслед.

Николен обернулась и посмотрела на него. Он по-прежнему улыбался той жуткой улыбкой. Она отвернулась и поспешила прочь из здания.

Глава одиннадцатая

По пути домой Тодд чуть не забыл о теле Терренса. И чуть не проехал мимо хозяйственного магазина, когда вдруг вспомнил, что ему нужны ножовка и топор. Зайдя в магазин, он почувствовал, будто все на него смотрят.

Он не так уж много знал о серийных убийцах, поэтому не знал, подозрительно ли покупать топор. Он решил не рисковать и не стал покупать мешок щелока. Он может купить его в каком-нибудь другом магазине, например «Хоум Дипоу», где никому до него не будет дела. В подобной частной лавочке наверняка запомнят его покупку до малейшей детали, но «Хоум Дипоу» был в десяти милях отсюда, а он уже устал. Кроме того, чем дольше тело Терренса будет оставаться в его квартире, тем сильнее велика вероятность того, что оно начнет вонять, и его раскроют. Придется обойтись без щелока.