Фандом: Капитан Блад. Сюжетная развилка. Что, если бы капитану Бладу не удалось спастись, когда его пленил Каузак, но попал бы он в руки не дона Мигеля, а губернатора Ямайки? А есть ведь еще и Арабелла, которая любит капитана, и лорд Джулиан, который любит Арабеллу...
114 мин, 28 сек 8235
Он вдруг опрокинул ее на пол и навалился сверху, ему удалось одной рукой перехватить запястья Арабеллы, другой он принялся задирать ее юбки. Она извивалась под ним, задыхаясь от тяжести его тела и отворачивая лицо от его поцелуев. Лорд Уэйд целовал ее плечи и обнажившуюся грудь, намеренно причиняя боль; он пытался коленом раздвинуть судорожно сжатые бедра девушки:
— Ты будешь моей… хочешь ли ты того или нет!
Он прижал ее к полу, и Арабелла закричала.
— Не кричи. Твой дядюшка пьян, а слуги разбежались, — он навалился еще тяжелее, его рука наконец пробралась под ее юбки, грубо и жестоко терзая нежную плоть лона, — Тебе же нравиться, дрянь, ты же так представляла себе это, да?! Вот так он должен был поступить с тобой?! И вот так?
В этот момент зубы Арабеллы впились ему в плечо. Уйэд заорал от неожиданной боли и скатился с нее. На тонкой белой ткани немедленно проступила кровь. Боль отрезвила его. Он с изумлением и яростью уставился на девушку и пробормотал, приходя в себя:
— Вот сука…
Ответом ему был взгляд не менее яростный:
— Как вы посмели… Убирайтесь вон, — прошептала она.
Лорд Джулиан поднялся, зажимая место укуса ладонью, и, не сказав больше ни слова, вышел.
Арабелла с трудом села, вздрагивая от пережитого. То, что он хотел сделать с ней… Отвратительно… как же это отвратительно!
Но слез больше не было, осталась лишь безысходность.
На следующее утро Арабелла обнаружила, что является пленницей: у дверей, ведущий в ее апартаменты, появились двое незнакомых мужчин в неброской, но добротной одежде. На все ее гневные вопросы они отвечали, что таково распоряжение губернатора. Девушка выглянула в сад и увидела еще двоих соглядатаев.
Она горько подумала, что распоряжение исходило, скорее всего, от лорда Джулиана. Зачем ее сторожить? Неужели он все еще допускает мысль о возможности брака с ней?
Так прошло еще несколько дней, и однажды Арабелла проснулась от звуков сильнейшей канонады: на город явно напали. Но кто же?
Вошла Джен, ее обычно невыразительное лицо было искажено от страха:
— Французы, мисс Бишоп! Что же с нами будет?!
Арабелла знала, что идет война с Францией, и что ямайской эскадры нет, а форт лишь ненадолго отсрочит захват города. Ей было также известно, как поступает армия, захватив город. Она не забыла нападение испанцев на Бриджтаун, хоть и не видела самого страшного.
Девушка содрогнулась. Испанцы или французы — разница небольшая, когда дело доходит до грабежа и насилия. Тем не менее она спокойно ответила:
— Успокойся, Джен, возможно, еще не все потеряно. Мы можем только ждать и надеяться.
Однако горничная успокаиваться не желала, и Арабелла отослала ее.
Через пару часов канонада стала ослабевать. Девушка вскинула голову, напряженно прислушиваясь, но тут же пальба возобновилась еще с большей силой. Она даже различила несколько особенно мощных залпов. Еще через некоторое время все действительно стихло и наступила мертвая тишина.
Что могло это означать? Вероятно, французы подавили сопротивление форта и теперь высаживаются на берег. Арабелла подошла к окну, словно могла отсюда видеть их высадку, и с удивлением обнаружила, что в саду больше нет сторожей. Видимо, они поспешили в другое, более безопасное место. Тогда Арабелла подошла к двери, но та оказалась заперта.
Должна ли она попробовать выбраться через окно? Или лучше ожидать решения своей судьбы здесь? А не все ли равно? Вряд ли в городе будет более безопасно. Девушка, со спокойствием, удивившим ее саму, села в кресло и взялась за одну из книг, лежащих на столике.
Как ни странно, чтение увлекло ее, и когда она вновь выглянула в сад, вечер уже окрасил небо в нежные золотисто-оранжевые тона. Странно, если бы в городе бесчинствовали захватчики, неужели никто до сих пор не заявился бы сюда?
Арабелла поняла, что не может больше оставаться в неведении. Она вернулась к двери и посмотрела в замочную скважину: ключ был оставлен в замке. С той стороны не доносилось ни звука. Скорее всего, и эти сторожа сбежали. Арабелла взяла со столика лист бумаги и подсунула его под дверь. Теперь шпильку… ключ упал и через мгновение она была на свободе.
Дом словно вымер: никого не встретив, Арабелла прошла большую часть коридора, ей оставалось повернуть к кабинету губернатора, а потом спуститься по широкой лестнице, ведущей к выходу, как вдруг снаружи раздались голоса.
Девушка замерла и прислушалась. Голоса звучали уже в доме, но она не могла различить слов. Однако говорили явно не французы, а ее соотечественники. Вернулась эскадра ее дяди? Она прижалась к стене и осторожно выглянула из-за угла. Раздались приближающиеся шаги, и Арабелла вновь отпрянула: несколько человек направлялись, по-видимому, в кабинет губернатора. Она различила наконец фразу, произнесенную высоким пронзительным голосом:
— Вы теперь губернатор, и перед вами открывается блестящая перспектива. Все в ваших руках. Я уверен, что вы справитесь, иначе я бы не предложил вам этот пост.
О каком губернаторе идет речь? Не похоже, чтобы говорящий обращался к ее дяде.
— Ты будешь моей… хочешь ли ты того или нет!
Он прижал ее к полу, и Арабелла закричала.
— Не кричи. Твой дядюшка пьян, а слуги разбежались, — он навалился еще тяжелее, его рука наконец пробралась под ее юбки, грубо и жестоко терзая нежную плоть лона, — Тебе же нравиться, дрянь, ты же так представляла себе это, да?! Вот так он должен был поступить с тобой?! И вот так?
В этот момент зубы Арабеллы впились ему в плечо. Уйэд заорал от неожиданной боли и скатился с нее. На тонкой белой ткани немедленно проступила кровь. Боль отрезвила его. Он с изумлением и яростью уставился на девушку и пробормотал, приходя в себя:
— Вот сука…
Ответом ему был взгляд не менее яростный:
— Как вы посмели… Убирайтесь вон, — прошептала она.
Лорд Джулиан поднялся, зажимая место укуса ладонью, и, не сказав больше ни слова, вышел.
Арабелла с трудом села, вздрагивая от пережитого. То, что он хотел сделать с ней… Отвратительно… как же это отвратительно!
Но слез больше не было, осталась лишь безысходность.
На следующее утро Арабелла обнаружила, что является пленницей: у дверей, ведущий в ее апартаменты, появились двое незнакомых мужчин в неброской, но добротной одежде. На все ее гневные вопросы они отвечали, что таково распоряжение губернатора. Девушка выглянула в сад и увидела еще двоих соглядатаев.
Она горько подумала, что распоряжение исходило, скорее всего, от лорда Джулиана. Зачем ее сторожить? Неужели он все еще допускает мысль о возможности брака с ней?
Так прошло еще несколько дней, и однажды Арабелла проснулась от звуков сильнейшей канонады: на город явно напали. Но кто же?
Вошла Джен, ее обычно невыразительное лицо было искажено от страха:
— Французы, мисс Бишоп! Что же с нами будет?!
Арабелла знала, что идет война с Францией, и что ямайской эскадры нет, а форт лишь ненадолго отсрочит захват города. Ей было также известно, как поступает армия, захватив город. Она не забыла нападение испанцев на Бриджтаун, хоть и не видела самого страшного.
Девушка содрогнулась. Испанцы или французы — разница небольшая, когда дело доходит до грабежа и насилия. Тем не менее она спокойно ответила:
— Успокойся, Джен, возможно, еще не все потеряно. Мы можем только ждать и надеяться.
Однако горничная успокаиваться не желала, и Арабелла отослала ее.
Через пару часов канонада стала ослабевать. Девушка вскинула голову, напряженно прислушиваясь, но тут же пальба возобновилась еще с большей силой. Она даже различила несколько особенно мощных залпов. Еще через некоторое время все действительно стихло и наступила мертвая тишина.
Что могло это означать? Вероятно, французы подавили сопротивление форта и теперь высаживаются на берег. Арабелла подошла к окну, словно могла отсюда видеть их высадку, и с удивлением обнаружила, что в саду больше нет сторожей. Видимо, они поспешили в другое, более безопасное место. Тогда Арабелла подошла к двери, но та оказалась заперта.
Должна ли она попробовать выбраться через окно? Или лучше ожидать решения своей судьбы здесь? А не все ли равно? Вряд ли в городе будет более безопасно. Девушка, со спокойствием, удивившим ее саму, села в кресло и взялась за одну из книг, лежащих на столике.
Как ни странно, чтение увлекло ее, и когда она вновь выглянула в сад, вечер уже окрасил небо в нежные золотисто-оранжевые тона. Странно, если бы в городе бесчинствовали захватчики, неужели никто до сих пор не заявился бы сюда?
Арабелла поняла, что не может больше оставаться в неведении. Она вернулась к двери и посмотрела в замочную скважину: ключ был оставлен в замке. С той стороны не доносилось ни звука. Скорее всего, и эти сторожа сбежали. Арабелла взяла со столика лист бумаги и подсунула его под дверь. Теперь шпильку… ключ упал и через мгновение она была на свободе.
Дом словно вымер: никого не встретив, Арабелла прошла большую часть коридора, ей оставалось повернуть к кабинету губернатора, а потом спуститься по широкой лестнице, ведущей к выходу, как вдруг снаружи раздались голоса.
Девушка замерла и прислушалась. Голоса звучали уже в доме, но она не могла различить слов. Однако говорили явно не французы, а ее соотечественники. Вернулась эскадра ее дяди? Она прижалась к стене и осторожно выглянула из-за угла. Раздались приближающиеся шаги, и Арабелла вновь отпрянула: несколько человек направлялись, по-видимому, в кабинет губернатора. Она различила наконец фразу, произнесенную высоким пронзительным голосом:
— Вы теперь губернатор, и перед вами открывается блестящая перспектива. Все в ваших руках. Я уверен, что вы справитесь, иначе я бы не предложил вам этот пост.
О каком губернаторе идет речь? Не похоже, чтобы говорящий обращался к ее дяде.
Страница 28 из 32
