Жизнь Тони била ключом

Он сам, стоя дома у Бартонов был страшно смущён и возмущён одновременно. Смущён, потому что ворвался туда, где ему определённо точно не место, где он персона едва ли желательная, где молот Тора и щит Кэпа выглядят неуместно и страшно, но где им всем почему-то абсурдно рады, дают еду и место для ночлега и просят его, Тони Старка, починить старый трактор в амбаре. И возмущён, потому что они, конечно, не команда мечты, но Клинта он считал почти другом, а тут выясняется, что он и не знал его вовсе.

То же самое сейчас написано на лице Роджерса, и Тони готов был понять неловкость и любопытство, но, позвольте, они не друзья. Не почти — вовсе.

И вообще сейчас не время разбираться во внутренних дрязгах команды — после спасения мира нужно традиционно мир ремонтировать и попутно придумывать достойное объяснение для совета директоров СтаркИнд, почему именно Мстители не дыра в бюджете.

Дел по горло, и когда они наконец остаются вдвоём, Тони позволяет себе прижаться губами к рыжим, пахнущим знакомыми духами волосам, прикрыть глаза и ненадолго об этих делах забыть.

— Джарвис не отозвался, когда я приехала, — доверчиво прильнув к его груди, говорит Пеппер. — Что-то случилось?

— Чёрт, точно… — тихонько ругается Тони и, отстраняясь, но не размыкая объятий, зовёт: — Пятница?

— Босс? — послушно отзывается ИскИн.

— Расширенный доступ для Вирджинии Пеппер Поттс.

— Выполнено.

Тони кривится в жалком подобии улыбки и пожимает плечами:

— Она теперь вместо Джарвиса.

Пеппер кивает, но в глаза смотрит очень внимательно — слишком хорошо знает. Если Тони и пришлось заменить Джарвиса одной из тех многочисленных программ, что пылились у него в рабочем столе, то случиться должно было что-то из ряда вон выходящее. Не то чтобы Альтрона можно было считать рядовой неурядицей, но речь шла о Тони и Джарвисе — живом примере симбиоза человека и машины.

— Тони, всё в порядке?

Старк морщится и почти падает на диван, утягивая Пеппер за собой.

— Ну, Мстителей ровно сутки считали врагами Земли, меня будут ненавидеть ещё хренову тучу лет, один восточно-европейский город с корнем вырвали из земли и кинули обратно, Брюс пропал где-то в Атлантике, а я похерил свой ИскИн.

Пеппер взглядом просит пояснить, и Тони, тяжело вздохнув, рассказывает:

— Видела фиолетового парня в золотом плаще и в комплексе Бога в гостиной? — Пеп кивает, и Старк невесело усмехается. — Если бы мне когда-нибудь кто-нибудь сказал, что гибрид Кэпа и Тора будет вещать о мире во всём мире и хорошем во всём сущем голосом Джарвиса, я бы съездил мудаку по тупой роже.

— Это Джарвис? — ахает Пеппер и прикрывает рот рукой.

— Это — андроид, Камень Разума и матрица Джарвиса. Альтрона нужно было уничтожить и… — Тони всплёскивает руками и откидывается на спинку дивана. — Кто, если не Джей?

Тогда действительно казалось, что больше некому. Так кажется и сейчас, и «кажется» здесь неуместно, потому что, да, больше действительно некому, но эй! Это его ИскИн, он годами писал, переписывал и пестовал Джарвиса вовсе не для того, чтобы андроид из дорогого пластика, заполучив себя охуенно крутые мозги, размахивал молотом Тора и нёс истину с моралью наперевес в народ.

В планах было надрать Альтрону задницу и вернуть Джарвиса обратно, а теперь это попахивает живодёрством и статьёй уголовного кодекса, поэтому…

— Тони, — негромко зовёт Пеппер.

— Да? — Старка выдёргивает из мрачных мыслей, он ловит взгляд почти прозрачных голубых глаз, пересчитывает озорные веснушки на лице и слабо улыбается.

— Поспи пару часов, — просит она, и прежде, чем он начнёт возражать, продолжает: — Два часа. Всё, что я прошу. Вам всем нужна медицинская помощь, возвращаться в Заковию с пустыми руками нет смысла: нужно организовать гуманитарную помощь, пригнать технику и дронов — я и Роуди со всем этим справимся, и на всё это нужно куда больше времени, чем те два часа, что я прошу тебя отдохнуть — ты ничего не пропустишь.

Тони хмурится, неуверенно отстраняясь и думая, что для сна сейчас время не подходящее, особенно когда ты — тот самый единственный человек, в чьих силах и обязанностях обеспечить разрушенному городу помощь, и уже открываешь рот, чтобы сказать своё решительное «нет» и идти перенастраивать Легион и договариваться с рабочими и военными, но Пеппер аккуратно разглаживает глубокую морщинку меж бровей и совсем тихо просит:

— Пожалуйста.

И он сдаётся. Кивает, послушно ложится прямо здесь, на диване, — вот уж что-что, а уговорить его отправиться в спальню она точно не сможет, — и засыпает раньше, чем смыкаются веки.

Пеппер берёт у тихо подъехавшего Дубины плед, с секунду размышляет о том, как он добрался сюда из мастерской, прикладывает палец к губам, прося робота не чирикать и, выпустив Дубину вперёд, выходит за дверь.

Если Тони Старк всего со второго раза сдался и уснул, даже не дождавшись разрешения, проснувшись, выпить двойную порцию и без того тройного эспрессо, что он пил по утрам, то всё действительно плохо.

И он вымотался.